Монстры носят короны - Аделин Хамфрис

— Скажи, что у тебя есть что-то, — низко сказал Рэйф, голос был резким, как лезвие.

Винсент кивнул.

— Есть. Но есть кое-что...

Атмосфера изменилась. Рэйф замер, у меня за затылком поднялись волоски.

— Что происходит, Винс?

Винсент взглянул на меня.

— Просто знай, что — я...

Внезапно окно разбилось. Всё произошло одновременно — стекло взорвалось, раздался выстрел, Рэйф опрокинул меня и потащил на пол. Моё сердце колотилось в груди, когда комната погрузилась в хаос.

Я схватилась за пистолет, но Рэйф уже действовал, его тело было стеной тепла и силы надо мной.

— Ложись, — приказал он, голос стал рычанием.

Но я не послушалась. Никогда не слушалась. Я поднялась, держа оружие, и увидела их — людей Моро, захватывающих комнату как чёрная волна. А потом увидела Винсента, стоящего неподвижно. Не сражающегося. Не убегающего. Просто... наблюдающего.

В животе скрутило.

— Винсент, — рявкнул Рэйф. — Иди сюда, чёрт возьми.

Но Винсент не двинулся. И когда он наконец заговорил, голос был пустым.

— Прости.

Предательство ударило, как физический удар. Рэйф застыл рядом со мной, лицо побледнело в том ужасном выражении, которое я уже научилась узнавать. Но его глаза... его глаза горели.

— Что он тебе предложил? — голос Рэйфа был ледяным. — Сколько стоит моя кровь, Винс?

Горло Винсента дрогнуло.

— Это не… он сказал… он предложил…

— Не надо, — прервал его Рэйф, голос вибрировал от ярости. — Не смей оправдываться.

Мне хотелось закричать. Хотелось стрелять, но врагов было слишком много, и они быстро приближались.

— Ты должен был убить меня, когда у тебя был шанс, — сказал Рэйф, голос был смертельно спокойным.

— Я знаю, — прошептал Винсент.

Моё сердце сжалось при взгляде на лицо Рэйфа. И тут начали атаковать люди Моро. Бой превратился в бурю шума и движения, выстрелы рвали воздух, запах крови и дыма быстро поднимался. Я стреляла, не думая, руки были тверды, хотя сердце колотилось как боевой барабан. Рэйф был воплощением ярости рядом со мной, движения быстрые и беспощадные, каждый выстрел попадал туда, куда он хотел. Но нас было меньше.

— Убирайся отсюда! — рявкнул Рэйф, схватив меня за запястье.

Я не спорила, увидев, сколько врагов шло за нами. Мы двинулись к заднему выходу, Рэйф стрелял по пути, но потом выстрелы прекратились. Наступила тишина. Она была хуже любого шума.

— Бросайте оружие, — раздался голос, ровный, холодный и настолько знакомый, что у меня сжался живот. Кровь в жилах застыла. Я медленно повернулась, с поднятым пистолетом, и застыла. Винсент стоял в центре комнаты, руки подняты, лицо бледное.

За ним — Моро. Высокий, с острыми чертами лица, и улыбающийся. В руке у него был пистолет, дуло приставлено к виску Винсента.

— Бросай, — сказал Моро, глядя на Рэйфа. — Или твой маленький друг здесь умрёт.

Рэйф не двинулся. Не опустил оружие.

— Ты идиот, если думаешь, что мне есть дело, — мягко, но смертельно сказал он. — Он уже сделал свой чёртов выбор.

Винсент вздрогнул.

— Рэйф, — почти прошептала я.

— Видишь? — улыбка Моро стала шире. — Вот что дает верность Вону. Ничего. Ты правильно сделал, приняв моё предложение, Винсент.

— Заткнись, — прорычал Рэйф.

Моро проигнорировал его и обратил внимание на меня. И когда его глаза встретились с моими, по спине пробежал тошнотворный холод.

— Ты выглядишь усталой, мисс Синклер, — сказал он почти ласково. — Тебе стоит серьёзно пересмотреть своё окружение. Мир Рэйфа… он тебя убьёт.

— Я ещё не мертва, сука, — резко ответила я.

В его глазах заблестели искры веселья.

— Нет… пока нет. Но скоро.

Пистолет в его руке слегка сдвинулся, ровно настолько, чтобы меня вывело из равновесия.

— Честно, ты мне не нужен, Винсент.

Моё сердце бешено колотилось. Я задыхалась. Винсент резко повернулся к нему, глаза широко раскрыты от шока и страха. — Любовь, которую так легко купить, не стоит и шанса.

— Нет! — бросилась я вперёд, но Рэйф сжал мою руку железной хваткой.

Моро улыбнулся. И нажал на спусковой крючок. Звук выстрела разнесся по комнате. Винсент рухнул, как марионетка с перерезанными нитями, кровь быстро расплылась темным пятном по его груди, впитываясь в рубашку, глаза расширились от шока — а затем опустели. На мгновение время раскололось. Не было ни звука, ни движения. Только глухой стук его тела о пол и зияющая пустота, что он оставил в нас. Я даже не осознала, что кричу, пока Рэйф не отпустил меня. И тогда он стал воплощением хаоса.

В одну секунду он был рядом со мной. В следующую — промелькнул по комнате в ярости. Люди Моро не успели среагировать, прежде чем кулак Рэйфа врезался в челюсть Моро, выбив пистолет из рук и отправив его с грохотом на пол. Но он не успел закончить. Не успел сделать удар решающим. На него набросилась стая, словно волки.

— Уничтожить их! — прорычал Моро, кровь капала изо рта, но глаза его были прикованы ко мне. Он вытер губу и улыбнулся, как дьявол. — Скоро ты увидишь, что я — единственный, кому можно доверять.

Я рванулась вперед, в груди пылал чистый гнев, но комната снова взорвалась — рев тел, топот сапог, удары кулаков. Это был шум, движение и жара. Рэйф бился, как разъяренное животное. Как человек, которому нечего терять. Я видела, как его локоть ломает нос человеку, кровь распыляется по стене. Он врезал другому головой в угол стола так сильно, что в дереве осталась вмятина. Но врагов было слишком много. Пять? Шесть? Они нападали с разных сторон, и он встречал их, с обнаженными кулаками и зубами, рычащим оскалом, который не звучал по-человечески.

Я царапалась, пиналась, врезала каблуком в колено, и почувствовала удовлетворяющий хруст. Но нас было меньше. Ботинок врезался мне в ребра, треск боли пронзил бок.

Я рухнула на пол, руки скользнули по липкой от крови — крови Винсента.

— Рэйф! — я сдавленно позвала, голос срывался.

Я нашла его в хаосе. Он всё еще бился, даже когда трое мужчин прижимали его. Кровь была на его лице, челюсть сжата в ярости, но в глазах была не только ярость — была скорбь. Глубокая, душераздирающая скорбь. Потому что Винсента не стало. Предательство висело густым слоем в воздухе. Винсент, который сражался с нами, улыбался нам, в конце концов выбрал неверно — и заплатил жизнью.

Моро стоял в стороне, словно дирижёр, наблюдающий за своим оркестром — спокойный, отстраненный и холодный. Он наблюдал за насилием, как за шоу. Поднял руку и смахнул капли крови Винсента