Бывшие. Тайные дети прокурора - Ольга Ракс

— Да вы вообще вундеркинд. И я вас разочарую я думала совершенно о другом.

— Да? И о чём?

— Я оставлю это при себе. — отворачиваюсь в сторону и вижу нашего официанта с подносом, — А вон кажется и наш салат! — ну наконец-то, хоть рот займёт и будет жевать, а не доводить меня до белого каления, радостно улыбаюсь Станиславу, который тушуется и краснеет от стеснения.

— Ваш салат. — официант расставляет тарелки и кладёт приборы, — Приятного аппетита!

— Спасибо, Станислав. — дарю парню улыбку и тот улыбнувшись исчезает на кухне.

— Кажется у парня началась тахикардия. — задумчиво тянет прокурор, — Ты на всех мужиков так действуешь, Карамелька? Я, знаешь ли, тоже люблю сладкое…

— Не боитесь, что у вас сахарный диабет начнётся от сладкого? — беру вилку и натыкаю хрустящий лист салата и помидорку.

— У меня хороший метаболизм.

— Я за вас рада. Приятного аппетита, господин Архангельский.

— Это намёк, чтобы я заткнулся и жевал? — спрашивает, а в глазах затаились смешинки, на что я лишь пожимаю плечами, — Понял не дурак. — он тоже втыкает вилку в салат и начинает есть. Бросаю на него взгляд из-под ресниц и мне нравится, как он это делает. — А тут и правда неплохо готовят. — кивает самому себе.

Рыбу я не хотела, но она так аппетитно пахла и выглядела с зажаристой корочкой и стекающим соком, что я не устояла и съела все, что принёс Станислав. И плевать, что там думает этот прокурор! А вот от торта я отказалась, хоть и хотелось кусочек, не знаю, что на меня нашло, я не очень люблю сладкое. Капучино оказался выше всяких похвал, тут как оказалось неплохо кормят, буду знать на будущее.

Когда Станислав принёс счёт, я потянулась к сумочке, чтобы достать карту и рассчитаться за обед, прокурор остановил меня одним взглядом.

— Даже не думай. — после сказал он, как отрезал.

— Но…

— Я мужчина и сам заплачу за обед. Или ты думаешь, что я не смогу это сделать? Может ты получаешь больше, чем я?

— Нет, но мэр выделил деньги на расходы…

— Не нужно, я сам подойду к нему и скажу, чтобы такого больше не было. Ясно?

— Угу. — не стала я спорить, мне всё равно, значит я завтра верну всю сумму в бухгалтерию.

Станислав при этом даже бровью не повёл, подставил терминал, прокурор ещё и чаевые неплохие оставил, когда мы поднялись.

— Будем рады видеть вас у нас ещё. — напоследок сказал парень.

— Мы обязательно придём ещё. — заметил Архангельский и снова положив руку мне на талию, повёл на выход. — До свидания.

— До свидания!

Надо же, а он умеет быть вежливым когда захочет. Этот человек за полдня открывался мне уже с новой стороны, и я понимала, что совершенно была к нему категорична и не справедлива.

Глава № 5

В мэрию мы вернулись к трём часам, перед приёмной уже стояли три больших коробки с документами и нервничающая сотрудница архива.

— Ну наконец-то! Я уже и не рассчитывала, что ты появишься! — высказалась она и просверлила меня гневным взглядом. — Или ты думаешь, что раз ты теперь работаешь с прокурором то тебе всё можно? — продолжала она шипеть.

Архангельский же немного задержался, повернув в сторону кабинета Ивана Геннадьевича и на амбразуру я попала одна. Нужно сказать, что Полина меня всегда недолюбливала, но я же не сто баксов, чтобы всем нравиться и меня любили, но и не обязана выслушивать ее недовольство.

— А ты переломилась подождать, да? Что в архиве уже все крысы разбежались от твоего гадкого характера? И ты решила его испытать на мне?

— Да пошла ты! Это у вас тут одни крысы сидят! Не знаете, чем заняться только и строите всем морды. Да и ты уже, наверное, ноги раздвинула перед новым прокурором? Ну и как он? Большой у него член?

— Ты больная. Если у тебя недотрах, то это не значит, что ты можешь своим языком тут трепать что попало. Ты привезла, что тебе сказали? Спасибо, можешь идти. — толкаю её плечом, чтобы отодвинуть от двери и достаю ключи из сумки, чтобы открыть дверь в кабинет.

— Стерва! Да я тебе…! — поднимает руку Полина, готовая на меня набросится. Совсем сумасшедшая!

— Что тут происходит? — раздаётся за спиной суровый и недовольный бас Архангельского, интересно как много он видел и слышал.

Полина замолкает и резко разворачивается к Архангельскому, её рука тут же подлетает к волосам, поправляя их и она меняется на глазах, из свирепой горгоны в милую кошечку. Я от такой метаморфозы в шоке и впадаю в ступор, вот же гадина какая!

— Да ничего особенного. — улыбка у неё как у анаконды, которая узрела себе жертву. — Просто мы разговаривали с Олечкой о документах. А вы тот самый прокурор, что к нам приехал?

Архангельский бросает на меня вопросительный взгляд как бы спрашивая — «ты в порядке?», я киваю и отперев замок толкаю дверь.

— Да я тот самый прокурор, благодарю вас за доставку документов, вы их одна тащили?

— Нет, что вы! Мне помог водитель и охранник. Я же девушка, куда мне таскать такие тяжести я же ещё не рожала. — ядовитая улыбка так и сияет на её лице, а в голосе мёд. — А вы женаты? Может у вас и дети есть? — Полина подходит почти вплотную к прокурору и накручивает на палец прядь волос, — Я очень люблю детишек, — я на это лишь возвожу глаза к потолку и вхожу в приёмную.

Бросив на стол сумочку и сняв пиджак, возвращаюсь и подхватываю одну из коробок с пола, чтобы утащить в кабинет.

— Ольга! Я сам. — игнорируя вопросы Полины, Архангельский, слегка оттолкнув её перехватывает у меня коробку, и смотрит ругающимся взглядом. — Куда потащила?

— В кабинет. — ворчу я, складывая на груди руки. — В отличие от архивных крыс у меня есть работа, они-то всё бумагу грызут, поди уже из ушей лезет. — ехидно добавляю.

— Да ты…! — возмущается Полина, — Секретутка! — плюётся словно ядом.

— Как вас зовут? — прерывает нашу перепалку Архангельский.

— Полина.

— Полина вы в курсе, что я могу завести на вас дело?

— Какое? — теряется она и переводит взгляд с меня на него.

— За нападение и наговор?

Полина бледнеет, в её глазах мелькает страх и она, опустив глаза, не прощаясь убегает по коридору к лестнице. Оглянувшись раз, бросает на меня ненавидящий взгляд и стуча каблуками спускается вниз. И что я ей сделала? Жениха не уводила, мужа не отбивала, с