Остров миллиардеров. Часть 1 - Оливия Хиллиер

ему на лицо, сколько бы он ни пытался зачесывать их назад, его чётко очерченная линия челюсти проступали еще ярче. Этот мужчина был словно давно затерянным кузеном Джейкоба Элорди и Джареда Лето. Он открыл рот, но вырвалось лишь короткое заикание. Нынче вечером я уже слышала, как он высказывал свое широкое мнение по многим темам. Я знала, что он говорит мало, но емко и по делу. Но сейчас он совершенно лишился дара речи.

— Нет, Генри не такой, как те мужчины, о которых мы говорим. На свете есть и хорошие, и Генри — это надежда на то, что таких больше, — сказала Лотта.

— О-о-о, — саркастически протянула Рейвен, протянув руку и похлопав Генри по спине. — Что ж, спасибо за то, что даришь эту надежду всем нам, Генри. Но вернемся к твоему бывшему-изменнику... — Рейвен снова переключила внимание на Лотту.

— Он изменял мне на протяжении всех наших двухлетних отношений с проститутками, и я узнала об этом через приложение, которое он случайно открыл на своем телефоне, у меня на глазах, — ответила Лотта с абсолютной будничностью, уверенно принимая тот факт, что травма от измены теперь стала частью ее жизненной истории. У Рейвен отвисла челюсть, но ни одного слова не вырвалось. Это был первый раз за весь вечер, когда она умолкла.

Я смотрела, как Генри поморщился и сжал челюсти, пока Лотта рассказывала историю, которую он, я была уверена, уже слышал. Мне стало интересно, насколько они на самом деле близки. Лотта говорила, что они лучшие друзья со старшей школы, и я гадала, не был ли это один из тех сценариев, когда парень любит девушку, а девушка хочет оставить парня просто другом, хотя парень всё еще цепляется за надежду, что однажды всё изменится. Но это не могло быть правдой, потому что если так, то почему он так пристально смотрел на меня?

Мое внимание всё еще было устремлено на Лотту, но боковым зрением я видела Генри, его энергия буквально пронзала меня. Не думая, я перевела взгляд на него, и наши глаза встретились. Нет, не просто глаза — вся наша суть. Господи, что было в этом напитке? Почему я так себя чувствовала? Я не могла отвести взгляд, как ни пыталась. Его притяжение не отпускало меня, его глаза смотрели в меня куда глубже, чем просто на поверхность. Я ничего не знала об этом парне. Он был хорошим другом Лотты и решил прийти к нам на встречу выпить по бокальчику вскоре после того, как нас троих отсеяли на самом последнем собеседовании, которое должно было стать нашим пропуском на шоу «Холостяк». Генри был молчалив, но умен. И единственная причина, по которой я это знала, кроется в тех кратких комментариях, которые он вставлял между девичьей болтовней.

— А ты, Молли? Почему ты решила подать заявку на «Холостяка»? — спросил он напрямую, выдергивая меня из разговора об изменах, в который теперь с головой ушли Рейвен и Лотта.

Я нервно хихикнула. Почему я подала заявку? Почему я была здесь? Какого черта я вообще тут делаю?

— Я, эм... Не знаю, есть ли у меня четкий и осознанный ответ на этот вопрос, — сказала я. Господи, я звучала глупо, но это была правда.

— Что? Ты подала заявку не для того, чтобы найти любовь? — Он ухмыльнулся, прикусив нижнюю губу и не сводя с меня глаз, не моргая. И как бы мне ни хотелось отвести взгляд, я не могла. Он дерзил, но я не могла не рассмеяться.

— Нет, не могу сказать, что моей целью было найти любовь. Хотя я была открыта для такой возможности... — Я была безнадежно романтичной и не собиралась притворяться кем-то другим. Идея встретить своего единственного при самых невероятных обстоятельствах, вроде реалити-шоу, где ты сражаешься с тридцатью другими женщинами за внимание одного мужчины, и он каким-то образом выбирает тебя... Ну да, конечно, у меня была такая мечта, и я не знала ни единой женщины на планете, которая в глубине души не хотела бы быть выбранной как та, что на голову выше остальных. — Не могу сказать, что я этого ждала или что это было моей главной целью. Я имею в виду, с моей историей свиданий получить розу после второго свидания — это, я знала, всегда будет для меня задачей не из легких. Я в половине случаев не могу заставить мужчину хотя бы вовремя прийти на первое свидание, и, подозреваю, это потому, что он слишком занят свайпами или поиском других вариантов еще до того, как добрался до бара. — Я шутила, но в то же время свидания в Нью-Йорке были безнадежным делом.

Генри расплылся в улыбке, но не рассмеялся.

— В это действительно трудно поверить применительно к такой красивой женщине, как ты. Но если любовь была лишь побочным продуктом, то какова же истинная причина?

— Истинная причина в том, что я увидела рекламу, листая телефон поздно ночью после пары бокалов вина. Я кликнула по рекламе, и, ну, следующее, что я помню — это как проснулась рано утром от звонка продюсера, и вот мы здесь, — сказала я. Генри не произнес ни слова, продолжая смотреть на меня и закусив щеку изнутри, чтобы улыбка не овладела его лицом полностью. Я пригубила вино, прекрасно понимая, что с меня уже хватит. Но зайдя так далеко, я не собиралась останавливаться.

— Честно говоря, я подала заявку, потому что сейчас мне смертельно скучно жить. Я переехала в Бруклин пару лет назад и до сих пор не смогла завести настоящих друзей. Работа, которую я когда-то любила, стала неинтересной. Я ненавижу то, как ко мне относится мой босс, а клиенты, которых мы привлекаем, просто ужасны. Я ничему не учусь и потеряла всякий страх и страсть. Не говоря уже о том, что моя личная жизнь терпит крах. Когда я увидела рекламу «Холостяка», я подумала: какого черта. Это же может стать именно тем, что всё изменит. Это даст мне три недели отпуска на работе, я буду жить с тридцатью другими девчонками-одиночками, так что я бесспорно заведу подруг, ну и история со свиданиями... Это была бы чистая выгода. Ну, то есть была до тех пор, пока я не провалила финальный этап... так что, полагаю, эта часть сорвалась, — вздохнула я. Проговаривание того, что стало моим жизненным планом, заставило меня осознать, насколько полностью бредовой я стала. План изменить свою жизнь зависел от того, попаду ли я на реалити-шоу.

— По-моему, в этом есть смысл, — сказал Генри,