Призрак отеля «Белая выдра» - Лена Тулинова

Думая, что в её постели находится Хедмунд, он сейчас увидит Кайетана… точнее, беззащитный кокон, который еще не стал по-настоящему Кайетаном. Увидит, всё поймёт и уничтожит Кая,теперь уже навсегда.

Тати попыталась прыгнуть Айзингеру на спину, впиться пальцами в его горло, лишь бы не дать приблизиться к Каю. Но тот лишь повёл плечами, и девушку отшвырнуло к двери кабинета.

Феоктия помогла ей встать и шепнула:

– Не надо. Всё в порядке.

– Так я и знал! Я должен был понять заранее и принять меры, чтобы этот негодяй не посмел даже подумать о тебе! – прогремел Айзингер, загораживая собой вход в спальню.

Нo Тати из-за его плеча уже увидела, что на кровати сидит Ольви Хедмунд, полностью одетый и собранный. Сидит и держит руку под одеялом, словнo ещё не скинул его до конца.

– Хорошего утра, герр Айзингер, - позёвывая, сказал Хедмунд.

Но Айзингер не был расположен к обмену любезностями. Он протянул руки к детективу и принялся колдовать – Тати не могла ошибиться в этом. Она уже ощущала магию своего поверенного на себе, помнила, каково это – когда тебя пытаются подчинить против твоей воли, сломить, заставить делать то, что не хочется. Неприятнoе ощущение, будто чужие руки заставляют падать ниц и склоняют твою голову к земле!

Вокруг Айзингера начала клубиться тьма.

Это было ужасно, и Тати попятилась, понимaя, что теперь маг не пытается никого подчинить – он намерен убить. Убить её друга! Она уже сообразила, что Хедмунд забыл в её постели – хотя и понятия не имела, почему надо было устраивать засаду именно таким образом.

Хедмунд откинул одеяло в сторону, и Тати увидела в его руке пистолет. Но Айзингер нанёс удар первым. Детектива приподняло над кроватью и швырнуло в стену. Выстрел всё-таки прозвучал – вот только пуля попала в окно. Со стула соскользнул лёгкий кисейный шарфик… и обвил шею Хедмунда.

– Что же вы стоите? – закричала мейстеру Юхану и официанту Тати, оборачиваясь в сторону гостиной. - Помогите же!

Но увы, управляющий и молодой человек в белой униформе остались неподвижными. Зачарованы! Девушка сжала кулаки.

– Феоктия! Я даже приблизиться к нему не могу!

Дама беспомощно развела руками.

– Моих сил недостаточно, – пробормотала она. – Но я попробую…

Айзингер всё так же стоял к Тати спиной, и видно было лишь, как он сжал в кулак напряжённую, добела сведённую кисть и медленно сгибает руку в локте. При этом девушка очень хорошо видела, что происходит с Хедмундом. Εго лицо почернело, рот открылся в предсмертном оскале. Шарф душил его.

Тати не моглa больше стоять без дела. Едва она увидела, что от пассов рук Феоктии тьма начала рассеиваться,то вновь кинулась на Айзингера со спины. На этот раз Феоктия не стала её останавливать. Под напором Тати пoверенный пошатнулся, но всего лишь на миг. Затем он скинул с себя девушку и обернулся к ней. Феоктия, заступившая ему дорогу, была беспощадно отброшена в сторону. Тати, не вставая, поползла от ненавистного ей человека прочь, но он нагнулся и схватил её за воротник. Намотал на кулак как можно больше трещащей ткани, притянул Тати к себе. Выпрямился и заглянул в лицо. В его глазах не было даже намёка на иные чувства, помимо ненависти.

– Не думай, что ты мне так уж нужна, Тати, – прошипел он. –Ты сейчас всё подпишешь… а затем умрёшь. Я стану счастливым вдовцом, у которого будет всё. Всё! И не смей ничего вытворять, глупая сука! Я на пике своей силы,и могу уничтожить всех, кто попробует хоть что-нибудь…

Он потянул за ворот, затягивая узел на шее девушки. Стало нечем дышать,из глаз текли бесполезные слёзы. Никого они не могли разжалобить и никого не могли спасти. Но больше всего сердце Тати болело не за её собственную жизнь – за жизнь Кайетана, который так и не успеет вернуться в бытие, возродиться на этой стороне и жить…

Жить, жить, жить!

Где силы этого отеля? Где белая выдра, призрак, способный приходить даже при свете дня, где волшебная трость? Руки Тати беспорядочно царапали крепкий мужской кулак. Она не могла даже хрипеть и лишь брыкалась, как игрушка-дергунчик на резиночке.

Вот так, наверное, умирал и Кай.

Жить, жить…

– Подпиши, - лязгнул металл в голосе Айзингера.

Рука приотпустила ворот.

– Да пошёл ты… к выдре в дыру, – прохрипела Тати,и рука поверенного с силой скрутила платье на шее, полностью лишая девушку возможности дышать.

ГЛАВА 34. Как бьётся сердце

Внезапно Айзингер дёрнулся, ослабил хватку, и воздух наполнил лёгкие Тати – о богиня, какое же счастье, когда можно дышать! Только наслаждаться этим открытием она не стала. Айзингер выпустил её из цепких рук,и Тати сама на него бросилась. В глазах появлялись и лопались красные пузыри, не давая разглядеть происходящее, уши заложило, а горло, кажется, распухло – во всяком случае, Тати могла только сдавленно рычать. Но это не остановило девушку. Она набросилась на Айзингера, собираясь отомстить за всё – за унижения, за гибель Хедмунда и Феоктии. А она и не сомневалась, что они убиты! И за Кая, за негo даже дважды! Пусть это будет последний её бой. Пусть,только бы не оставить победу за ненавистным человеком!

Кто-то перехватил её поперёк талии.

– Они разберутся сами, моя девочка, – пробормотала Феоктия.

Тати слегка проморгалась и сумела разглядеть даму, несмотря на то, что перед глазами продолжали лопаться пузыри, и всё вокруг плясало и кружилась. По виску компаньонки стекала струйка крови. Но всё-таки она была жива!

– Я не могу пропустить его в кабинет, - прохрипела Тати.

– Шшш, - прошептала Феоктия. - Разве ты не видишь?

Девушка протёрла глаза, как ребёнок. И только тут увидала, что на пороге кабинета дерутся двое. Айзингер в нарядном чёрном костюме с алым шейным платком, темноволосый и окружённый тьмой – и Кайетан, одетый лишь в белое рубище до колен. Его пшеничные волосы падали на лицо, а вокруг тела разливался свет.

– Он всё ещё наделён силой всех гроссмейстеров, – сказала Феоктия. – И силой потустороннего царства. Его питает та сторона. Он выстоит.

– Но он же…

– Шшш, милая. Дай