Под защитой жестянки - Лайла Фэй

Я не чувствовала себя в достаточной безопасности. По лицу градом катился пот, и тут раздался тихий щелчок. Холодный воздух из ближайшего кондиционера подул мне на макушку. Заботливо. Я зажмурилась, подавляя в горле разочарованный крик.

— Разве вы не собираетесь их убрать? Это же ваша работа, — произнесла я сквозь стиснутые зубы.

АБМ было известно как самое проактивное3 агентство, когда дело касалось нейтрализации угроз. Я слышала, что у них были агенты, которые являлись не столько телохранителями, сколько обученными наёмными убийцами. Это выглядело как идеальный случай для одного из них.

— У нас нет оснований атаковать снайпера. Он находится в здании, которое нам не принадлежит, и не произвёл ни единого выстрела. Скорее всего, снайпер дождётся, пока вы покинете пределы нашего периметра, и тогда нападёт.

— Ладно! Могу я нанять киборга всего на один час, чтобы он избавился от снайпера, и я смогла уйти? — я всплеснула руками.

— Минимально возможная длительность сопровождения составляет семь дней с момента обнаружения угрозы, — виновато произнёс Чарли. — Это одно из положений формы Z12, которую вы подписали. Неделя — это минимальный срок, позволяющий нам обеспечить вашу относительную безопасность, чтобы вы не скончались сразу же после окончания нашего контракта.

— Семь дней! И если я останусь здесь ждать, пока снайпер уйдёт, с меня будут списывать по восемьсот баксов в час? — спросила я сквозь стиснутые зубы.

— Совершенно верно. Позволь мне подтолкнуть вас к поиску положительных сторон, мисс Эванс?

Резкий, похожий на лай смех вырвался из моего горла.

— Каких ещё положительных сторон?!

Чарли мягко улыбнулся, и я стиснула зубы так сильно, что челюсть пронзило болью.

— Если бы вы ушли отсюда до того, как мы обнаружили угрозу, вы могли бы не выжить. Но вы живы и знаете об опасности. Это даёт вам всё необходимое преимущество.

Я поникла и привалилась спиной к стене. Чарли молчал, и единственными звуками были моё частое, прерывистое дыхание и тихий ропот искусственного водопада в другом конце коридора.

Мне хотелось бороться, хотелось дать отпор, но грудь и живот заполнило удушающее истощение, пробирающее до самых костей. Я чувствовала такую тяжесть, что сама мысль о том, чтобы сделать хоть шаг, вызывала тошноту. Всё, чего я хотела — это сползти по прохладной стене, лечь на пушистый ковёр и уснуть.

Это был бы самый дорогой сон в моей жизни. Ни за что. Но и уйти самой тоже было исключено.

Я была в тупике. Повержена бюрократией. Какая ирония.

— Я возьму одного, — прошептала я. — Скажем… на месяц. Мне всё равно какого. Они все выглядят одинаково. Не мог бы ты принести мне что-нибудь выпить? Спасибо.

Раз уж я собиралась предать все свои принципы и память моей покойной матери, я могла бы хотя бы извлечь из этого выгоду — я могла бы кое-что предпринять, если моя безопасность будет гарантирована на месяц. Возможно, мне удастся во всём разобраться. В глубине моего разума начал формироваться зыбкий план.

Чарли кивнул, и мгновение спустя дверь, ведущая в комнату киборгов, открылась. Одна из машин вышла оттуда, неся поднос.

Напиток был в высоком запотевшем стакане. В нём торчал розовый зонтик и длинная металлическая соломинка переливающегося пурпурного цвета.

Я уставилась на него с застывшим, каменным лицом, пока огромный киборг шёл ко мне твёрдой поступью, производя при этом не больше шума, чем кошка, выслеживающая добычу. Он остановился передо мной и опустил поднос на идеальную для меня высоту. Я вытаращилась на напиток. Он был зелёным, с розовыми шариками тапиоки на дне.

— Как… — начала я и осеклась, глубоко вдохнув. Напиток источал аромат киви и арбуза, и я вздохнула. Это было моё любимое сочетание.

— В стене спрятан умный бар, — услужливо пояснил Чарли. — Большинство клиентов, нанимающих наших киборгов, склонны проявлять настороженность, совсем как ты, мисс Эванс. Мы опытным путём установили, что когда телохранитель подаёт их любимый напиток, это снижает уровень тревоги на пятьдесят девять процентов. Так сказать, способ разрядить обстановку.

— О, я попробую, — сказала я, сжимая холодный стакан. — Откуда вы знаете, что я люблю бабл-ти? Полагаю, я разболтала об этом в своём блоге?

— Вы опубликовали восемь фотографий бабл-ти в своих социальных сетях, и в описании большинства из них присутствовали эмодзи киви и арбуза.

Я кивнула, мысленно поклявшись под чистую вычистить весь личный контент из своих аккаунтов, когда всё это закончится. Разумеется, я никогда не постила ничего откровенного и не давала материалов, которые могли бы использовать для создания дипфейка4. Я была достаточно знаменита, чтобы со мной могли так поступить. Мои хейтеры — в основном техно-бро5, которые ненавидели то, как я вставляю им палки в колёса, — наверняка описались бы от радости при любой возможности прогнать моё изображение через раздевающий ИИ и унизить меня.

— Оно разговаривает или оно немое? — спросила я, указав на серебристую жестянку, которая теперь стояла рядом, всё ещё держа поднос в руке.

Чарли был для меня он, я ничего не могла с собой поделать, но эта штука была для меня оно.

— Его зовут Дин, и да, он говорит, когда к нему обращаются.

Я вздохнула, расправив плечи, и повернулась к этой штуковине. Оно возвышалось надо мной, сияющее и огромное, с идеально пропорциональным телом. Его глаза мигали синим, как и у Чарли. Я сглотнула, остро осознавая, что это мыслящее, планирующее существо будет юридически моим на весь срок сопровождения. Хотя… я ведь ещё ничего не подписала.

— Я буду звать тебя Жестянкой, — неуверенно произнесла я, глядя на толстые кабели, образующие шею этой штуки. Его лицо было жутким. Совсем не выразительным, как у Чарли.

— Моё имя — Дин, но если ты пожелаешь, я буду откликаться на Жестянку. Прими к сведению, что это имя менее эффективно для вызова в кризисной ситуации. Односложная альтернатива была бы предпочтительнее.

Его голос был ровным и мужественным, и всё же в нём чувствовалась некая андрогинность6, будто говорящему не хватало всего октавы, чтобы зазвучать по-женски. Он говорил чётко, но я сразу поняла, что в его голосе куда меньше теплоты и индивидуальности. Я бросила резкий взгляд на Чарли. Значит, это правда? Неужели он действительно… разумен?

— Ты будешь делать всё, что я скажу? — спросила я, снова поворачиваясь к машине, в то время как по моей спине пробежал холодок дурного предчувствия.

— Нет. Я буду ставить твою безопасность превыше всего остального. Если твои инструкции не будут соответствовать этой цели, я не стану их выполнять.

Я беспомощно посмотрела