Лекарка из другого мира 2 - Ольга Кобзева

Музыка доносилась все тише по мере того, как мы удалялись от зала приемов. Я шла следом за наследным архом, терзая себя предположениями о том, что меня ждет. Невольно вспоминался период пребывания в Кристальном замке, «гостеприимство» Кахрамана. Эти мысли только увеличивали нервозность, не давали расслабиться. Данияр, если и «слышал» мои мысли, никак этого не показал, он даже ни разу не оглянулся, чтобы убедиться, что я никуда не делась, иду за ним. Наследный арх уверенно шагал длинным коридором, вдоль которого через каждые десять шагов стоял навытяжку одаренный страж.

Еще когда только выходила из зала, все время спиной ощущала чей-то полный ненависти взгляд. Оборачиваться не стала, и без того догадываясь, кто это может быть. Изира, больше некому. Я здесь больше никого не знаю, кто показал бы свое отношение настолько явно. Гардара ревнует своего нареченного, я бы тоже ревновала.

Адиль… он излучает свет! Он словно сам являет собой тепло и чистоту. Заметила, что улыбаюсь. Так странно, вокруг меня немало тех, кто хотел бы связать свою судьбу со мной, кому нужна сильная гардара, а тот, кто действительно понравился мне, понравился с первого взгляда, занят.

— Проходите, — учтиво предложил Данияр, распахивая передо мной дверь. Я настолько погрузилась в собственные мысли, что едва не налетела не спину арха, так неожиданно для меня он остановился. — Вы в порядке?

— Да, простите, задумалась.

Верховный был уже в кабинете, на наше появление отреагировал лишь поворотом головы. Мансур был занят перепиской, которую спокойно закончил, уложил объемное послание в большой почтовый артефакт, засветившийся от его Силы.

Данияр, также как и я, стоял в ожидании, пока отец соизволит уделить нам время. На его лице не отражалось ни тени неудовольствия или нетерпения. Я тоже постаралась дышать ровнее, настраиваясь на разговор.

Как раз в тот момент, когда Верховный отложил писчие инструменты, дверь позади нас распахнулась, в кабинет отца торопливо ввалился Адиль, первым делом ловя мой взгляд. Даже говорить не буду, насколько легче мне стало от того, что он тоже будет рядом.

— Что ж, кажется, все в сборе! — одобрительно хмыкнул Мансур, поднимая на нас глаза.

Глава 48

Разговор с тремя архами, вопреки ожиданиям, не выпил из меня все силы. Верховный задал много вопросов, на которые я старалась честно ответить. Скрывать мне нечего, главная тайна давно раскрыта. Откровенностью старалась расположить Мансура, покровительство которого мне сейчас необходимо. Будущее, как и прежде, неопределенно. Пока нахожусь на территории Зартага, ссориться с Верховным этой страны точно не стоит.

Ждала, что вот сейчас кто-нибудь из этих троих попытается влезть мне в голову или снова ощущу воздействие, но нет. Ничего такого тоже не было. Только на один вопрос я отказалась отвечать категорически — про метку. Это — мое дело, и только мое. Никого больше не касается!

Адиль все время держался максимально близко, несколько раз я ловила себя на мысли, что он пытается меня защитить. Верховный, кстати, тоже неоднократно бросал на младшего сына подозрительные взгляды, словно безмолвно спрашивал о чем-то, понятном только им двоим.

Адиль в разговор не вмешивался, а вот Данияр иногда вставлял короткие реплики. Было заметно, что именно старший сын — правая рука Верховного. Мансур совершенно очевидно избрал себе наследника, обучал его, прислушивался к его мнению, рассчитывал на его помощь.

— Отец, довольно! — первое, что позволил себе изречь Адиль, как раз в тот момент, когда я уже стала уставать от неугасающего интереса.

Мне пришлось рассказать, как именно я попала в Ларос. Немного поведала о Земле, совсем чуть-чуть, лишь чтобы все убедились, что Ирнахинаджа была не из того же мира, что и я.

Еще меня подробно выспросили про знакомство с Ашрафом, Бурханом и Кахраманом. Про Евсию и ее наследие рассказала сама, просто потому что не видела смысла скрывать это. Не знаю, конечно, существует вероятность, что я так и не растеряла наивности и глупой веры в людей, только… ну вот как объяснить, что я не могла не доверять этим архам, когда за спиной стоял Адиль?

Я чувствовала его дыхание на обнаженной коже шеи. Чувствовала его запах. А еще ощущала тепло, которое исходило от мужского тела. Стоял Адиль очень близко, нас разделяло лишь пол шага, и у меня и в мыслях не было попросить его отойти.

Все мои контакты с Валреей вызвали самый горячий интерес Мансура. Вот о разговорах и снах о Богине он выспрашивал наиболее подробно. Верховный даже встал со своего места и подошел ближе, словно боялся упустить какую-то важную деталь.

— Касалась вас? — снова переспрашивал он. — И что… что вы ощущали в этот момент?

— Это был сон, — покачала головой с легкой улыбкой.

— Пусть так, — отмахнулся Верховный. — Но ведь вы чувствовали, гардара? Расскажите, прошу вас.

И да, я рассказала про то тепло и ощущения умиротворения, что исходили от Богини. То ощущение безграничного принятия и счастья, что я ощущала рядом с ней.

— Ее ведь не зря называют Матерью ворожей, арх Мансур. А я — одна из ее дочерей.

— Вы считаете себя ворожеей, гардара?

— Не считаю. Я и есть ворожея!

— Я хотел это услышать, — негромко уронил Мансур. Верховный заложил руки за спину и отошел обратно к столу. — И что же, насчет своего айсхи говорить вы не намерены? — спрашивая, полуобернулся, окидывая меня изучающим взглядом.

— Отец, довольно!

Вот тут-то и вмешался Адиль, буквально спасая меня от очередного круга расспросов.

— Ирнахинаджа устала, — мягче добавил Адиль. — К тому же, она пока останется во дворце Света, у тебя еще будет возможность и не одна задать ей все интересующие вопросы.

— А тебе не нужно к невесте, сын? — прищурился арх. — Гардара айс Веляри, поди, заскучала одна. Ступай, Адиль, — нажал голосом Мансур. — Обещаю, с гардарой все будет в порядке.

— Мы уйдем вместе, — неожиданно даже для меня встал в позу Адиль.

— Вот как? — выпрямился Мансур, ведя безмолвный бой с сыном. — Гардара, еще кое-что, — перевел взгляд на меня. — Глядя на то, что осталось от сада, — он притворно вздохнул, — я бы просил вас измерить уровень Силы, чтобы понимать, чего еще можно ожидать от вас в будущем.

— Это плохая идея, — покачала я головой.

— Отчего же?

— Обычно