Волчья страсть. Красная Шапочка по неволе - Ева Тайга

А где жуткие звуки превращения? Где куски плоти, на месте которых появляется шерсть? Где же крики боли от ломающихся костей?

Ничего этого не случилось. Волк стоял в дверном проёме с похабной ухмылочкой. Он втянул носом воздух, поморщился и направился в мою сторону. Я вскочила, приготовившись защищаться, но зверь прошёл к кухонному гарнитуру.

— Как тебе мой улов? Неплохая курица, скажи? — моё лицо слегка вытянулось, когда оборотень открыл холодильник и достал остатки запечённой куропатки.

Затем уселся на пол и принялся отрывать от тушки куски мяса.

— Ты… Ты ешь приготовленную дичь? — я сама не ожидала от себя этого вопроса.

Волк повёл ушами и, не глядя на меня, бросил:

— Ем. Смотреть на неё что ли? Мне пожрать надо немного перед охотой.

Что-то изменилось в его отношении. Не пытается потрогать, даже не глядит в мою сторону. Что-то здесь не так…

Я сглотнула и посмотрела на дверь. Сама удивилась своей наглости:

— Можно мне с тобой?

Волк даже жевать перестал. Обернулся на меня и заговорил низким, утробным звуком:

— А он не такой тупой, как я думал. Не отпустил тебя. Только на тебе его вещи и меня это бесит. Сильно.

Я сложила руки на груди. В голову пришла глупая идея.

— Если ты меня отпустишь, я… Я сниму его вещи.

Оборотень обнажил клыки и резким движением бросил остатки дичи в угол комнаты. Посмотрел недоверчиво, а затем пополз в мою сторону на четырёх конечностях.

Я даже дышать перестала, когда зверь оказался рядом, поднялся во весь рост и чиркнул когтем по диагонали футболки крест-накрест.

Тело моментально покрылось мурашками от испуга и холода, треугольник ткани опустился вниз, обнажая грудь и участок живота.

Волк наклонился, втянул воздух рядом с кожей и… Мазнул красным, влажным языком прямо по краю моей груди.

На этот раз я не выдержала и отпрянула назад, закрываясь руками.

Это того не стоит. Придумаю другой путь, найду другой способ… Я не выдержу и минуты ласк этого чудовища. Но просто так он точно не станет слушаться.

— Эй, ну перестань! Или я такой страшный, а? Моя дневная версия более красивая? — оборотень раздражённо ощетинился и ударил хвостом по бёдрам. — Ты слишком наивная, если думаешь, что я не могу взять тебя без разрешения. Мне вообще всё равно, захочу — возьму.

Я вздрогнула как от удара. Точно также говорил и Эрик утром, за чаем. Значит, у зверя и человека всё же есть какая-то связь помимо телесной…

Волк, тем временем, снова начал приближаться. Я попыталась его отвлечь:

— Зачем я тебе? Скучно одному что ли… Где твоя волчица?

— У нас не может быть пары. Мы всегда будем одни, а этот идиот всё никак не может смириться… — глаза оборотня стали блестеть ярче, он всё чаще и чаще облизывался, подбираясь ближе.

О чём он? Почему не может быть пары? Он один такой на свете, или…

Закончить мысль не удалось, потому что в следующую секунду меня схватили и опрокинули на живот прямо на пол. Сильные когтистые лапы содрали пижамные штаны, оставляя полосы на бёдрах, к спине прижалось покрытое шерстью тело.

Я закричала, но зверь навалился сильнее, прижимая мою голову к полу. Из глаз брызнули слёзы.

— Ты вся пахнешь им… Я бы вылизал тебя всю с головы до ног, только чтоб не чувствовать его вонь на тебе. Ты моя… Я нашёл тебя первым! — он сорвал с меня футболку, не заботясь о свежей ране и принялся вылизывать шею и спину своим горячим, юрким языком.

На какое-то мгновение я ощутила немыслимое, неправильное возбуждение. Тело отозвалось против моей воли, в паху разлилось тепло.

Волк, видимо, почувствовав перемену настроения, спустился ниже, урча и вздрагивая от нетерпения. А затем… Скользнул языком прямо между моих ягодиц.

От неожиданности я широко распахнула глаза, с губ сорвался тихий, невольный стон. Волк, видимо, воспринял это как знак к действию и мазнул языком ниже, принимаясь вылизывать меня между ног.

Нужно срочно это прекратить… Иначе будет поздно.

В голове созрел безумный план. Но это может сработать.

Я приподняла бёдра, словно хотела сама насадиться на язык зверя и простонала чуть громче. Ласки на секунду прекратились, а затем возобновились с усиленным старанием.

В это время я дотянулась свободной рукой до небольшой вазы на низкой полочке кухонного шкафа и, почти наугад, ударила с размаху по голове зверя. Волк заревел, но не стал рвать меня на части. Полез утереть морду, залитую кровью, и в этот момент я нанесла второй удар, а затем третий.

Оборотень заскулил и повалился на пол

На то, чтоб подняться на ноги хватило секунды. Ещё две ушли на то, чтоб подбежать к двери и выхватить ключ.

А здорово получилось огреть! На меня даже брызнула его кровь.

Замок смогла открыть с трудом, тяжёлая дверь поддалась только со второго раза, но всё же я выбралась наружу.

Вдохнула всей грудью, тут же покрываясь бесчисленным количеством мурашек от холода.

Побежала босиком прямо по влажной траве в ночной лес…

За спиной раздался грохот и жуткий рёв. Сердце подскочило и забилось где-то в зубах.

Бежать, бежать, бежать! Только не оглядываться!

Страх придал мне сил, и я неслась по сырой земле как ветер.

Луна смотрела на меня насмешливо, ночь, казалось, хохотала во всей своей мрачной красоте. Снова появилось ощущение сна, невозможности происходящего.

В реальность меня вернул протяжный вой, донёсшийся в нескольких метрах.

Я отчаянно рванулась вперёд, напрягая последние силы. Слишком медленно.

Оборотень совершил чудовищный прыжок у меня из-за спины, перегородил дорогу.

Теперь он был по-настоящему страшен. Глаза, залитые кровью, горели яростью. Хвост бился по бокам, а когти взрывали землю.

Он припал к земле, готовясь к броску и рявкнул:

— Так-то ты благодаришь за мою помощь? Ты чуть череп мне не проломила, сумасшедшая. Думаешь, такая смелая, да?

Я шарахнулась в сторону, но волк подскочил и с силой швырнул меня в дерево, словно пушинку.

Он трясся от злобы и страха, что мог упустить меня, свою пленницу.

— Ты меня разозлила, а я предупреждал. Отвечай, предупреждал⁈

Я едва смогла сфокусировать взгляд на когтистой лапе, которая вцепилась в мою руку, оставляя глубокие порезы.

— Ты… Сволочь…

Остатка сил у меня хватило на то, чтоб с силой и ненавистью плюнуть зверю в морду, а затем я отключилась.