Право на измену - Мария Геррер

Секретарь принесла зеленый чай для Софьи и кофе для босса.

— Что-то еще? — поинтересовалась она, переставляя с подноса на стол вазочку с шоколадом.

— Нет, благодарю, — отпустил ее Кирилл.

Софья пригубила чай и начала рассказ. Кирилл слушал и удивлялся людскому тщеславию и глупости.

Внушить Демиду чувство превосходства над окружающими Софье не составило труда. Он и так считал себя пупом земли. Софья только подливала масла в огонь. Еще проще ей оказалось убедить Демида, что иметь собственную гейшу это высшее достижение успешного мужчины. Но не всем это по карману. Демид решил, что может позволить себе такое удовольствие. И для начала согласился на продажу квартиры. Тогда у него появятся свободные деньги.

Интимные стороны общения Софьи и Демида Кирилла не интересовали. Софья только упомянула, что ей нравится, как Демид эротично целует ее туфли.

— Избавь меня от таких подробностей, — поморщился Кирилл. — Мне не понять, что за удовольствие облизывать обувь.

— О, это только прелюдия к моей игре, — загадочно усмехнулась Софья. — Я же не просто так ношу туфли на остром и тонком каблуке. Но я отвлеклась. Ко мне приходила Алиса. Безобразно истерила. Устроила скандал с битьем посуды. Я разумеется, рассказывала об этом Демиду. Не знаю, как разрулил ситуацию Демид, но Алиса ушла от него. Кажется, они немного подрались. Демид даже понервничал. Надеюсь, он ей ничего не переломал. Впрочем, я стерва и меня это совершенно не касается.

— Не набивай себе цену, я не твой клиент, — рассмеялся Кирилл. — Ты не стерва, и ты это отлично знаешь.

Он всегда восхищался Софьей. Не как женщиной, хотя она и безумно привлекательна. Как профессионалом своего дела.

— Я тебя перебил, продолжай, — Кирилл допил кофе и посмотрел на осадок.

Как гадают на кофейной гуще? На донышке он увидел профиль Миры. Просто игра воображения. Он постоянно думает о ней. Впрочем, все эти гадания глупости и пережитки прошлого.

— Алиса уволилась из конторы Демида и ушла в туман, — Софья отправила в рот дольку темного шоколада. — Если не совсем дура, сделает правильные выводы и больше не будет наступать на те же грабли. Но, судя по моему богатому опыту, такие сексуальные игры на грани жизни и смерти хуже наркотика. Кому на них подсел, уже не бросит. Как правило заканчивается все печально.

— Что ж, свою задачу ты выполнила на отлично. Как поступишь с Демидом дальше не мое дело. Даю тебе на это полный карт-бланш.

— Отлично, — удовлетворенная улыбка тронула губы Софьи. — Не люблю садистов. Они извращают утонченные любовные удовольствия. Делают их примитивными и пошлыми.

— Всегда знал, что ты эстетка.

— Есть такой грешок, — Софья наслаждалась шоколадом, медленно откусывая крохотные кусочки от дольки и чувственно облизывая пухлые губы. — Простите, босс, привычка, — вдруг спохватилась она.

— Ничего, — махнул рукой Кирилл. Он достал из стола конверт и протянул Софье. — Твой гонорар.

Она вытерла руки о бумажную салфетку, деловито заглянула в конверт. Ее изящные пальчики жадно пробежались по купюрам.

— Вы очень щедры, Кирилл Григорьевич, — глаза Софьи смотрели с искренней благодарностью.

— Ты это честно заработала.

Все идет по плану. Месть удалась. Не все обиды надо прощать. То, что сделал с Мирой Демид простить нельзя. Кирилл не сомневался — Софья раскрутит его по полной. Он это заслужил. Да и Алиса получила то, что ей причитается. Вертеть любовь с мужем подруги последнее дело. Страсть страстью, но совесть иметь надо!

Хорошо, что Демид согласился на развод и на продажу квартиры. У Миры проблем станет меньше. Хотя какие это проблемы? Так, мелочи. Сейчас ей главное следить за здоровьем и не переживать по пустякам. Именно от этого должен оградить ее Кирилл.

Надо поговорить с сыном. Это сложно. Кириллу вообще порой сложно понять Ярослава и объяснить ему элементарные вещи. С детьми не просто. Не все можно им сказать, не все можно скрыть. Они не забывают обмана и подлости. Рубцы от обид могут остаться в душе на всю жизнь.

По дороге домой Кирилл купил любимые Ярославом пирожные — вишня в шоколаде и буше. Ярослав играл на веранде с Васькой. Тот носился за бумажной бабочкой, привязанной к веревке. Ярослав заливисто смеялся. Полина Андреевна сидела в кресле и вязала шерстяные носки. Просто идиллия времен Пушкина.

— Этот кот меня доконает, — оторвалась от вязания домработница. — Сегодня перевернул на кухне мусорное ведро и разбил чашку.

— Но он же не нарочно, — вступился за питомца Ярослав. — Он же еще маленький. Я за ним не уследил, он на кухню забежал. Не ругайте его, Полина Андреевна.

Домработница тяжело вздохнула и отложила вязание.

— Ужин разогреть? Мы ждали вас позже.

— Потом, пока не хочу, — отмахнулся Кирилл.

— Тогда пойдем доклеим яхту, — Ярослав подхватил котенка на руки. — Вася уже устал играть. Даже не смотрит на бабочку.

— Ты ему давай ее иногда ловить. Ему будет интереснее, — посоветовал Кирилл.

— Я знаю, он ловит ее и очень ловко, — Ярослав погладил котенка по голове. — А сейчас спать хочет. Видишь, как зевает?

Котенок еще раз зевнул, и уткнулся в руку Ярослава и мгновенно уснул.

— А Мира сегодня не придет? — спросил Ярослав, уложив Ваську в коробку.

— Нет, она сегодня занята.

— Жаль, — вздохнул Ярослав. — У нее так хорошо получается собирать мелкие детали. Они их почти клеем не пачкает.

— Да, у Миры золотые руки, — Кирилл соображал, как перейти к волнующей его теме разговора.

— Она хорошая, — Ярослав разложил на столе детали модели. — Потерялась доска от палубы, — вздохнул он.

— Мира тебе нравится? — осторожно спросил Кирилл.

— Ага, — Ярослав сосредоточенно рылся в коробочке с элементами модели. — Не могу найти, — вздохнул он. — Куда она делась?

— Вот она, — Кирилл нашел нужную деталь в самом низу коробки.

— Тебе Мира тоже нравится, — не спросил, а констатировал факт Ярослав.

— Так заметно? — невольно смутился Кирилл.

— Конечно. Когда мне Маринка нравилась, меня весь класс дразнил. Говорили, я в нее влюбился.

— А сейчас она тебе не нравится? — попытался понять логику сына Кирилл.

— Нравится. Но Катя нравится больше. С Мариной я просто дружу. А с Катей