Сойер - Джессика Питерсон

— Рад это слышать, — говорю я.

— Как твоя рука?

— Всё нормально. Я был куда более уставшим, чем думал. Спасибо ещё раз за передышку, Ава.

Я представляю, как она прикусывает нижнюю губу.

— Я знаю.

— Слушай, — продолжаю я. — Сейчас быстро приму душ, потом поеду к тебе с ужином.

Пауза.

— Это звучит чертовски здорово.

— Ты любишь стейки?

— Обожаю. Но...

— Мескаль?

— Тоже люблю. Но ты ведь уже обед готовил, так что я думала приготовить ужин сама...

— Теперь моя очередь заботиться о тебе. А твоя — отдохнуть. Так у нас всё и работает. Через час буду у тебя.

Она вздыхает.

— Ты уверен?

— Это именно то, о чём ты говорила, Ава, — поддразниваю я. — Позволять другим о тебе заботиться.

Глава 26

Ава

Напарники по преступлению

Я слегка навеселе.

У меня полный живот, в руке — вкуснейший мезкаль-негрони (уже второй бокал), а за обеденным столом — шумная компания.

Моя дочь улыбается. В доме пахнет просто божественно. За окнами, рядом со стулом, где я сижу, на лавандовом небе начинают загораться первые звёзды.

И самое главное — мы с Сойером, Эллой и Джуни вместе готовили этот ужин. Сойер привёз еду и замиксовал напитки. Мы с девочками накрыли на стол, а потом сыграли несколько раундов «Утки-гуся», пока он жарил стейки на чугунной сковороде, которую привёз с собой.

Конечно, он подумал о том, чтобы её взять.

И конечно, это сковорода его мамы — та самая, на которой она жарила стейки для него и его братьев, когда они были детьми.

Я помогала Сойеру, а он — мне. Без всяких просьб и напоминаний. Так же, как я заметила его усталость у него дома, он заметил, что мне понадобится помощь после долгого дня с детьми.

Этот мужчина замечает.

Не потому что хочет избежать неприятностей. Не потому что хочет затащить меня в постель. Я начинаю понимать: Сойер замечает, потому что он такой. Потому что он — порядочный, заботливый и до глубины души добрый человек. И сегодня я рядом с ним.

Если заглянуть в словарь под словом «блаженство», я уверена, там будет картинка именно этого момента.

— Сойер, это было потрясающе, — говорю я, указывая на пустую тарелку, а затем бросаю взгляд на тарелку Джуни. — Даже дети всё съели. Ужин, который нравится и большим, и маленьким? Это не шутка.

Сойер смотрит на меня, его ямочка на щеке проявляется, пока он встряхивает лёд в своём стакане.

— Большие и маленькие? — уточняет он.

— Большие — это большие люди, как ты и мама, — объясняет Джуни, жуя картошку. — Маленькие — это такие, как я и Йелла.

— Да, папа, мы маленькие, — подхватывает Элла.

— Ты такая большая девочка — сама приехала сегодня в гости, — говорю я, протягивая ладонь. Элла радостно хлопает по ней. — Я горжусь тобой, Элла.

Я поворачиваюсь и ловлю взгляд Сойера. В его глазах — обожание. И что-то горячее, от чего у меня в животе делает сальто.

О, Боже. Похоже, мы по уши увязли.

Один вечер... Это считается вторым свиданием? Как бы то ни было, мы уже смотрим друг на друга так, будто я подарила ему Луну, а он поймал её лассо. Потому что я тоже смотрю на него так.

Как не смотреть? Сойер появился у меня на пороге с переполненным пакетом продуктов и приготовил самый восхитительный ужин в моей жизни. Он всё предусмотрел: и сливочное масло, и кошерную соль, и веточки розмарина для ароматной прожарки мяса.

Он приготовил овощи. Несколько. И моя дочь их съела!

Он подсадил меня на мезкаль и на группу First Aid Kit. А потом познакомил Джуни с «щекоточной монстром», и это была любовь с первого взгляда.

Может быть, это была любовь с первого взгляда и для меня тоже. Иначе как объяснить, насколько сильно и быстро я к нему привязалась? Я никогда не влюблялась так стремительно. Даже в шестнадцать, когда впервые влюбилась в Дэна.

Те бушующие гормоны подростка не идут ни в какое сравнение с тем, что творится во мне сейчас.

Я словно лечу.

Я до смерти напугана и одновременно в восторге. Мне не терпится узнать, что будет дальше. Потому что с Сойером каждая новая глава становится только лучше.

Я не хочу, чтобы он уходил. И Джуни, кажется, тоже.

Она заползает ко мне на колени, кладёт ручки мне на лицо.

— Мамочка?

— Да, Жучок?

— А Йелла может остаться и на купание тоже?

Глаза Эллы загораются.

— Можно я, мисс Ава? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

— Бесстыдницы, — смеётся Сойер. Я замечаю, как он слегка краснеет, проводя рукой по лицу. — Элла, нам, наверное, пора собираться.

Я обхватываю Джуни за талию.

— Я не вижу причин, почему Элла не может остаться на купание. Как думаешь, Джуни, воды у нас хватит?

— Думаю, да.

— А мыла?

Джуни оборачивается к новой подружке.

— Йелла, у нас столько мыла! Наверняка хватит на двоих.

Я улыбаюсь и смотрю на Сойера.

— Что скажешь? Зато дома сразу можно будет уложить её в К-Р-О-В-А-Т-Ь. Чистенькая и выспавшаяся — отличное начало недели.

— Ты уверена?

Я улыбаюсь шире.

— Может, перестанем уже спрашивать друг друга об этом? Я уверена, Сойер.

На самом деле, я уверена куда больше, чем просто в купании.

Но я не готова ни разбирать эти чувства, ни тем более говорить о них. Я не готова признать, что Сойер хочет жену, а я совсем не хочу быть ею. Поэтому я поднимаюсь и, перекинув Джуни на бедро, велю Сойеру оставить посуду.

Он, конечно же, не слушается.

Джуни спрыгивает с моих рук, и девочки мчатся в гостиную, где кидаются в корзину с магнитными кубиками.

— Я быстро всё уберу, — говорит Сойер, направляясь к раковине с полными руками.

Я закатываю рукава.

— Помогу.

Я игнорирую его протесты о том, что тот, кто готовил, не должен убирать. Отмахнувшись, я начинаю загружать посуду в посудомойку и вытирать столешницу, пока Сойер моет кастрюли и сковородки. Мы болтаем о всякой ерунде, пока вместе движемся по кухне.

Жар, что с самого утра пульсировал между моими ногами, вспыхивает с новой силой, когда Сойер, вытерев руки полотенцем, засовывает одну руку в задний карман моих джинсов и притягивает меня к себе, прижимая мою спину к своей груди.

— Я умираю, — шепчет он в мою шею.

Я закусываю губу.

— Думаешь, мы можем...

— Ты правда хочешь попробовать? — он звучит так удивлённо, что это даже умиляет.

Конечно я хочу с тобой заняться сексом. Ты чертовски горяч в своей