Академия тайных даров. Преданная смерти - Дана Данберг

– Столица в двух сотнях миль отсюда, даже чуть больше. У вас такая разница в силе, думаешь?

– Дело еще и в опыте, Диана. Да и не занимался я подобными тренировками специально. Мы в Академии эту методику осваивали, конечно, но не слишком активно. К тому же у меня было мало практики.

– Но он все равно сильнее?

– Очевидно, – кивнул Маркус. – И намного опытнее.

– Ну хорошо, я подозревала, что мой разговор с Лизой перехватили, но значит, с мамой когда говорила, он этого точно прослушать не мог? – уточнила я, покрываясь холодным потом от того, что кто-то может узнать про песнь.

– Нет, сколько там до вашего домена, миль четыреста пятьдесят? Точно нет, – помотал головой тот.

– Тогда, может, все же не менталист прослушивал, а как-то через оборудование, какие-то артефакты?

– Не слишком ли это для студенческой банды?

– Если это вообще студенческая банда, потому что наличие менталиста такого уровня тоже с ней как-то не сочетается.

– Вот тут ты можешь быть и не права. Менталиста вполне могли сюда засунуть за какие-то грешки, чтобы не отсвечивал и не мешал. А ему стало скучно.

– И он создал банду студентов с целью… Какой? Кошмарить местных проводников и беглецов из тюрем, которые по горам скачут? Или кошмарить отдельных студентов?

– Если я прав, то его цель: развлечение и тренировки, Диана. Так что это может быть именно такая вот мелкая цель.

– Это даже звучит дико.

– Дико-не дико, но ты сама подумай, чем не развлечение – повязать детей из непростых семей кровью? Доказать ментальное воздействие, особенно, если оно длительное и рассеянное, довольно сложно, но люди уже мертвы, а кровь на руках отпрыском лордов и князей уже есть.

– Хорошо, – я опять погрузилась в размышления, – вот это уже звучит не дико, а очень даже продуманно. Как долговременная стратегия. Студенты заканчивают обучение, но должниками, при этом, быть не перестают. Они на крючке, возможно, до конца своей жизни. При этом, даже если удастся доказать, что было воздействие менталиста, их общественная жизнь все равно кончена – им руки никто не подаст.

– Именно. Поэтому они до последнего будут скрывать свои грешки и подчиняться. Менталисту даже не придется их навещать, чтобы обновлять свои установки, они просто будут делать то, что им прикажут, или они сами пойдут под суд.

– Умно придумано… Долго об этом думал?

– Все то время, что был в медблоке, – усмехнулся Маркус. – Ну и поговорил со своим соседом по палате. Представь, он оказался тоже непростым парнем.

– И что за парень?

– Первокурсник, как ни странно. Из рода де Савье, если тебе это о чем-то говорит.

– Те самые де Савье? – удивилась я. – Они же затворники! Я про них только краем уха слышала, что они очень загадочное и очень влиятельное семейство.

– Ага, те самые – древний княжеский род де Савье. Один из семейства обязательно находится в свите короля, но конкретный человек меняется раз в несколько месяцев.

– Я этого не знала. Интересно. Слышала только, что они очень-очень влиятельны и король к ним прислушивается. Постой… В свете сложившейся ситуации… Он что, тоже менталист?

– Почти угадала, – усмехнулся парень. – Вся семья де Савье – сильные эмпаты со склонностью к магии тьмы.

– Ну, это логично. Ментальные дары вообще появляются, в основном, у темных, если это не близкое родство с другими расами, как у меня.

– Но эмпатия – не активный дар, как ментальная магия, а пассивный, как твоя защита. Причем, это дар духовного плана, как я читал, что-то связанное с теневыми сущностями, которые то ли подселяются к человеку, то ли просто при каких-то условиях одаривают. Мм… Не помню, давно об этом читал, а самого Савье я спрашивать не решился.

– То есть, он не в состоянии это контролировать, я правильно поняла твою мысль?

– Ага. Ты представляешь степень угрозы для этой банды? – хмыкнул Маркус. – Это даже не твой щит и не моя ментальная магия, которую я могу в дело вообще не пустить.

– Тогда как же он учится? Если он ощущает эмоции всех людей, то уже должен сойти с ума. Я так понимаю, что члены семейства де Савье меняются при короле не просто так, а чтобы у них мозги из ушей не вытекли.

– Думаю, ты можешь быть права. Я даже его об этом спросил, когда мы все же смогли нормально поговорить.

– Только он тебе не ответил?

– Разумеется. Но какая-то защита у него явно есть. Либо артефакт, либо еще что-то.

– М-да, как же мы все влипли-то?! Так что сказал де Савье?

– Сказал, что почувствовал что-то странное в общежитии. Только он живет в другом, не в том, что я. И, вроде бы, что-то за ним. Но там была такая мешанина из ощущений, по его словам, что он так и не смог определить ничего конкретного.

– Он живет в том, где их главный подставной босс? – нахмурилась я.

– Ну да, а что?

– За ним просто склон холма и лес. Эмпат ведь может чувствовать не только эмоции людей, верно?

– Ну, это пассивный дар, так что, думаю, да, – пожал плечами парень. – Думаешь, там мог быть упырь или еще что-то?

– Все может быть, не знаю. Надо бы там прогуляться, но что-то у меня есть сомнения, что это здравая идея.

– Уже дней десять с тех пор прошло. Если там даже что-то и было, то уже нет смысла туда ходить.

– Ну ладно, тогда что мы решили? Ты попытаешься найти тех, кто у этой банды на подхвате?

– Да, нужно попробовать все же не догадки придумывать и теории строить, а найти какие-то факты, которые можно предъявить при необходимости.

– Главное, чтобы нас раньше не прибили. А то я, конечно, вся из себя резкая, – я хмыкнула, – но я не боевик.

– Прорвемся, – с уверенностью в голосе ответил Маркус и взял меня