Тысяча стрел для нелюбимой... - Мастерица

всему этому скучал, даже пройдя через ад чужой войны. По ежедневным силовым тренировкам, юморными перепалками с коллегами, выездами на полигон. Я снова окунулся в свою стихию. И каждый день хоть понемногу, но начал возвращать мне удовольствие от жизни.

И была ещё она. Настя. Та, которую я презирал и в то же время отчаянно хотел. Это желание рождалось в тот момент, когда я видел её. Она просто вся была пропитана сексом и соблазном. Осознавала ли она это? Вряд ли. Таких искренних дур я не встречал прежде. Все её чувства и эмоции были написаны у неё на лице. Будь она хоть немного умнее и по-женски хитрее, могла бы вертеть мужиками, как захотела бы.

Но, сейчас, она была полностью в моей власти. Приезжала поздно вечером и уезжала рано утром. Но, сегодня, когда у меня намечался выезд вечером по работе и я захотел её об этом предупредить, с удивлением обнаружил, что у меня нет её номера телефона. Да и вообще, я ничего о ней не знал, кроме имени и фамилии и месте учёбы. Поэтому попросил коллегу из информационного отдела пробить все её данные. Не звонить же Неле, в самом деле! При мысли о ней заныло сердце. Ничего не мог с собой поделать и время от времени продолжал следить за ней, как помешанный.

— А ты знаешь, что эта твоя Анастасия Ханина — интересный персонаж, — сказал мне коллега час спустя, передавая папку с данными на неё, — один отец её чего стоит.

Я открыл папку. Её отец, Вячеслав Ханин. Я застыл, сам не заметив, как смял папку в руках. Интересно, знал ли Эмир, кого подпустил в подруги к своей жене? Наверняка, знал. Его старший, всесильный брат всегда и всё знает. Тогда почему допустил? Наверняка, преследуя свои, какие-то цели. И от этого на мгновение стало тревожно. Но, только на мгновение. Настя никто для меня. Пусть заботится о себе сама.

НАСТЯ

Я зависла на несколько мгновений, перечитывая сообщение, которое пришло с незнакомого номера мне на телефон. И только потом до меня дошло, что это написал Арслан. Он предупреждал, что у него командировка и, когда он вернётся, сам свяжется со мной.

Я отложила телефон, пытаясь сосредоточиться на паре. Но, у меня это плохо получалось. Непонятная тревога овладела мной. Это неприятное чувство обострилось к вечеру, поэтому я едва смогла заснуть. А проснулась я от своего крика. Мне приснился сон. Страшный сон. Будто я шла по пустыне и вдруг увидела Арслана, лежащего на песке. Я подбежала к нему. Он был ранен в живот. Кровь тяжёлыми толчками вытекала из его тела. Я, не зная что делать, попыталась закрыть руками это страшное кровотечение. Осмотрелась вокруг. Никого, только мы и бескрайние пески пустыни. А Арслан медленно умирал. От осознания своей беспомощности и бесконечного одиночества, я закричала… Взглянула на часы. Пять утра. Провела рукой по лицу. Сон был такой реалистичный!! Сходила на кухню, выпила воды. Уселась в постели и взяла в руки телефон. Нестерпимо захотелось ему позвонить, услышать его голос. Пусть он разозлится и пошлёт меня. Я просто проверю, что с ним всё в порядке. Дрожащими руками набрала его номер. И застыла, услышав в трубку сухое: абонент недоступен или находится вне зоны действия сети…

Четыре дня я была в полной прострации, а абонент был всё так же недоступен. Я три вечера подряд приезжала и проводила несколько часов под его дверью. Он не появлялся.

Через неделю я не выдержала и позвонила Неле. Лучше бы и дальше жила в блаженном неведении…

Арслана ранили на спецоперации, которую он выполнял. И сейчас он находился в ведомственном госпитале. В коме. Узнав адрес, я уже через час была в кабинете главврача. А ещё через полчаса в реанимационной палате, где находился Арслан. И да, я солгала. Сказала, что его невеста.

Я находилась там столько, сколько мне позволял медперсонал, зачастую уговаривая и подкупая их, чтобы остаться на подольше. Я держала Арслана за руку и постоянно говорила с ним. Где-то когда-то я слышала, что возможно, люди в этом состоянии могут слышать то, что происходит. Вероятно, всё что я делала, совсем не нужно было ему. Это было нужно мне. Он был нужен мне…

— Ты нужен мне, — шептала я, сжимая его ладонь.

Уже вторая неделя пошла, а он всё не приходил в себя и врачи не давали никаких гарантий. А что, если он и вовсе не очнётся? От этой мысли солёные слёзы покатились из глаз. И именно в этот момент скрипнула дверь и вскинулась. В палату неспешным шагом зашёл Эмир. Спустя столько времени всё же решил навестить брата. Я внутренне сжалась. Несмотря на весь свой внешний лоск, этот мужчина казался мне очень опасным. Смертоносным.

Его холодные глаза цвета тёмной стали смотрели прямо мне в душу.

— Зачем ты здесь? — равнодушно и холодно спросил он.

— За тем же, что и вы, — дрожащим голосом ответила я, — я беспокоюсь о нём.

— А кто тебе сказал, что я забочусь о нём? — спросил Эмир, прищурившись и наклонив голову.

Как хищник перед прыжком. Я почувствовала, как кожа покрылась мурашками.

— Тогда зачем вы здесь? — прошептала я.

— Ты думаешь, он обрадуется, когда очнётся и увидит тебя здесь? — вопросом на вопрос ответил он.

Я тут же стушевалась, он знал, куда целиться. Но тут же подняла голову и посмотрела прямо в глаза Эмиру.

— Я не уйду до тех пор, пока он не придёт в себя, — сказала я.

И откуда только смелости набралась? Хотя внутри тряслись все поджилки.

Эмир усмехнулся и покачал головой, но, ничего не сказал. Бросив задумчивый взгляд на брата, затем на меня, он вышел. Зачем приходил?

Ещё неделю я ходила к нему, ещё раз столкнулась там с Эмиром, который был с Нелей. Они уже уходили в тот момент. Неля приветливо поздоровалась со мной, Эмир лишь скользнул своим холодным высокомерным взглядом. А ещё через день Арслан очнулся. Я услышала это от медсестёр, когда зашла в реанимационное отделение. И застыла.

— Ну что же ты застыла? — улыбнулась мне Светлана, пожилая медсестра, — беги, суженый твой в себя-то пришёл. Теперь всё хорошо будет.

Я вымучено улыбнулась, но не сдвинулась с места. Слова Эмира зазвучали в голове: «Ты думаешь, он обрадуется, когда очнётся и увидит тебя здесь?». Нет, определённо нет… Поэтому я тихонечко развернулась и ушла. Он жив и с ним всё в порядке. Это самое главное.

АРСЛАН

В голове стучало отбойным