Твои валентинки - Анастасия Стер

У меня перехватило дыхание. Я не видел ее почти три месяца, хотя не пропускал ни одной долбаной вечеринки на хате у Дена, надеясь ее встретить, и вот она здесь, так близко, что я чувствую ее запах. Вишня, ваниль и что-то нежное и неуловимое. Наверное, сама Леся.

Взгляд цепляется за плечи, такие точеные и острые, что можно порезаться, и в груди давит от невозможности прикоснуться к молочно-белой коже. Чтобы как-то отвлечься, глупо шучу, зная, что она взбесится.

– Привет, принцесса. Сегодня без короны?

– Ты опять? – надулась Леся, очаровательно краснея. – Сто лет прошло. И не корона, а диадема.

Она протиснулась мимо меня в ванную и захлопнула дверь, а я стоял и улыбался как идиот. Мне нравилось называть ее «принцессой». Первый раз я сделал это по приколу три года назад, когда впервые увидел ее. Олеся тогда ворвалась в комнату Дена как тайфун, в белом платье из перьев, размахивая медалью за танцевальный турнир. Она явно не ожидала увидеть там кого-то, кроме брата, и, заметив меня, смутилась. А я посмотрел на диадему на ее голове и сказал: «Привет, принцесса». Даже сквозь плотный слой автозагара было заметно, что она покраснела. «Дурак», – буркнула Леська и выбежала из комнаты под наш с Деном хохот.

Если бы тогда кто-то сказал мне, что я буду с завидной частотой фантазировать о том, что под одеждой у младшей сестры моего друга, я бы поржал. А сейчас мне ни фига не смешно, потому что я как одержимый смотрю все видео с выступлений принцессы, которые она выкладывает в сеть, и задыхаюсь от невозможности к ней прикоснуться.

А ведь еще год назад я почти не обращал на нее внимания. Все изменила та проклятая сентябрьская вечеринка, на которую я не собирался приходить, но Ден с Катькой уговорили. Я, как всегда, опоздал и пришел в разгар веселья. Народу было больше, чем обычно, – Ден, по ходу, позвал всех, кого знал. Они колбасились под попсу в гостиной, заливаясь алкоголем. Я хотел догнаться и пошел на кухню, а там была Леся.

Клянусь, я ее не узнал. Застыл на пороге кухни, глядя на девушку, которая танцевала спиной ко мне под доносившуюся из гостиной музыку. Каждое ее движение было росчерком в пространстве, волосы, собранные в высокий хвост, взлетали в такт ее движениям, а округлые крепкие бедра так и притягивали взгляд.

Я не выдержал. Осторожно приблизился и обхватил рукой ее талию, решив, что танец – вполне себе повод для знакомства. В голову ударил запах вишни и ванили, кровь зашумела в ушах. В тот момент я уже решил, что с вечеринки эта девчонка уйдет со мной.

На мое счастье, она обернулась до того, как я успел сообщить ей, какая у нее аппетитная задница. Узнав Лесю, я знатно охренел, а потом попытался перевести все в шутку.

– Красиво танцуешь, принцесса, – сказал я, поразившись тем, как хрипло и возбужденно звучал мой голос.

Но мне повезло дважды: Леся этого не заметила. Она вся покраснела, поджала губы, а потом назвала меня придурком и вылетела из кухни. Я выдохнул с облегчением, но ненадолго.

Скоро я понял, что не хочу никого, кроме нее. И это был полный пиздец – ведь у меня стоял при мысли о младшей сестре моего друга. Принцессе в платье из перьев, Леське, которую Ден звал не иначе как «мелкая».

Не то чтобы четыре года разницы были для меня непреодолимой пропастью: Лесе было девятнадцать, мне двадцать три. Я заканчивал магистратуру, она второй курс, но Денис со своим комплексом старшего брата говорил о ней как о ребенке и относился так же. Плюс Ден буквально приказывал всем друзьям, которые приходили к нему домой на тусовки, держаться подальше от его сестры. Я дорожил нашей дружбой и не хотел все испортить. Я честно с собой боролся, но, как ни пытался выкинуть из головы Лесю, получалось так себе. Каждый раз, когда я приходил к Дену, я украдкой пялился на принцессу на тусовках и чувствовал себя извращенцем.

Я пытался справиться со своей одержимостью и переключиться на кого-то другого, даже давал шанс некоторым девицам, которых мне подсовывала Катька, но все было бесполезно. Они все были разными, по-своему красивыми и интересными, но они не были ею. Они не пахли вишней и ванилью, от их смеха не теплело в груди, а их прикосновения не обжигали сквозь одежду.

Да, блядь, однажды у меня почти встал оттого, что мы танцевали вместе, хотя я почти ее не касался, а на нас смотрел Ден!

Мы всего пару раз говорили наедине, и эти разговоры я бережно хранил в памяти. Не только слова, но и выражения Лесиного лица, ее голос, то, как она морщила нос, когда искала аргументы во время спора, как улыбалась, когда я шутил. Я разве что ее фотки на стену не вешал, как какой-нибудь маньяк!

И до последнего надеялся, что это временное помешательство, но спустя полгода мазохистических попыток держаться от нее подальше все-таки признался себе, что влюбился. По-настоящему. И когда я уже был готов забить на все и рискнуть дружбой с Деном, принцесса вдруг перестала появляться на вечеринках.

Ден сказал, что она ходит к подруге, чтобы вместе готовить университетский проект, и я возненавидел этот сраный проект всей душой. А еще надеялся, что дело действительно в учебе, а не каком-нибудь парне. От одной мысли об этом ревность опаяла внутренности.

Если я не хочу упустить свой шанс, то пора действовать, даже если Ден потом разобьет мне лицо или вообще перестанет со мной общаться. Я должен что-то сделать. Сегодня. Сейчас.

– Вот ты где! – я едва не подскочил, услышав голос Оли. – Все ждут тебя, чтобы начать.

Я тупо уставился на нее, пытаясь понять, о чем она, а потом до меня дошло, что Ден что-то говорил про какую-то новую игру для большой компании. Оля взяла меня за руку и потянула в гостиную, а я мысленно представил, как душу Дена, и мне немногого полегчало. Совсем чуть-чуть.

Завтра я сам поговорю с Катей и скажу, чтобы она прекратила свою программу «давайте женим Костю», раз у Дена кишка тонка, а сейчас мне предстояло тактично избавиться от навязчивого внимания Оли. В конце концов, она совсем не виновата в том, что не нравится мне и даже немного меня бесит. Дело ведь было не в ней,