Власть Печатей - Ада Николаева

Каин прошёл к королю и, не желая тянуть, выложил всё как есть. Красиво подавать дурные вести он ещё не научился.

– Вескон казнил вашу дочь.

Король помолчал с полминуты, а после из темноты вырвался шёпот:

– Созвать войска.

Единственное, ради чего Тарнут терпел этого безумца, была его малышка Гвиннет, но её не стало. Его подданные хотят войны? Теперь и он хочет. Да простит его дух Минаи, не желавшей кровопролития, он больше не станет отсрочивать неизбежное!..

* * *

Принц Рейдон быстро вернул влияние при дворе. Он вёл себя так, словно и не было изгнания. Будто другие и не отворачивались от него, а отец никогда не казнил его мать. Заново обзавёлся связями и поддержкой, не держа ни на кого видимой обиды. Что же творилось внутри у Рейдона – знал лишь сам Рейдон.

Вескон доверял сыну, как прежде, а принц с новым рвением включился в дела державы. На дворе стоял поздний вечер, но он всё равно пригласил к себе отца, чтобы обсудить наступление Нижнего мира. Это было неизбежно. И даже странно, что Тарнут объявил войну только сейчас.

Король прошёл в кабинет принца. Внутри, кроме Рейдона, больше никого не было. Советники шарахались от Вескона после казни второй по счёту супруги. Мерещилось, будто все в замке боятся и ненавидят его, отчего он даже рад поговорить с сыном наедине.

Рейдон сидел за письменным столом в окружении свечей. Атмосфера казалась чересчур уютной для деловой встречи. Графин и два бокала на отполированной столешнице подсказывали, что обсуждение Нижнего мира было лишь предлогом для разговора отца и сына по душам. Им и правда многое требовалось обсудить.

Вескон сел напротив Рейдона.

– Спасибо, что пришли, отец! – Принц наполнил бокалы.

– Ты хотел поговорить, но в следующий раз сам приходи ко мне. Не забывай: первый человек в королевстве – я, а не ты.

– Знаю, я второй.

– Ты хотел обсудить наступление Тарнута, – напомнил Вескон, пригубив вина. На его вкус оно оказалось чересчур пряным.

– И да, и нет. – Рейдон отпил из своего бокала. – Мы так толком и не поговорили о моём положении после возвращения.

– Оно в точности то же самое, что было и до твоего изгнания. Ты мой сын, мой наследник.

– А как же Зорах?..

– Он твой младший брат, второй в очереди на престол. – Король прокашлялся. В вине оказалось слишком много перца. Он любил пряности: корицу и гвоздику, но терпеть не мог, когда перебарщивают с чёрным перцем.

– Совсем недавно он был первым. Как много пройдёт времени прежде, чем всё опять изменится?

– Ты – мой первенец! – строго заявил Вескон, отодвинув от себя бокал. В горле всё ещё першило.

Рейдон замолчал. Откинулся на спинку кресла и принялся медленно потирать пальцами подбородок, словно о чём-то задумался.

– Помните, как вы передали мне знания бабушки?.. – внезапно спросил он у отца. – А помните, как воспользовались ими, чтобы отравить её, вашу родную мать, в её же покоях, где никто бы не догадался, что это было убийство? Ведь в жилых покоях замка магия Печатей не действует, а правильный яд не оставляет следов. – Принц вскочил на ноги и манерно втянул ноздрями аромат содержимого своего бокала. – На этот раз следы останутся. Я хочу, чтобы все решили, будто это был Тарнут. Благо он наконец соизволил объявить войну. Думал – он даст мне возможность сделать это раньше, но старик долго тянул. Даже – для пущей мотивации – пришлось казнить его дочь. Вы правда поверили, что так я отомстил за маму?.. – Рейдон пристально посмотрел на отца, краснеющего и задыхающегося в кашле. – Я мщу за неё сейчас.

Вескон хотел что-то сказать, но только и смог, что столкнуть со стола графин, а после и сам упал на пол.

– Я исполню вашу мечту, отец, и войду в историю. Но не как безумец, казнящий жён и насилующий иномирных принцесс, а как завоеватель.

– Тебе не победить… – злость придала Вескону сил.

– Вас я уже победил.

Король начал синеть.

– Все узнают, что это был ты…

– Кто?.. – принц рассмеялся. – Мой дед лорд Якс? Это была его идея! Как вы вообще могли поверить, что он смирился с убийством дочери?..

Вескон не ответил. Рейдон толкнул его тело ногой. Удостоверившись, что король мёртв, принц вышел из покоев, где за дверями его уже ожидал лорд Якс со свитой.

– Мой брат у вас? – сходу спросил он деда.

– Люди, которых я послал за принцем Зорахом, пропали вместе с ним. Полагаю – они сбежали.

– Зачем им это?..

– Понятия не имею.

– Послать в погоню вдвое больше людей!

– Да, мой принц… то есть Ваше Величество!

* * *

Коронация состоялась в тронном зале на глазах сотен подданных со всех уголков Верхнего мира. Рейдон не просто так собрал всю знать, им хотелось услышать подробности смерти прошлого правителя, а новому королю не терпелось сделать объявление:

– Нижний мир объявил войну, созвал войска и отравил моего отца, желая ослабить корону и посеять в наших рядах смуту. Так встретимся с ними на поле боя и покажем, как велик наш гнев! Скоро Тарнут Рамадон узнает, чего стоит ярость сына, потерявшего отца!

– И каким будет поле боя? – спросил кто-то из толпы. – Где вы хотите схлестнуться с Тарнутом, Ваше Величество?

– Средний мир вполне подойдёт, – сообщил король и тут же перевёл взгляд на ближайшего советника, лорда Якса: – Что слышно о моём братце?

– Принца Зораха ещё не нашли.

Сколько бы Рейдон ни посылал за ним людей – никто из них не возвратился. Младенец стал необъяснимым образом неуловим и призрачной угрозой навсегда навис тенью над новым правителем Верхнего мира.

Разгорелась война, официально из-за власти над духовными частицами, но скорее из-за обоюдоострой мести. Молодой король ненавидел Нижний мир за то, что тот чуть не лишил его престола, но ещё больше он презирал своего сводного брата Зораха, родившегося от принцессы Гвиннет и являвшегося потомком сразу двух королевских династий с претензиями на оба трона. Принца так и не нашли, а Рейдон тем временем победил Тарнута и женился на знатной девушке с безупречной родословной, навсегда позабыв о любовнице Алиссии и сыне-бастарде.

Спустя века он вошёл в историю как герой, известный в учебниках Верхнего мира под прозвищем Рейдон Победоносный.

Глава 1

Глава 1

Это было самое долгое лето в моей жизни. Слишком многое тревожило мысли и каждую ночь мешало уснуть. Порой я засыпала в слезах, с ними же