Невеста короля наг - Александра Вячеславовна Миронова

Таисе вдруг показалось, что расстояние между ними стало меньше, чем должно быть, хотя они по-прежнему сидели на своих местах, или ей просто хотелось пересесть чуть ближе к нему.

— Ты хочешь что-то спросить? — подал голос Накарат, видя, что она постоянно отвлекается.

Таиса подумала, что смотрела на него слишком часто и, обдумав его слова, заговорила:

— Я подумала, что мало о вас знаю…

Накарат отложил планшет, давая понять, что полностью открыт для расспросов.

— Вы говорили, что ждали реинкарнацию той девушки… семьсот лет? — уточнила Таиса. — Это значит, что вам самому не меньше семисот лет?

— Почти девятьсот, — расплывчато ответил Накарат.

Таиса приподняла брови, пытаясь переварить эту информацию.

— Не считаете, что у нас с вами слишком большая разница в возрасте? — пошутила она.

— Я настолько плохо выгляжу? — подыграл Накарат.

«Пфф, как будто сам не знает ответ», — фыркнула про себя девушка, а вслух обнадежила:

— Ну, для девятиста лет вы неплохо сохранились…

— На самом деле, для наги я довольно молод, — добавил Накарат. — Мой род обладает богатой пятитысячелетней историей. Сам я родился незадолго до появления королевства Сукхотай.

— Сукхотай? — переспросила Таиса. — Это что-то вроде первого тайского государства?

— Да, оно было создано после монов и кхмеров, которые правили на этих территориях. При нем появился тайский алфавит.

Таиса протянула заинтересованное «ооо», отложила почти допроверенные тетради и, оперевшись ладонями о подбородок, завалила новыми вопросами:

— А расскажите мне поподробнее о прошлом. То, что показывают в сериалах — правда? Ну хотя бы что-нибудь? Много ли выдумано? Вы когда-нибудь покидали Таиланд? Бывали в других странах?

Накарат усмехнулся.

— Что такое? — нахмурилась Таиса.

— Тебя точно интересует мое прошлое, или все-таки ты преследуешь какие-то другие цели? — спросил он с приподнятыми уголками губ.

— Если бы не интересовало, я бы не спрашивала! — возмутилась Таиса, а потом ехидно добавила: — Или вы думаете, что я выведу у вас все секреты и пойду продам их куда-нибудь на телевидение или какому-нибудь блогеру?

Ее ответ позабавил Накарата. Он встал со своего места и медленно, с той самой змеиной грацией, присел к ней за стол напротив. Таиса почувствовала легкое волнение, хотя в глубине души хотела, чтобы они сидели ближе.

— Так удобнее разговаривать, — сказал Накарат, оперевшись ладонью о щеку. — Не хотел тебя отвлекать, пока ты была занята.

Когда он оказался так близко, Таиса растерялась и опустила глаза в тетради, потом чуть мотнула головой, удивляясь собственному смущению, и снова посмотрела на него в ожидании ответа.

— В сериалах… любят многое романтизировать, но это правда, что наги — собственники, — ухмыльнулся Накарат. — Мы не божества в полном смысле этого понимания, мы лишь полубожественные сущности, которые подвержены огню страстей, и у таких как мы есть два пути: либо через медитацию и накопления заслуг достичь уровня высших миров и шанс стать божеством, как сделал мой дед, либо заслужить возможность стать человеком.

— Либо божеством, либо человеком? — переспросила Таиса. — А разве становление человеком — это не понижение вашего полубожественного статуса?

Накарат покачал головой и мягко улыбнулся.

— Нет… Человеческое рождение особенно ценно, так как только в нем можно достичь просветления. Остаться нагой — тоже выбор, ведь кто-то должен охранять реки и приглядывать за балансом природы.

Таиса задумалась о его словах. Она думала, что полубожества всегда будут стоять на ступень выше обычного человека, но, как оказалось, на деле всё обстояло иначе.

— Я могу покидать Таиланд, но чем дальше я от истоков Меконга, тем моя сила слабее, — продолжил рассказывать Накарат. — Однажды, во время правления королевства Аюттхая, к нам приезжали французы, и я даже путешествовал во Францию. Для расширения кругозора — интересно, но Сена мне не понравилась.

Таиса тихо хихикнула себе под нос.

— Может быть, когда-нибудь… приедете ко мне на родину, у нас много рек, — сказала она.

Взгляд Накарата на мгновение задержался на Таисе, словно он взвешивал что-то гораздо большее, чем просто предложение о поездке, и молчаливо улыбнулся. Вдруг девушке пришло что-то новое на ум, она хлопнула в ладоши и спросила:

— А что там за вражда с Гарудой? Что между вами произошло?

Глаза Накарата, еще мгновение назад светящиеся веселыми огоньками, померкли, и он посмотрел куда-то в сторону.

— Она тянется задолго до моего рождения, — уклончиво ответил он. — У Гаруды и первых наг был один отец, но разные матери, и вражда была порождена их спором, когда мать Гаруды проиграла и стала рабыней матери наг. Гаруда не смог этого стерпеть, и с тех пор стал нашим кровным врагом.

— Значит, это случилось из-за родителей… — вздохнула Таиса, а потом полюбопытствовала: — Получается, в каком-то колене вы с Гарудой родственники? Вы встречались с ним? А у вас есть братья-сестры… наги?

Накарат покачал головой.

— Гаруда обитает в высших мирах, но на земле раньше были кланы, которые поклонялись ему так же, как нагам. Что насчет моих родных… я последний, кто остался. С другими нагами я связан общей природой и далекой общей кровью, но не прямым родством.

Таиса внимательно проследила за сменой его настроения и подумала, что заглянула за черту, за которую пока заходить не стоило.

— Кажется, я сегодня слишком увлеклась вопросами, — решила она сменить тему.

После этого они больше не возвращались к серьезным разговорам. Таиса взялась за оставшиеся тетради, а Накарат за свой планшет, и библиотека вновь наполнилась спокойной, уютной тишиной.

Девушка ненароком подумала: «Наверное… это и есть связь? Невидимая, которая создается вот за таким неспешным узнаванием…» В тот день они никуда не ездили, а «ткали» впечатления, просто находясь рядом друг с другом.

А ночью… Таисе приснился странный сон.

Она увидела двух девушек, чьи отражения уже мельком ловила на поверхности воды у водопада. Их стройные фигуры были облачены в старинную тайскую одежду: короткие нагрудные повязки и длинные отрезки ткани со сложным узором, обернутые вокруг бедер; на шее, запястьях и лодыжках висели золотые украшения. Их лица, прекрасные и юные, были обращены друг к другу, но без тепла: в глазах первой читался оттенок вины, в глазах второй — ошеломление, граничащее с болью.

— Прости… что для ритуала выбрали меня, — сказала первая.

— Но ведь… ты не должна была участвовать, — выдохнула вторая, и ее пальцы судорожно сжали край длинной юбки.

Прекрасное лицо второй девушки на миг исказила тень от зависти и разочарования, отчего Таиса невольно содрогнулась и резко проснулась. Несколько секунд она лежала неподвижно, прислушиваясь к тишине, и только потом поняла, что была не одна.

Накарат лежал в одежде рядом с ней чуть на расстоянии, опершись локтем о матрас. Его волосы были распущены, лицо выглядело