Птица - Алексия Небесная

– Ну, хватит! – все же не выдержала я. – Хватит! Расцепите их, – обратилась я к стоящим чернокрылым. – Я прошу вас…

Но никто не слышал меня. Я отвернулась и заставила себя сосредоточиться.

Так. Кулон показывал мне два видения с дедушкой. Первое, когда Ангелина бежала с Анной, потом они зашли в квартиру. Там Ангелину попросили одеться в платье и не мешать взрослым. Потом дедушка говорил про безопасность.

Второе, про Ангелину и ее жизнь. Как она встретила Виктора. Так, а до этого, снова я была в той заброшенной квартире. Я помню, как дедушка забрал крылья Анны. Ангелина расстроилась и долго думала об этом.

«Но ты меня не жди и однажды мы встретимся», – произнес дедушка, зажал бутылек с синевой и исчез. Что я упускаю? Я проигрывала слова дедушки, как на плеере: вперед, назад, пауза.

«Я люблю тебя, небесная моя, больше жизни!

Люблю тебя!

Небесная моя…

Однажды встретимся…

Не жди меня…»

Потом взял крылья, зажал бутылек… «Ignis sanat» и исчез.

– Игнис санат, – повторила я вслух. Возня позади меня прекратилась.

– Повтори, – попросил Гамарь.

– Игнис санат… что-то в этом роде… – пыталась в точности произнести слова дедушки. – Что это значит?

– Огонь лечит, – Гамарь задумался, – латынь… Ты где это слышала?

– Не помню, просто сейчас пришло в голову. – Понимаю, что неубедительно.

– Пробуй! – Гамарь приказал и толкнул меня к кинжалу.

Я обняла левой рукой свое отрубленное крыло, а правой воткнула кинжал в землю. – Игнис санат… – произнесла я и попыталась повернуть кинжал.

Ничего не произошло.

– Может, его не поворачивать надо? – пыталась спасти положение я.

– Так ты пробуй, время-то идет! – вытер кровь с губы Гамарь, и рана тут же затянулась.

– Огонь лечит? Это точный перевод? – спросил Алекс у чернокрылого, которого только что бил.

– Огонь исцеляет, можно так, – задумался Гамарь.

– Может, надо поджечь перья? – предложила я.

– А если нет? Хотя второе-то у нас есть, – прищурился Гамарь.

– Алексия, ты в этом уверена? – испугался Алекс.

– Нет, но надо пробовать. Есть спички?

– Сейчас, – Гамарь полез в одну из машин и принес мне зажигалку.

– Подождите! – решил вмешаться один из чернокрылых. – А может, не работает, потому что не тот лунный день? Или нужно определенное расположение планет?

– Ага, Меркурий во втором доме, – рассмеялся Гамарь. – И Луна в четвертой фазе цикла?!

Я забрала зажигалку. Меня даже не задели эти шутки. Что сделать первым? Надо ли что-то произнести? Попытка у нас одна.

Я воткнула кинжал в землю, взяла крыло обеими руками так, чтобы оно расправилось. Алексей приготовил зажигалку, так как мне не хватило сил одновременно держать и поджигать.

Я закрыла глаза.

– Давай! – скомандовала я.

Отчетливо было слышно, как кто-то приземлился позади меня. В эту же секунду Алекс поджег перья.

– Иглис санат, – произносила я. – Иглис санат! Иглис санат!

Я смотрела на пламя и боялась, что сейчас загорюсь сама.

– Ты больше на ведьму похожа, – засмеялся Гамарь, но тут же стих, когда услышал голос Радариэля:

– Вы что тут устроили?! Придурки! Гамарь, какого черта?! Ты позволил им сжечь единственную возможность открыть Сияние?

– Но у нас есть же второе крыло?

– А синева? У тебя тоже есть запасная?

– Нет…

– Что-то происходит? – подошел Радариэль ко мне. – Ты хоть что-то чувствуешь?

Я замерла, смотрела, как догорают последние перышки. Сил и энергии у меня действительно прибавилось, то ли так сработали предметы, то ли от моих принятых решений, на адреналине.

– Да, я готова взобраться на гору. Были бы крылья, я сейчас же взмыла бы верх и не останавливалась.

Я опустилась к кинжалу, пытаясь провернуть, но все равно это было бесполезно. Тогда я его вытащила, бросила в пустоту и закричала: «Иглис санат!» Нож воткнулся в землю неподалеку.

– Я сделала все что могла, – расстроенно повернулась я. Из меня будто выкачали всю энергию. Видимо, я вложила в бросок много злости и сил. – Только не убивай никого, забери меня… – Я потопала в его сторону, обрекая себя на плен.

Радариэль отошел от меня, смотря вдаль позади.

– Я один это вижу? – спросил блондин.

– Нет, – прошептал Гамарь.

Алекс подбежал ко мне.

– Все, нам пора уходить. Ты сделала все, что они хотели, – он потащил меня в сторону леса.

– Но, – обернулась я.

В темноте, где было пустое поле, появились разрушенные деревянные дома. Масштаб деревни не был виден, я насчитала домов пять.

– Ведите сюда Анну и Жасмин, – скомандовал Радариэль. – И остальных.

– Может, дождемся утра?

– Ты боишься темноты? – приблизился к Гамарю Радариэль. – Ты должен понять, ты и есть тьма! Ни минуты не хочу ждать!

Алекс думал, что ему удастся меня увезти в безопасное место. Чернокрылые прибывали и бежать нам было некуда. Подъехала машина, из нее вывели Анну и Жасмин.

– Готовы освободить нашего великого Самуэля? – с гордостью мотивировал Радариэль чернокрылых. – Тогда начнем!

Бабушку и Жасмин повели в первых рядах, затем Радариэль пригласил нас, широко улыбаясь. Толпа с черными крыльями двигалась на нас, как саранча.

– Сколько их? – спросила я Алекса.

– Тысяча не меньше, – ужаснулся от своих же слов он.

Мы прошли те дома, которые я видела. Все осматривались, оглядывались, всматривались в темноту.

Толпа двигалась по улице, чернокрылые заходили в каждый дом с проверкой, но никого не было. И тут все остановились.

– Пойдем, посмотрим ближе, – сказал Алекс. – Найдем Анну и Жасмин.

Мы пробирались к началу колонны среди пустынных улиц. Виднелись черные пятна. Они передвигались как по шахматной доске. Не отрывались от земли, будто намагничены.

– Кто это? Или что? – не веря своим глазам, спросила я, как только увидела.

– Безликие, – ответила Анна.

– Они опасны?

– Я никогда вживую их не видела, только читала. Когда душа не может успокоиться или не хочет отпускать свою земную жизнь, она будто приклеивается к земле, со временем в ней копится столько злобы и ненависти, что она уже не различает, где свет и где тьма. Душа становится безразличной ко всему, ей все равно. Она превращается в черную энергетическую дыру, которая засасывает все, что попадается на ее пути. Причем душа, которую она засасывает, исчезает, стирается навсегда.

– Жуть, – проговорил рядом чернокрылый.

– Так, обходим эти черные тени! – заорал для всех Радариэль. – Это Безликие! – Еще раз очень громко проговорил он. – Идем медленно и малыми группами, в контакт с ними не вступать!

28. Единственный

«Один на вечность»

Колонна разбилась на несколько групп и не спеша двигалась, обходя тени, которые ползали из стороны в сторону в хаотичном порядке.

– Алексия, – начал Алекс, – нам надо отсюда уходить, здесь