Проект Алиса Громова - Алёна Май

— Все хорошо, — Матвей отпустил Алису и поцеловал. — Мне тоже немного страшно. Хотя кого я обманываю? Мне очень и очень страшно.

— Страшно любить меня? — надулась Алиса.

— Страшно от того, что я так сильно тебя люблю, что могу умереть, если ты будешь не со мной, — Матвей очертил скулы Алисы и убрал волосы за ухо.

Ее сердце билось с частотой 200 ударов в минуту или даже больше… Она только знала, что наконец высказалась, призналась. А он признался ей. И сделал это, черт возьми, первым!

— Хватит! — Алиса спряталась в ладонях. — Я хочу есть. А ты?

— Если честно, я больше хочу спать.

— Тогда… — Алиса указала пальцем в сторону кухни. — Я пойду похомячу, а ты отдыхай.

— Прекрасная идея. Только, пожалуйста, не ешь при мне в кровати. Я хоть и сказал, что люблю тебя, но не до такой степени.

— Эй!

Они засмеялись, но слова Матвея явно снизили напряжение. Он откинулся на подушки и подмял под себя одеяло.

— Даже трусы не наденешь? — удивилась Алиса.

— Сил нет.

— Ну и ладно.

Матвей засыпал с улыбкой на лице. Алиса с удовольствием перекусила. И все казалось наладилось. Как минимум, между ними. Невидимая стена наконец упала.

Глава 25

Жанна Ивлеева съехала из родительского дома в возрасте тридцати лет. Именно тогда она начала ощущать давление со стороны отца и его излишнее внимание к своей персоне. Очень уж его волновало её семейное положение. По мнению отца Жанны, она давно уже должна была выйти замуж и родить ему внуков, но всё никак.

Жанна вела разгульный образ жизни, но не перебарщивала. Меняла мужчин как перчатки да и только. Все как на подбор перспективные красавцы. Ей нравилось быть в позиции сверху, раскрывать таланты молодых дарований, направлять. Она считала, что имеет вкус и понимание, как всё провернуть.

И действительно, никто не жаловался. Разве что она сама.

Неблагодарные свиньи.

Она поднимала их на пьедестал, а они бросали её ради более молодых, более податливых. Они сами начинали хотеть быть сверху.

Жанна такое не прощала. Как же больно было падать всем этим мужчинам с высоты своего успеха. Хватало одного дня, одного слуха, одной маленькой пикантной подробности — после секса мужчины довольно болтливы и самоуверенны — и всё! Крах карьеры подкрадывался тихо и внезапно, как айсберг в Титанике и уже не свернуть. Жанна была этим айсбергом.

Матвей отличался от всех этих идиотов. Он… реально её любил. А она не ценила, не берегла. Она ждала нового предательства. Однако он не предавал — и это её напрягало. Матвей рушил все её представления о мужчинах. Галантный джентльмен не вызывал в ней того трепета как эти проходные казановы.

Пока она его не потеряла.

Сначала она наблюдала как он мучается, но позже, когда Матвей стал жить дальше без неё, она поняла, что потеряла. И она поменяла правила этой игры. Теперь она стала разрушать жизни женщин, которые думали, что достойны её Матвея.

А вот Алиса встала костью в горле. Разрушить её жизнь было практически невозможно. Тому, кто ничего не имеет, нечего и терять. Она и Матвей — фарс, который Жанна оценила. Шоу, которое он устроил для неё лично. Жанну это даже растрогало. Щенок вырос, но помнил, кто приучил его к лотку.

— У тебя была простая задача, Катерина, — проскрипела Жанна. — Ты же такая исполнительная. Я разочарована в тебе.

Жанна обошла в круг Катю, которая сидела на стуле посреди одного из складов, которые принадлежали семье Жанны. Константин подпирал стену и задумчиво потягивал сигарету. Его задача была привезти нарушившую все договоренности Катю к Жанне. Его это даже немного удивило. Напрямую она редко общалась с пассиями Матвея, поручая грязную работу ему.

— Я мало тебе предложила?

Катя покачала головой. Жанна схватила её за подбородок и потянула на себя. Катя схватила за её руки и выглядела испуганно. Именно то, что нужно.

Страх. Страх — лучший партнер для Жанны.

— Тогда какого черта тебя понесло к этой деревенщине? Уже бы попивала мартини где-нибудь на Мальдивах, но нет! Вот она. Сидит передо мной как ни в чем ни бывало, после того как всё растрепала.

Катя выглядела отвратно. Уставшая, голодная и грязная. Совсем не та обаятельная девушка, которая вышла из спа-центра.

— Я верну все деньги.

— Ха! — Жанна оттолкнула Катю от себя и та, покачнувшись на стуле, упала навзничь. — Ну уж нет дорогуша. Неустойка будет больше, чем ты можешь себе представить.

Катя приподнялась. Её щека отзывалась болью и она потерла её, вскинув взгляд мольбы к Константину. Но он отвернулся. Играть с ней было весело, может, он даже подумывал ей помочь, но злить Жанну или её отца очень уж не хотелось. Репутация дороже каких-то там мимолетных отношений. Хотя, если вспомнить все отношения Константина, он бы без зазрения совести назвал роман с Катей одним из самых ярких в его жизни. Не в то время, не в том месте.

Костя затушил сигарету о стену и продолжил смотреть, как Жанна допытывается Катерины.

— Это неправильно. Это всё неправильно, — твердила девушка настойчиво. Жанна смеялась.

— Ты нарушила уговор, а не я. Я выполнила свою часть сделки. А теперь придется понести ответственность за свое чрезмерное чувство справедливости.

— Что ты собираешься сделать со мной? — голос Кати дрогнул. — Он никогда не будет твоим, чтобы ты не предприняла.

Жанна влепила ей пощечину. Её ногти рассекли Кате скулу.

— Не тебе об этом судить. Костя, она мне надоела. Разберись.

Жанна мерно удалялась в сторону выхода. Её каблуки эхом отскакивали от стен склада. Костя закурил снова.

— Я же просила тебя не курить, — скривилась Жанна.

— Работа нервная, — усмехнулся Константин и развел руками.

Жанна цокнула и закатила глаза, отперла скрипучую металлическую дверь. Та поддалась с трудом.

— Ждать не буду. У меня дел невпроворот из-за этой… — она кивнула в сторону Кати, которая смиренно сидела на бетонном полу и едва ли решалась даже шевелиться.

Костя кивнул и затянулся, выдохнул в воздух колечки дыма, наблюдая как «хозяйка» скрывается за дверью.

Что же ему делать с Катей? Женщин бить не хорошо. Это впервые когда Жанна настолько разозлилась. Кто-то посмел нарушить её планы, а ему теперь возись. Это раздражало.

— Сволочь, — прошипела Катя и встала, отряхиваясь. Костя сделал шаг. — Не смей подходить ко мне.

— Ты не в том положении, чтобы приказывать. Эти времена прошли, — хищно улыбнулся он.

Катя вспыхнула