Запретный: КИНГ - Слоан Кеннеди

Я подождал, пока шаги за дверью ванной не стихли вдали. Я дал себе еще минуту, чтобы выплеснуть охватившее меня горе, но, по правде говоря, дело было не в том, чтобы дать волю слезам. Мне нужно было дать Кингу время освободиться от семьи и найти путь туда, где я был.

Он придет. Он должен.

Он обещал, что больше не оставит меня. Даже если он и не произносил этих слов, он говорил это, забираясь ко мне в постель каждую ночь. Он говорил это, обнимая меня сильными руками, и он говорил это, каждое утро просыпаясь в моих объятиях.

Он не уйдет. Он просто не может.

Но через десять минут я понял, что он не собирался заходить в ванную, чтобы лично убедиться, что со мной все в порядке.

- Он просто не мог уйти, - прошептал я, когда закончил приводить себя в порядок, насколько мог.

Кинг не мог спокойно прийти ко мне, не вызвав подозрений, и это нормально. Мне просто нужно было увидеть его, оказаться с ним в одной комнате. Мне нужно было увидеть, как тревога в его глазах сменяется облегчением, и мне нужно было знать, что ничего не изменилось.

Что последние две недели были настоящими. Что этот день был настоящим. Что он держал меня за руку, потому что хотел этого. Что он смеялся надо мной и вместе со мной, когда я рассказывал о прыжках с парашютом и пейнтболе. Битва за кексы была настоящей. Тот поцелуй на моей руке что-то значил.

Что-то потрясающее.

Но когда я вышел из ванной и, возвращаясь в гостиную, сталкивался с одним обеспокоенным членом семьи за другим, фальшиво улыбаясь, не потребовалось много времени, чтобы понять, что все это неправда. Ничего из этого не было правдой.

Потому что вместо того, чтобы быть рядом и посылать мне многообещающие взгляды, в которых говорилось, что он позаботится обо мне, когда все уйдут, Кинга нигде не было, а на кофейном столике лежал мой телефон.

Он снова исчез. Вероятно, навсегда.

Но даже если он каким-то чудом вернется после того, как наша семья уйдет, это не будет иметь значения.

С меня хватит.

Я, наконец-то, покончил с этим.

Глава двадцать вторая

КИНГ

Я пил третью стопку, когда раздался громкий стук в дверь.

Поскольку это никак не мог быть Джио, я проигнорировал его. Джио, скорее всего, праздновал со всей семьей у себя дома. Может, если бы Лука не подошел и не выразил своего удивления, увидев меня со своим сыном, я бы смог справиться со всем этим.

Удивлен видеть тебя здесь, Кинг . Мы не думали, что ты получил какие-либо наши сообщения о вечеринке-сюрпризе.

Я не получ ал, у меня последние пару недель не работал телефон. Я вспомнил, что сегодня день рождения Джио, и не хотел, чт обы он оставался один, поэтому зашел сегодня утром и пригласил его потусоваться.

Что ж, я так рад, что ты это сделал . Мы планировали прилететь сюда утром, но из-за погоды вылет был отложен.

Это доставило мне удовольствие.

Это доставило мне удовольствие, но не по причинам, предполагаемым Лукой. Все, что произошло в этот день, начиная с того, как Джио обнаружил тесто для кексов, и, заканчивая мероприятиями, вызывающими прилив адреналина, и, наконец, расслабляющим ужином и неспешной прогулкой, было идеально.

Совершенно идеально.

Настолько, что я на мгновение забыл, что мне запрещено прикасаться к Джио, и взял его за руку. Как только его пальцы сжались вокруг моих, не было никакой надежды отпустить его руку. Каждая клеточка моего существа отвергала эту мысль.

А потом все полетело к чертям. Чувство вины, что я испытывал, обрушилось с новой силой, особенно когда я увидел, что Лука направляется ко мне. Я заставлял себя безразлично относиться ко времени, проведенному с Джио, но не прошло и минуты после того, как Лука поблагодарил меня, как я услышал, что Кристофер позвал Джио по имени, и его голос был полон страха.

Я начал двигаться раньше, чем большинство остальных отреагировали, но, увидев пустой взгляд на лице своего сына, Лука опередил всех нас в попытке добраться до молодого человека. Я приложил все усилия, чтобы Лука попытался вырвать своего ребенка из темных пальцев, что держали его в прошлом, но когда по щекам Джио потекли слезы, я практически оттолкнул Луку с дороги и встал перед ним. Каким-то образом удалось обойтись без нежностей, когда я приказывал ему открыть глаза. Они были открыты, но я знал, что Джио на самом деле ничего перед собой не видел. Он видел и переживал все, что сделал с ним его подлый обидчик.

Я почувствовал облегчение, когда Джио вышел из состояния, подобного трансу, так скоро после нашего разговора, но мне удалось лишь мельком показать ему, как я горжусь им за то, что он такой чертовски сильный, прежде чем Лука обнял своего сына.

И это справедливо.

К сожалению, для меня стало обычным наблюдать, как Джио ведет себя, когда погружается в воспоминания, но Лука этого не видел. Он был бы вне себя от ужаса, если бы снова потерял своего сына из-за разрыва с реальностью, как это произошло более четырех лет назад.

Больше всего на свете мне хотелось пойти за Джио в ванную, чтобы самому убедиться, что с ним действительно все в порядке, но слишком боялся, что меня обнаружат, чтобы сделать это. Я боялся, что моей решимости не хватит на то, чтобы держаться от него подальше, поэтому, как только появилась возможность, я положил телефон Джио, который вытащил из подстаканника в машине, на журнальный столик, прежде чем выскользнуть из квартиры, как последний придурок, кем и был.

Когда стук в дверь повторился, я промолчал. Было наплевать, кто это. Управляющий, дама, всегда просившая меня что-нибудь починить, когда видела, как я захожу в здание, сумасшедший парень, который жил рядом и стучал в мою дверь в любое время суток в поисках своей воображаемой собаки... не имело значения, я не был заинтересован в общении с кем-либо, кто не Джио.

- Это я, придурок, открывай! - услышал я крик Кона.

- Блядь, - пробормотал я, прежде чем опрокинуть еще стопку. Поскольку я знал, что Кон просто взломает замок, если не открою дверь, я вскочил на ноги и практически сорвал дверь с петель, прежде чем развернуться и вернуться на диван.

К моей почти пустой бутылке виски.

Я услышал, как хлопнула дверь и