Магия вокруг нас, или Второй шанс на жизнь - Раяна Спорт

женщин, старика Хуана и трех девочек, которым едва было по семь лет. Естественно, была Дикси. Но рисковать ею тоже было пока опасно. Даже когда она рычала, бандиты сильнее вцеплялись в ружья. Но надо было что-то делать.

Недели должно было бы хватить на то, чтобы взять себя в руки и все обдумать, настроиться на войну, смириться со своими страхами, но, как оказалось, перед лицом опасности я была куда менее бойкой, чем в планах.

Меня пугала пуля, что могла размозжить мозги Лусии, пугали действия бандитов, которые могли взяться за кого-то из домашних. И более всего я боялась, что не смогу их всех защитить.

Этот страх преследовал меня еще с прошлой, казалось бы, жизни, когда я не могла справиться с Ванечкой. Казалось, что весь мир ополчился против нас. Никто не мог понять, почему ребенок завалился на пол магазина и вопит, почему мать не может хоть немного утихомирить собственного ребенка на улице.

Эти концерты сводили меня с ума, хотя было бы правильнее поставить на место общество, что с любопытством собиралось вокруг них, словно в цирке уродов. И лишь немногим приходило в голову спросить: может вам помочь? В прочем были случаи, когда дальше этих слов никто не приходил на выручку.

Страх того, что мне надо было стоять горой за собственного ребенка против общественности – был тем еще испытанием. Мне казалось, что мы мешали всем, где бы не появлялись, привносили дискомфорт одним своим видом. Поэтому я предпочитала быть тихой мышью и не ввязываться ни во что.

Бесспорно, двенадцать лет лечения и ухода за ребенком ожесточили меня в чем-то, но это желание вновь стать невидимой было мечтой одновременно с тем, что так хотелось поменяться в лучшую сторону.

И вот сейчас, пройдя такой необычный жизненный путь, чуть не умерев от рака и спася не одну жизнь, я не могла позволить себе взять и разрушить все.

У меня была магия. И как заметила Гульджамал, волшебство, направленное во благо, несло не столь плачевные последствия. Я целую неделю держалась, чтобы не магичить с одной только целью - быть во все оружии, если в этом будет необходимость.

Не упустила я и материального составляющего. Заметив, как в пылу озорства с другими девчонками, Гульджамал защищалась всеми предметами, что попадались ей под руку, как и учил ее некий «чудо-боец-Джеки-Чан», я запаслась тем, что могло бы мне помочь в деле с бандитами.

Так в гостиной была припрятана дубинка, пара ножей на всякий случай. Тарелки, что нашли себе неплохое место на полках, могли пригодиться, чтоб хоть как-то оглушить противника.

В идеале было бы запастись ружьями, но такового арсенала не было найдено. Если даже они и были где-то, то перед смертью перепрятаны Жаном Армасом. Каратэ-приемы мной отвергались сразу, да и в пышных платьях из сотен юбок это было бы крайне сложно сделать. К тому же я даже не умела метать ножи, хоть и пыталась освоить данное умение.

Я заранее предупредила всех членов семьи о возможной угрозе, но даже предположить не могла, что они вот так вот объявятся в моем доме, спокойно придя на ужин.

Меня трясло. Я пыталась унять эту дрожь, хоть получалось плохо. Казалось, будто я вновь оказалась в том переулке прям лицом перед смертью. Как и в прошлый раз, мой мозг соображал медленно, боялся и предпринимал нелепые попытки просто отключиться в надежде, что все пройдет и без его участия.

Бандит был в шаговой доступности, когда я махнула в его сторону рукой и, к счастью, удачно, ибо смогла отшвырнуть его к стене с такой силой, что он потерял сознание. Долго не мешкая, бросила кувшин с водой в другого бандита, и сама побежала к главарю банды. Это было весьма опрометчиво, учитывая, что в шаге от него стоял не менее опасный убийца, что держал в заложниках Лусию.

В создавшейся панике прозвучал выстрел, но интуитивно я успела понять, что он был в холостую, поэтому не мешкая продолжила свое движение. Из гостиной полетела дубинка, которая вырубила еще одного бандита. Главное здесь было нанести удар уверенно, что было сложно, но возможно даже при трясущихся руках.

И только когда я уже была в шаге от Маурисио прозвучал еще один выстрел. Боль мгновенно пронзила женщину в живот.

Я часто слышала рассказы советских ветеранов Великой Отечественной Войны о том, что в пылу сражений они оказывались словно зомбированными. Шли вперед, превозмогая боль от ранений и ставя перед собой лишь одну цель – достать врага.

Я тоже видела цель. Господи, до нее было так близко! Левой рукой с помощью силы отбросила ружье Серджа, а правой смогла ударить в него тарелкой со стола. Это лишь на секунду отвлекло его, но этой секунды хватило, чтоб нож, припрятанный под подушками кресла, вылетел и остановился в миллиметре от шеи главаря по правую сторону от меня.

- Еще одно движение, и я снесу ему голову, - крикнула Домингесу, останавливая шум и всю перебранку. Я чувствовала адскую боль и знала, что с каждой секундой теряю приличное количество крови. Надо было заканчивать весь этот ужас немедля.

Так, к этому моменту, двое бандитов были оглушены, двое ранены, а Маурисио был в шаге от ножа в горло.

Я тяжело дышала. На короткое мгновение позволила себе восхититься тем, что смогла остановить пятерых крупных мужчин лишь с помощью магии.

- Мам, возьми дубинку – она за печкой и врежь в тех, кто проснется.

«Уж это, надеюсь, хрупкая женщина сможет сделать», - подумала я и продолжила:

- Хуан, подними ружье и подстрели ногу всем этим бандитам, что б они не смогли убежать. Пяти пуль как раз должно хватить, - удивила саму себя. Когда она успела превратиться в воительницу с четкими указаниями и с расчетами пуль?

- Виктория, - жалостливо произнесла Франческа, прикрывая рот и наблюдая, как кровь вытекает из худенького тела ее единственной дочери.

Глаза Маурисио и Домингеса сверкнули яростью, челюсти проскрежетали. Именно эта картина привела меня к неопровержимой мысли: эти подлецы никогда не изменятся. Горбатого только могила исправит. И даже если я доведу их до законного правосудия, хотя вполне возможно, что в этих краях она существует лишь фиктивно, бандиты всегда найдут способ выйти на свободу и продолжить свои грязные деяния. И как обычно показывает практика, начнут они именно с тех, кто упек их за решетку.

Это был опасный момент, ибо они могли просто повалить меня на