Без права на побег - Елена Леонтович

Она чуть наклонилась вперёд, понизив голос, словно делилась редкой новостью.

— На днях у Краучей разразился громкий скандал в их особняке в Крауч-Энде. Наследник решительно отказался оставаться в Британии: ещё в прошлом году он уехал в Прагу и уже поступил в университет. Причём оплатил учёбу не из семейного капитала, а из собственного детского сейфа. Глава рода в ярости потребовал, чтобы сын всё бросил и вернулся в Британию. Пригрозил лишить его содержания, но мальчик ответил, что уже взрослый и сможет зарабатывать сам. А самое интересное — миссис Крауч, едва выйдя из «Мунго», отправилась в Карловы Вары на лечение и, разумеется, чтобы быть ближе к сыну. Вот так-то.

— Простите, тётушка, — осторожно вмешалась Лита, — но я не совсем понимаю, чем плохо, если сын учится и сам зарабатывает себе на жизнь?

— Всё зависит от характера главы рода, — сухо пояснила миссис Фэнвич. — А Бартемиус Крауч привык, чтобы всё происходило исключительно по его слову.

— И что же теперь будет?

— Да ничего особенного. Старший Крауч побесится и затихнет, потом наверняка съездит к жене в Карловы Вары и постарается всё забыть. Но, боюсь, младший Крауч в Англии не появится ближайшие пять лет.

— И что же в этом примечательного?

— А то, милочка, что раньше наследник и слова против отца боялся сказать.

Лита задумчиво опустила взгляд в чашку. Мысль показалась ей ободряющей: в той туманной истории с Азкабаном и посадкой собственного сына было слишком много нестыковок.

Разговор постепенно перетёк на более спокойные темы. Северус сдержанным, но увлечённым голосом рассказывал о работе в «Мунго», упомянул о новых исследованиях в отделении мистера Роули. Его чёрные глаза при этом чуть теплее мерцали в свете свечей, зажжённых в кованых подсвечниках, стоявших вдоль стен гостиной. Комната, обставленная в викторианском духе — тяжёлые кресла, ковёр с выцветшими узорами, витая этажерка с книгами — наполняла беседу уютом старого английского дома.

Миссис Фэнвич, поправив серебристый локон, выскользнувший из её строгого пучка, между делом попросила Литу взглянуть на одну родственницу её сватьи, Гризельды Марчбенкс. Девушка с почтением кивнула, ощущая, как глаза тётушки внимательно следят за каждым её движением.

Когда гости начали собираться домой, за окнами уже царила густая ночь. Луна, едва выглядывающая из-за облаков, серебрила край сада. Милдред поднялась, собираясь открыть камин, а Лита, бросив взгляд на часы, поспешно напомнила:

— Ой, уже почти одиннадцать! Камин в холле кампуса открыт только до десяти.

В глазах миссис Фэнвич промелькнуло нечто странное, тень мысли, словно она что-то уже предвидела. Она повернулась к Снейпу.

— Северус, у тебя дома есть камин?

— Разумеется, — коротко кивнул он.

— Он сейчас открыт на приём?

— Для меня — да. Только нужен пароль.

Хозяйка чуть улыбнулась и отошла в сторону, жестом приглашая молодых людей к очагу. Старинный камин, обрамлённый резным дубом, отбрасывал на стены мягкое золотистое свечение. Северус взял щепоть порошка, ловко бросил её в огонь — пламя вспыхнуло изумрудным вихрем, озарив гостиную мистическим светом. Лита, невольно крепче сжав его ладонь, шагнула рядом с ним.

— Иттрий, — отчётливо произнёс Снейп.

В тот же миг они исчезли в зелёных сполохах и вышли уже в тесной гостиной на Спиннер-энд, где пахло старыми книгами и сыростью, а за окнами мерцал одинокий фонарь.

Лита уже хотела пойти к выходу, как её остановили за руку.

— Куда ты собралась? — Северус притянул её ближе.

— Так домой пора, завтра ведь на работу…

В гостиной стояла полутьма. Зеленоватое пламя в камине уже погасло, оставив после себя лёгкий запах золы. Тени дрожали на стенах, придавая комнате странную камерность, словно молодые люди были здесь совсем одни в целом мире.

Они замерли, глядя друг другу в глаза. Взгляд Северуса был внимательным, чуть колючим, но в нём пряталось что-то ещё — неуверенность или желание. Он медленно наклонился и коснулся её губ.

Время остановилось. Лита почувствовала, как сердце сбилось с ритма, а в ушах осталась только тишина. Единственная мысль, мелькавшая где-то на краю сознания, была о том, что, кажется, сегодня домой она не придёт. И это её нисколько не тревожило.

****

Утром Северус проснулся в удивительно хорошем настроении. После душа, он ещё несколько минут любовался спящей Литой. Девушка выглядела особенно красиво — белокожая, изящная, хрупкая, словно фарфоровая статуэтка. Тёмно-рыжие волосы мягкими волнами рассыпались по подушке; они отличались от огненно-алых прядей Лили, но, подходили Лите куда больше. Несмотря на общие черты лица, спутать девушек было невозможно. Северус и сам, возможно, не поверил, что обе занимали одно и то же тело, если бы не видел этого собственными глазами.

Спускаясь на первый этаж, он вдруг насторожился. На кухне явно кто-то был. Судя по запаху, там готовили: доносился аромат омлета, сладковатое тепло панкейков и горьковатая нота свежесваренного кофе. Северус нахмурился — он прекрасно помнил, что выпил последнюю чашку ещё вчера и как раз собирался заглянуть в магазин за продуктами.

Войдя на кухню, он застыл. У старой магловской газовой плиты, которой пользовался неохотно, стояла домовушка в аккуратном самосшитом платьице и переднике.

— Э-э… ты кто такая? И как сюда попала? Я не давал тебе доступа в дом!

Домовушка обернулась и почтительно присела в реверансе.

— Муж хозяйки и не должен давать доступ эльфам, — пискляво ответила она. — Достаточно, если его даёт жена. Хозяйка Ли — жена хозяина Северуса, а Тисли теперь семейный эльф, — последние слова были произнесены с гордостью.

От таких новостей парень тяжело опустился на стул и ошалело посмотрел на левое запястье. Вокруг него золотилась вязь магического браслета, гармонично вплетая в себя рисунок лебедя. Снейп шаг за шагом вспоминал вчерашний вечер: кажется, ритуал, проведённый миссис Фенвич, был не совсем помолвкой. Скорее — магическим бракосочетанием. И как ловко она подвела их к консумации! Она же и скрепила нерасторжимый магический брак. Мерлин, он ей должен, этой тётке тупого Фенвика! Везёт же некоторым на родственников. Хотя и ему повезло тоже: надо же, эта ведьма принимала роды у его матери. Пожалуй, никто, кроме неё, не смог бы заключить ритуальный брак между ними. Милдред Фенвич — первая, кто принял Северуса в этом мире, и она же ввела в него Литу.

Конечно, рановато для брака: им всего по двадцать, но ведь не обязательно сразу заводить детей. Это и в голову не укладывалось — он теперь женатый мужчина, и у них есть эльф. Откуда вообще у Литы домовушка? Без «тётушки» здесь явно не обошлось.

Северус медленно осознавал всю глубину