Неприятности ждут! - Марина Милорадович

Но мы с Троем выгадали немножко времени на мои капризы. Пока наши друзья и соратники сторожили Данила, метнулись на такси ко мне домой.

Я скидывала в сумки всё, что имело для меня ценность. Скромная шкатулка с украшениями, самые любимые книги, косметичка, флаконы с духами, уютные пижамы, плюшевого мишку с прикроватной тумбочки, выпускной альбом, «счастливые» туфли на высоком каблуке, от которых чудом каким-то у меня не уставали ноги, выпускное университетское платье, брендовое и даже немного винтажное, найденное в секонде. А это откуда? Исторический научпоп под лаконичной белой обложкой. Точно! Я прихватила его по случаю, когда шла акция «три равно двум», просто потому что ничего интересного в качестве третьего не увидела. Что ж, тоже берём.

И любимую кружку, и ситечко для чая.

Самое дорогое уместилось в две сумки и чемодан на колёсиках, и то больше половины места занимали книги.

Я чувствовала себя какой-то барахольщицей, забавным запасливым хомячком.

— Трой, извини, пожалуйста, — сказала я мужу, который невозмутимо катил чемодан, на котором мы закрепили одну из сумок.

Вторую он нёс на плече. Лиловую, с серебристой звёздочкой.

— Не понимаю, за что, — улыбнулся он.

— Ну, у вас задержанный, а я тут со своим багажом и хотелками влезла.

— Кто тебе сказал такое?

— Ну, это же очевидно... Тут такое творится, а я со своими шмотками. Но было так тяжело отказаться. Новый мир, и ничего привычного вокруг. Вот и не удержалась.

— Я у тебя сам спросил, не хочешь ли ты забрать какие-то вещи.

— Я три сумки нагребла. А могла бы и не мешаться.

— Зачем?

— Ну, из вежливости и чтобы не создавать помех в ответственный момент.

— Я бы не стал предлагать тебе что-то из вежливости, чтобы ты потом из вежливости отказалась. Не люблю я всяких светских расшаркиваний.

— Но...

— Если я предложил — значит, могу осуществить. Если не предлагаю — спрашивай, вдруг я что-то не учёл, а дальше будем искать варианты.

— Хорошо, спасибо.

Я сильная, решительная, умная, я много чего могу: «Винду» переустановить, полочку повесить, отчёт написать, в бухгалтерии поругаться. По последнему пункту уточню: нет, я не бессмертная, просто опыт богатый. Как показала практика, даже трупы обыскивать умею и пути в межмировом пространстве находить. Но вот просить, принимать помощь или подарки... Кажется, у меня эти навыки давно атрофировались за ненадобностью.

Но в нормальных семьях нормальные женщины, по слухам, так и поступают: просят о помощи, делят обязанности, договариваются, получают подарки. И благодарят.

— Трой?

Он остановился, а я обняла его и чмокнула в щёку.

— Спасибо тебе огромное, что помогаешь мне с переездом! Мне правда очень-очень важны сейчас привычные вещи. И книги эти я действительно люблю.

Я чувствовала, что мои щеки заливает румянец.

Муж улыбнулся мне.

— Рад помочь. Леди не стоит таскать тяжести, — ответил он.

— А я теперь, что ли, леди? — уточнила я весело. — У нас сословия уж больше века, как отменили.

— А я барон. Значит, ты, леди Алиса, баронесса Каррер.

— Обалдеть! Или как должны говорить леди? Изумительно? Феноменально?

— В моём мире леди говорят: «О, святые небеса!», — рассмеялся Трой. — Они очень набожные и мало читают, то есть, не грамотны три из пяти.

— Вот как...

— Не волнуйся, вряд ли нас занесёт в королевство Лурбрант, что в мире Дэйр. Я там, вполне возможно, числюсь в розыске.

— Ой, а за что?

— Так, дай подумать. Содействие побегу преступника, побои, ограбление, оскорбление старшего родственника и кража благородной девицы.

— Насчёт последнего, пожалуйста, подробнее, — с притворной суровостью сдвинула я брови.

— Кэсси я украл. Практически со свадебной церемонии. Вырубил пару стражников, снял с них оружие, выпустил Роба из камеры, мы перехватили Кэсси и ушли порталом.

— Стоп, а ограбление где?

— Зная моего дядюшку, уверен, он все недостачи в расходных книгах на мой визит списал. И я у него украл всё от рубинов прабабки и серебряных ложек до мешка пшёнки и остатков окорока.

— Эх ты, надо было действительно хотя бы рубины и ложечки прихватить, — хихикнула я. — Нехозяйственный человек!

— Хозяйственная моя, рубины и ложечки в твоей компетенции, ты же леди. Вот будем в Соколином замке, не забудь пересчитать и стырить всё согласно описи!

Под шутки и смешки добрались до стройки, где только нас и ждали. Мы с Таней обнялись и расцеловались.

В глазах подруги блестели слёзы, а я сглатывала комок в горле.

— Не знаю, когда теперь...

— Не забывай...

— Я буду скучать.

— И я...

Мужчины пожимали Димке руку, о чём-то переговаривались, Данил сидел, глядя на носы своих кроссовок.

Хотелось оставить Тане подарок на память, но у меня не было ничего подходящего. Только в ладонях раскалялся компас. Опять он управлял мной, а не я им.

Трой с баулами, Роб и Альфард, держащие под руки Данила, и я по центру помещения. А в уголке Таня, которая жмётся к плечу Данила и глотает слёзы.

— До свидания!

— Ты лучшая!

— Удачи!

И мы вновь на кладбищенской аллее вольного города Вельты.

Глава 48

Дальше — проще. Короткий переход в нашу квартиру в Тиаре, брошенные посреди спальни сумки, маленькая Эллона виснет на шее Альфарда. Кэсси стоит, прислонившись плечом к дверному косяку, скрестив руки на груди. Взгляд встревоженный и серьёзный.

— Кого это вы притащили?

— Сваху, — отвечает Трой. — Если б не вот этот милый юноша, мы бы с Алисой не встретились. И мы ему, конечно, за личное счастье благодарны...

— Даже передачки в тюрьму посылать будем. На все праздники. Сразу по двадцать пачек соли.

— Зачем? — не поняла Кэсси.

— Ну, можно ещё соды для разнообразия. У нас, например, есть лимиты на размер посылки для заключённого. Как раз двадцать кило.

Кэсси улыбнулась уголками губ.

— А вы подумали, где планируете этого типа держать? Тут он мне не нужен.

— В наш изолятор тоже нельзя, — уныло заметил Роб.

— В моём доме достаточно надёжный подвал, — сообщил Альфард. — Думаю, нашему гостю там самое место. Прохладно, тихо, чисто и даже без мышей.

— Прямо люкс, — издевательски улыбнулась я Данилу.

Да, я срывалась на пленнике. Но мои словесные уколы не доставляли ему особого дискомфорта. Данил оставался довольно спокоен, и я прекрасно понимала почему. Он знал, что мы порядочные люди, не преступники, а потому не отрежем ему всё выступающее за молчание и не переломаем кости а качестве профилактики побега. Опасался он только демона.

Как бы там ни было, пыток и расстрела в тёмном уголке он не ждал. А вот я в первые сутки в