Умоляй меня - Наталия Лурозе

— И разве я давал тебе разрешение?

— Нет.

Он усмехается, довольный своей властью надо мной. Он молчит мгновение, пока я сжимаю бёдра и изо всех сил стараюсь не застонать в этой переполненной комнате, а затем он произносит кое-что, что посылает во мне разряд жара.

— Умоляй меня.

Это унизительно. Мысль о мольбе позволить мне кончить в этом публичном месте. Но моя киска гудит, удовольствие скрутилось тугим узлом в животе, и я чувствую, что могу взорваться, если он не позволит мне кончить. Поэтому я делаю, как он говорит. Я умоляю.

— Пожалуйста, — шепчу я, мой голос срывается. — Пожалуйста, позволь мне кончить.

— Это не мольба, — говорит Кольт, его голос — опасный рокот. — Это вежливая просьба.

Вибрации снова усиливаются, и мои колени едва не подгибаются. Я сжимаю стойку бара сильнее, ногти впиваются в полированное дерево.

— Пожалуйста, мне нужно это, — задыхаюсь я, уже не заботясь о том, кто услышит. — Я не могу... я больше не могу сдерживаться.

Кольт наклоняется ближе, его дыхание обжигает моё ухо.

— Скажи мне, кто ты.

Я вспоминаю, что написала в своём профиле. Что я хотела быть игрушкой. Использованной для чужого удовольствия. Этот намёк на стыд снова покрывает мою кожу, но он приносит с собой ещё больше жара. Я так сильно возбуждена, что уверена, должно быть, течёт по бёдрам. Я так сильно хочу кончить, что эти слова даже не кажутся трудными для произнесения.

— Я твоя игрушка, — скулю я, когда вибрации пульсируют в ритме, от которого дрожат мои бёдра. — Твоя хорошенькая игрушка, чтобы использовать, как ты захочешь.

— А что делают игрушки? — Его палец проводит по моему позвоночнику, лёгкий, как пёрышко.

— Они... они доставляют удовольствие своим хозяевам, — заикаюсь я, отчаяние делает меня смелой. — Пожалуйста, позволь мне кончить для тебя. Я сделаю что угодно, клянусь. Мне это так сильно нужно, что я не могу ясно мыслить.

Его глаза темнеют от удовлетворения.

— Посмотри на себя, умоляешь кончить в комнате, полной незнакомцев. Какая же ты отчаянная маленькая шлюха.

Унизительные слова толкают меня ближе к краю.

— Да, — выдыхаю я. — Я такая. Я отчаявшаяся. Пожалуйста, Кольт. Пожалуйста.

Как раз когда давление нарастает до невыносимого пика, как раз когда я балансирую на грани разрядки, вибрации полностью прекращаются. Внезапное отсутствие почти так же шокирует, как и их присутствие.

Мои колени дрожат, и я думаю, что могу упасть на пол, но Кольт ловит меня, обхватив рукой за талию, и поддерживает.

— Ещё нет, — говорит он, небрежно отпивая свой виски, пока я пытаюсь вспомнить, как дышать. — Ты не кончишь, пока я не решу, что ты это заслужила.

Я сжимаю бёдра, отчаянно желая трения, облегчения.

— Не надо, — предупреждает он, заметив движение. — Твоё удовольствие принадлежит мне сегодня вечером. Каждая. Последняя. Капля.

Обещание в его словах, уверенность в том, что это только начало, посылает по мне новую волну возбуждения.

— А теперь выпей свой коктейль, — говорит он, как будто мы ведём совершенно обычный разговор. — У нас впереди долгая ночь.

Я делаю дрожащий глоток напитка, стараясь игнорировать пульсирующую пустоту между ног, где только что были вибрации. Моё тело похоже на оголённый провод — заряженное, отчаявшееся и полностью во власти Кольта.

— Я не могу поверить, что я только что это сделала, — шепчу я, оглядываясь, чтобы увидеть, заметил ли кто-нибудь мой недавний срыв. Клуб продолжает жить своей жизнью вокруг нас, кажется, не обращая внимания на моё личное унижение.

— Сделала что? — Голос Кольта небрежен, но его глаза — отнюдь. — Умоляла кончить на публике? Или призналась, кто ты на самом деле?

Жар заливает моё лицо.

— И то, и другое.

Он делает ещё один глоток своего виски, наблюдая за мной поверх края стакана.

— Это даже не было близко к твоему пределу, Тесс.

— Откуда тебе знать? — вызывающе спрашиваю я, хотя моему голосу не хватает убеждённости.

— Потому что ты всё ещё огрызаешься, — его улыбка медленная и опасная. — Когда я найду твой настоящий предел, ты не сможешь составлять предложения.

Обещание в его словах пронизывает меня дрожью. Я крепче сжимаю стакан, пытаясь обрести почву под ногами.

— Допивай свой напиток, — мягко приказывает он. — Потом я хочу тебе кое-что показать.

ГЛАВА 6

Тесса

— Куда мы идём? — спрашиваю я, пока Кольт ведёт меня сквозь толпу.

— Любопытная игрушка, не так ли? — Его пальцы слегка сильнее надавливают на мою спину. — Терпение.

Мы проходим через бархатный занавес в другую секцию клуба. Эта комната темнее, с небольшими зонами для сидения, расположенными вокруг центральной площадки, где женщина подвешена в замысловатой упряжке из верёвок. Её тело медленно покачивается в воздухе, глаза закрыты в выражении, похожем на чистое блаженство, пока мужчина ходит вокруг неё, изредка проводя пёрышком по её обнажённой коже.

— Ох, — выдыхаю я, не в силах отвести взгляд.

— Шибари, — объясняет Кольт, его рот находится близко к моему уху. — Японское связывание верёвкой. Мастер верёвки работает с ней годами.

Я смотрю, заворожённая тем, как тело женщины реагирует на каждое лёгкое прикосновение.

— Она выглядит...

— Возвышенно, — заканчивает Кольт за меня. — Вот как выглядит настоящая капитуляция.

Он ведёт меня к маленькому диванчику, с которого открывается прекрасный вид на сцену. Когда мы садимся, он небрежно кладёт руку мне на спинку, почти не касаясь меня, но достаточно близко, чтобы я чувствовала его тепло.

— Это то, чего ты хочешь от меня? — спрашиваю я, мой голос едва слышен сквозь тихую музыку.

Его пальцы находят мой затылок, слегка касаясь чувствительной там кожи.

— Со временем. Но мы начнём с малого.

Без предупреждения вибратор снова оживает, на этот раз с более низким, дразнящим пульсом. Я задыхаюсь, не готовая к этому после минут пустоты.

— Смотри на них, — приказывает Кольт, кивая в сторону сцены со связыванием. — И скажи мне, что ты видишь.

Я заставляю себя снова обратить внимание на подвешенную женщину, пытаясь сосредоточиться сквозь нарастающее удовольствие между ног.

— Она... полностью уязвима.

— И?

— Она полностью доверяет ему. — Вибрации слегка усиливаются, и я вцепляюсь в край дивана. — Она отдала ему всё.

— Верно, — бормочет Кольт, его пальцы теперь перебирают мои волосы. — Полная капитуляция. Никаких масок, никакого притворства.

Женщина выгибается, когда мастер верёвки проводит чем-то по её коже — я понимаю, что это стек. Её лицо искажается в смеси боли и удовольствия, которая выглядит почти священной.

— Цвет? — тихо спрашивает Кольт.

Вибратор пульсирует ровно, держа меня на грани, но не позволяя перейти её.

— Зелёный, — шепчу я, удивляясь, насколько это искренне.

Его рука сжимает мои