Его сводная победа - Анна Веммер

Но…

– Румянцев, – в палату заглянула другая, уже знакомая медсестра, – тебя к телефону.

– Чего?

Телефон остался в машине, а ее, насколько я знаю, так и оставили на парковке, запертую. Звонить мне некому, особенно сюда.

– Точно меня?

– Тебя, тебя, Андрей какой-то. Давай, иди в сестринскую, пока я не передумала. Телефон, вообще-то, для родственников.

И тут я уже вскакиваю как ошпаренный. Андрюха просто так звонить не может. Андрюха на зоне!

– Брат, привет, – слышу я знакомый голос друга.

С тех пор, как ему вынесли приговор, мы ни разу не говорили. Андрюха строго запретил даже всуе упоминать его имя. И если сейчас он мне звонит, да еще и в больницу, дело – труба.

– Как ты узнал, что я здесь?

– Длинная история. Не важно. Слушай, брат, ненавижу просить, но мне нужна помощь.

– Какая?

– Я тут… с серьезными людьми в контрах. Откупиться надо. Денег. Можешь достать?

– Откуда? Я сам на мели, чуть без лекарств не сдох.

– Твою мать. Хреново. Вообще никаких вариантов? Темный, они меня тут зарежут! Помоги ты, ну пожалуйста, ну я же твою жопу спас!

Я вздрагиваю от знакомого «Темный». Так меня давно никто не называл. Когда-то кликуха казалась крутой. Марк – мрак – темный. Брутально.

– Не знаю, Андрюх, дай подумать. Сколько денег?

– Тыщ пятьсот бы. На меньше не согласятся.

Меня пугает голос друга – он явно в отчаянии. Андрея я помню совсем не таким. Сильным, уверенным в себе, дерзким и беспечным. Сейчас он едва не рыдает, и я слышу, как дрожит его голос.

– Время есть? – хмуро интересуюсь.

– Месяц дали.

– Попробую что-нибудь придумать. Понятия не имею, что именно. Но попробую.

– Спасибо, Темный, – с явным облегчением выдыхает Андрюха. – Спасибо. Ты мне жизнь спасаешь. Спасибо, брат.

Хотел бы я чувствовать какую-то гордость, но на самом деле лишь ощущаю, как накатывает усталость. Найти пол-ляма за месяц… Теоретически тысяч за триста, если подшаманить, можно загнать тачку. А еще где две сотки найти и на что жить?

Поняв, что надо покурить и все осмыслить, я тайком выбираюсь из палаты и иду во внутренний двор, на парковку. Уже взявшись за ручку двери, слышу странные звуки, напоминающие крики. А выйдя на улицу, вижу медсестричку и какого-то амбала, хватающего ее за руку.

– Ща тебе медаль под глаз постав…

Инстинкты срабатывают прежде, чем я успеваю оценить обстановку.

– Слышь, ты охренел? – предупредительно интересуюсь я.

И сразу бью в челюсть. Потому что будем честны: никто еще после вопроса «ты охренел?» не ответил «ой, и правда, чего это я».

Амбал валится на землю и затихает. Но вроде живой. Просто слегка… как там говорится… сконфуженный. Или контуженый. Не очень разбираюсь.

– А у нашего папули бабки на лечение черепно-мозговой травмы найдутся? – задумчиво интересуюсь я, размышляя, добавить уроду или пусть пока предыдущая мудрость усвоится.

Лапать сексуальную медсестричку, которая меряет тебе давление, – это одно. А хватать ее за руки на парковке – это…

Статья 112 УК РФ, если честно.

Глава 9

Девица – огонь!

Спустя несколько часов мы, как два накосячивших школьника, сидим перед Серебровым в его кабинете. Ждем, когда он закончит просмотр камер и вынесет вердикт. Хотя, как по мне, никакого вердикта здесь быть не может. Урод напал на девчонку, урод получил в табло. Какие ко мне претензии? Не хочешь получать в табло – не напрашивайся.

Жаль, такой статьи нет.

– Ты уверена, что его не знаешь? – спрашивает Серебров у медсестрички.

– На сто процентов. Смутно лицо вроде бы знакомое, но это может быть кто угодно: болельщик, подписчик, волонтер.

– И почему он на тебя напал, тоже не сказал?

– Нет.

Мне ее даже жалко. Несмотря на бодрый вид, девчонка явно испугалась. И сейчас, украдкой, думая, что никто не видит, от нервов отковыривает защитное стекло от собственного айфона.

– Ладно, разберемся. Марк…

Он смотрит на меня изучающе. Ненавижу такой взгляд.

– Я должен поблагодарить тебя за помощь. Неизвестно, что случилось бы, если бы ты не вмешался. Это мужской поступок.

– Проехали, – бурчу я. – Просто вписался в драку. Бывает.

– Боюсь, это не «просто вписался». Хорошо. Давайте по порядку. Элина, это Марк, тот самый молодой человек, о котором я рассказывал.

Серебров делает паузу, словно сомневается, стоит ли произносить следующие слова.

– Мой сын. Марк, Элина – моя дочь. Жаль, что вы познакомились вот так. Я рисовал более… гм… цивилизованную встречу. Но что уж теперь. В общем, расклад такой. Записи с камер в полиции вместе с нашим заявлением. От ответственности урод не уйдет, я позабочусь. Однако я представляю, как будет вести себя эта падаль. Он наверняка напишет на тебя, Марк, заявление. И доказывать, что это была самозащита, придется в суде.

– Да он первый полез, вы охренели, что ли?! Мне надо было стоять и смотреть, как он там ее насилует?! – взрываюсь я.

– Я такого не говорил. Марк, правосудие работает не так. Есть факт причинения вреда здоровью, есть заявление потерпевшего. То, что ты не мог поступить иначе, придется доказывать. А ему, в свою очередь, придется доказывать, что он не собирался нападать на Элину. И это два разных процесса. Я выиграл сотни судов в своей жизни, поэтому давай ты доверишься мне.

– Ладно, – бурчу я. – Как скажете.

Суды я в одиночку тоже не осилю. Черт, почему все случается одновременно?

– Сейчас важно, чтобы ты долечился. А потом я попрошу тебя временно пожить у нас. До тех пор, пока мы все не разрулим. Мало ли, что придет в голову этому уроду или его приятелям, не сомневаюсь, что они есть. Договорились?

А ловко он это провернул, я даже не сразу понял. Хитрожопый мужик этот Серебров.

Впрочем, возможно, это и плюс. Может, получится помочь Андрюхе. Если будет где перекантоваться пару недель, смогу продать тачку и что-нибудь заработать. Может, и выгорит. Выбора-то все равно нет.

– Идет, – бурчу я, стараясь не выдавать заинтересованность.

Чувствую ли я себя мразью, собираясь воспользоваться новоявленным папашей, чтобы решить парочку проблем? Нет. Он же не чувствует себя гондоном, просравшим сына.

– Хорошо. Еще раз спасибо. В такие моменты я начинаю верить в судьбу. Элина спасла тебя, а ты оказался там, где ей понадобилась помощь.

– Спасла? Вы о чем?

– Ты не в курсе? Эля нашла тебя на парковке без сознания и привезла сюда. Она понятия не имела, что ты мой сын.

Тут Элина