Путь к дракону - Маргарита Ардо

— Издеваешься? — насупился парень. — Мне что, бумажками Энгелу в глаза бросить с особо устрашающим видом?

Я склонила голову ещё ниже, косясь на дрожащих Мию и Олану по левому флангу. Отчего-то мне этих трепетных аландарок было жаль — сама себя не узнаю. И я проговорила еле слышно:

— Ты ведь можешь сделать любую бумажку. Или документ. Вот и сделай такую, чтобы бой отменить.

— Меня отчислят за это!

— Энгел сам сказал, что в защите любые средства хороши. А ты вроде хотел отсюда дать дёру поскорее. Но это не в моих интересах, оставайся. Хочешь, я бумажку ему отнесу?

— Ты?! Не боишься?

— Нет. Ты много разговариваешь, традиционники уже на последнем издыхании, — добавила я, глядя, как ползёт в укрытие покрытая копотью блондиночка, с которой я тарталетками не поделилась.

Рыжий орал ей истошно:

— Сюда, Дэни, в укрытие!

Побежал, отбивая шары ей навстречу, но огнебол ударил его сзади. Рыжий рухнул со стоном. А я шикнула на Хаба:

— Скоро будет поздно! Делай приказ!

Хаббат тоже наклонился как можно ниже, чтобы его было не видно из-за спин ребят. Пошевелил губами, посучил пальцами, словно специи растирал, и в его руках появился лист, на который молниеносной ниточкой выскакивали из его тонких пальцев буквы, выстраиваясь в слова и фразы. Из ниоткуда проявилась ниже печать ректора с отблеском. Я прочла:

«Приказ. В связи с ценностью и разным базовым уровнем владения магией группу феноменов от занятий по боевой магии повышенной сложности и опасности отстранить. Уделить больше внимания развитию базовых способностей с учётом особенностей каждого из феноменов. Ректор, профессор Элоиза Гел Геральдина Морлис».

Руки Хаббата дрожали.

— Ты гений! — шепнула я и выхватила бумажку.

Поднялась и прошла по рядам, пока он не передумал: надо же как-то спасать наших творческих феечек. Предстала перед мистером Энгелом, протянула ему документ.

— Вот, господин Энгел. Передали только что.

— О, звёздочка наша! — Энгел отвлёкся от созерцания разгрома несчастных традиционников.

Из лабиринтов на поле летели крики, клубы дыма и запах гари. В моей голове скользнула мысль, что стоило бы и традиционников спасти, а Энгела к чертям уволить за издевательство над студентами. Куда вообще руководство смотрит?

Преподаватель пробежался глазами по строкам. Нахмурился и фыркнул:

— И чего она вздумала вас щадить? Не детки уже!

И всё же с самым недовольным видом Энгел приложил палец к печати. Его след сверкнул и исчез.

— А что это вы только что сделали? — поинтересовалась я.

— Любопытство погубило кошку. Иди к своим. Скажи, чтобы перемещались на третью учебную площадку. С глаз долой.

Я кивнула и отвернувшись, закусила губу, чтобы не просиять в победной улыбке.

— Ребята! У нас экзекуция отменяется, — объявила я, как только оказалась возле наших. — Перемещаемся на площадку для начинающих.

Адер громко выдохнул, лицо его просветлело от облегчения. А Мия и Олана подскочили ко мне с восторгом.

— Тара, ты его переубедила, да? Спасибо, Тара! Боже, ты наша спасительница!

Я буркнула, мотнув подбородком на Хаба.

— Его благодарите. В нашем мире бумажки — самая нужная магия.

Нед присвистнул и проходя похлопал Хаббата по плечу.

— А ты молодец, библиотекарь!

Энгел издалека крикнул нам в рупор:

— Феномены! Бегаем 10 кругов. Переносим внимание в ноги, словно остального тела вообще нет! — И до нас долетело не слишком скрываемое разочарование, брошенное им в сторону от рупора. — Сачки!

Ребята из моей группы радостно бросились прочь со стадиона. Один Эднат был недоволен. Что ж, если хочет получить из себя стейк средней прожарки, пусть бежит к несчастным на стадионе. Но мой соотечественник поплёлся за феноменами. Интересно, опять притворяется? Если так, то Эднат в самом деле великолепный актёр, даже тошно.

И вдруг у мостика через речку, на покрытом зеленью холме показалась бурая кошка. Она возникла из ниоткуда, блеснув шёрсткой на солнце. Мадам Морлис? Вот чёрт! Неужели у неё в кабинете или в волшебных папках что-то сверкнуло или откликнулось при подписи Энгела, и она решила проверить?

Но нет, кошке навстречу вышел Гел-Бассен, и я остановилась, раскрыв рот, потому что картинка показалась чересчур знакомой, совсем родной. Я даже головой встряхнула, рассматривая на солнце мадам и интенданта. Смени антураж, и получится старик Мусль с бурой кошкой с нашей улицы. Такой же, вроде как чёрной, но рыжеватой на солнце, с пушистым хвостом и яркими глазами. Она вечно забегала к нам в сад, сидела на каменном заборе, щурясь, а потом спрыгивала и убегала куда-то.

— Ты чего? — Дари остановилась рядом.

Кошка превратилась в ректора в чёрной мантии с серебристой окантовкой. Вместе с Гел-Бассеном они свернули в сторону. Туда же вдруг рванул и Растен, выскочивший, как крыс из мышеловки, весь в сером. Они направлялись к зданию госпиталя. Что-то случилось?

И хотя в нашей академии могло приключиться что угодно, моё сердце сжалось, будто говоря, что сейчас в госпитале происходит что-то важное — то, что я обязательно должна знать. Я не выдержала, дёрнула за рукав подругу.

— Дари, мне надо бы отлучиться, если Энгел спросит, придумай что-нибудь.

— Давай вместе! — зажглась она. — Без меня ты не справишься, если попробуешь влезть в кабинет мадам ректора.

— Я туда не собиралась… — пробормотала я.

Дари поморщила нос.

— А зря! Морлис как раз ушла. И судя по её озабоченному виду, не на две секунды. Может, и тонтту её элитные где-нибудь шляются. Она ведь их отсылает время от времени с поручениями. А Энгелу на нас наплевать, он, садюга, ещё с традиционниками не закончил.

По направлению к госпиталю проследовали аландарские сыщики: и у рыжего, и у здоровяка с усами были на редкость ошалелые лица, словно их ударили пыльным мешком.

«Мне тоже нужно туда! — поняла я. — Абсолютно точно!»

Здравый смысл требовал обратного, но мы с ним уже давно не в ладу.

И вдруг на площадке появился недовольный Энгел. Хм, значит, в госпитале сейчас будет пополнение из бедняг со стадиона. Хорошо, что все врачи тут волшебники и способны справиться даже с переломами и ужасными ожогами, быстрее, чем наши, на поверхности, с насморком.

— Феномены, стррройсь! — рявкнул Энгел.

Встав прямо перед ним в струночку, я спросила:

— Господин Энгел, а вы не боитесь, что кто-то во время таких опасных занятий, как сегодня, погибнет?

— Нет. А я на что? Я слежу.

— А вас лекари потом не ругают за то, что работы так много?

— Лекари к пятому вашему курсу будут счастливы. Особенно те, что на родном слое — потому что маги, которые служат обществу, всегда попадают в переделки. Но благодаря моему курсу магического бойца выходят из них потом целыми.

— Но