Страдать в тишине - Келси Клейтон

Медленно он вводит палец до первого сустава. Это так непривычно и так тесно, что на лбу выступает капелька пота, а тело начинает пылать.

— Однажды я заполню и эту дырочку, — рычит он. — Не будет ни одной части твоего тела, которая не принадлежала бы мне, Габбана.

Он вытаскивает палец и заменяет его языком. Я выгибаю спину, когда он проводит языком от моей задницы к клитору. Он работает усердно, кружа языком вокруг него, сося и покусывая его зубами. Его палец проникает в меня, пока он продолжает свое наступление. Все начинает дрожать, мое тело двигается при каждом ударе его руки. Мой живот становится горячим, и я так близка, что улыбаюсь, но как раз когда я собираюсь кончить, он исчезает полностью.

— Ублюдок, — шиплю я.

— Посмотри на себя, ты так чертовски нуждаешься, что пачкаешь мой стол.

Его рука опускается на мою спину, когда он прижимает мою грудь к столу, а моя задница все еще в воздухе. Я чувствую, как он входит в мою киску, и вздыхаю с облегчением, но вместо этого он делает медленные, неглубокие толчки, пока я не превращаюсь в беспорядочную смесь стонов и обещаний.

Он не дает мне кончить.

Не дает мне найти экстаз в нем.

Он снова выходит и подходит ко мне. Его член твердый и блестит от моих соков. И, судя по тому, как пульсирует его головка, дело в том, что он не кончил ранее, когда трахал меня рукояткой ножа вместо своего члена.

— Заставь меня кончить, — приказывает он. — Ртом. Живо.

Я поднимаюсь и жадно сосу его между губами. Прежде чем я успеваю начать свою месть, он хватает меня за подбородок, а другой рукой — за волосы, лишая меня всякого контроля. Его толчки сильные, быстрые и безжалостные.

Я сосредотачиваюсь на дыхании через нос, пока мои глаза слезятся, но ничто из этого не помогает от глубокой, мучительной боли, которую я чувствую.

Она только нарастает, не имея выхода.

С последним сильным толчком его голова откидывается назад, он напрягается — глубокий стон вибрирует в его горле, когда он опустошается в моем горле. Я глотаю каждую каплю, которую он дает мне, пока ничего не остается.

Не поднимая головы, я принимаю свое наказание и лишь надеюсь, что позже он сменит гнев на милость, но он протягивает руку и хватает меня за подбородок. Когда он заставляет меня встретиться с ним взглядом, я вижу в его глазах ответный зловещий блеск.

— Я еще далеко не закончил с тобой.

Я просыпаюсь утром, чувствуя восхитительную боль во всем теле после ночных похождений. Верный своему слову, он часами не давал мне кончить, пока боль не заставила меня умолять о разрядке. И тогда, и только тогда, он мне ее дал.

Кейдж мирно спит рядом, или по крайней мере так кажется, пока я не поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. Через тридцать секунд он приоткрывает один глаз и стонет.

— Планируешь следующий способ меня убить? — бормочет он, хриплым от сна голосом.

Я задумчиво мычу.

— Думаю, цианид может быть лучшим вариантом. У меня ужасный прицел.

— Слава богу.

Кейдж вылезает из кровати и тянется руками вверх. Когда мышцы его спины напрягаются, я замечаю царапины, оставленные мной. Мое собственное личное заявление на него.

Он оглядывается на меня, и его глаза блуждают по моему обнаженному телу.

— Такая чертовски сногсшибательная.

С широкой улыбкой я приподнимаюсь и целую его.

— Иди в душ. Я приготовлю завтрак.

Быстро накинув одну из его футболок, я собираюсь уйти, когда он шлепает меня по заднице.

— Да, рабыня, — дразнит он. — Иди на кухню и готовь мне еду.

Я поворачиваюсь и вскидываю на него бровь.

— Знаешь, ты как-то слишком радуешься моей стряпне, учитывая, что я только что угрожала тебя отравить.

Улыбка мгновенно исчезает с его лица, и я не могу не чувствовать удовлетворения, разворачиваясь и уходя. И если у меня бабочки в животе от тихого смешка, который я слышу за спиной, это никого, кроме меня, не касается.

Мне требуется несколько минут, чтобы найти все необходимые ингредиенты. Яйца легко находятся в холодильнике, как и бекон, но со сковородой возникает проблема. Я обыскиваю все шкафчики на кухне, но так и не могу ее найти.

— Что ты ищешь? — спрашивает Бени, заставляя меня подпрыгнуть.

Я разочарованно вздыхаю.

— Сковороду.

Ухмылка пробивается сквозь его серьезность, будто он изо всех сил старается не смеяться и почти проигрывает, когда он подходит ближе и снимает сковороду с того места, где она висела — прямо перед моим лицом. Я закатываю глаза и забираю ее у него.

— Спасибо.

— Без проблем, — отвечает он.

Как только все готово и на плите, у меня наконец появляется шанс ответить Нессе. Она заваливала меня сообщениями с тех пор, как я вчера днем написала ей. И судя по тридцати семи непрочитанным сообщениям, она, наверное, волнуется за меня.

Я: Прости. Замоталась кое с чем. Как ты? Я так скучаю.

Три маленькие точки, означающие, что она печатает, появляются в считанные секунды.

НЕССА: Замоталась с чем-то или с кем-то? Когда ты вернешься домой?

Я тихонько посмеиваюсь про себя. Это в духе Нессы — сразу предположить, что дело в сексе. Хотя, по правде говоря, именно этим мы и занимались, но все же. Кажется, с тех пор как нам исполнилось шестнадцать, не было ни дня, чтобы ее мысли не витали в грязных водах.

Решив проигнорировать первый вопрос, я отвечаю на второй.

Я: Я пока не совсем уверена, но когда вернусь, ты узнаешь первой.

Я только нажимаю «отправить», когда раздается звонок в дверь и Бени идет посмотреть, кто там. Сначала я ничего не слышу, но затем голос, эхом разносящийся по прихожей и кухне, способен испортить день кому угодно.

— Бени, — приветствует она его, но таким тоном, будто считает себя лучше его. — Всегда такое удовольствие.

— Хотел бы я