Грубая любовь - Елена Синякова

Амир поцеловал Лину в прохладную ладонь, и вышел из машины, на секунду задерживая дыхание в себе, потому что аромат крови и чьей-то боли опалил нутро, отчего кровь тут же загорелась, словно нефть, в которую попала искра.

Дарк стоял неподалеку, наблюдая за всем происходящим так, словно это его совсем не волновало. Он был сдержан и сосредоточен.

- Маруся не игрушка, - уже не скрывая своего раздражения проговорил Амир, когда поравнялся с волком, и встал напротив него, - Здесь её родные, которые переживают за своего ребенка, и я им не желаю зла.

Это было максимально вежливое «отвали и не лезь».

И Дарк это, конечно же, услышал и понял, а потому приподнял ладони, давая понять, что он не враг им.

- Я тоже никому не желаю зла, Амирхан. Но если девушка подвержена воздействию лабораторий, как твой брат Уран и остальные палачи – то она может быть опасна для берсерков. Там, куда ты её везешь, живут не просто люди, а семьи. Там тоже чьи-то дети и любимые, и я не могу допустить, чтобы из-за неё затем случилась беда, понимаешь? Почему она так важна для лабораторий, что они послали за ней почти целую армию – мы можем понять только здесь и сейчас.

Амир нахмурился и выругался себе под нос.

Черт.

Ладно.

Дарк был прав.

Поселение берсерков было чудесным местом среди леса, где действительно жили хорошие люди в гармонии с природой. Он ведь и сам собирался жить там вместе с Линой, а потому рисковать было никак нельзя.

- Ладно. Я пойду с ней и присмотрю, чтобы всё было хорошо, - в конце концов пробасил Амир, и вернулся к машине.

Марусе действительно было плохо. И морально и физически.

Её выворачивало и скручивало от желания убивать.

И сейчас она хрипела и сипела только ради своих родных, потому что точно знала, что не хочет быть монстром.

- Маруся, идем. Разомнёмся немного.

Амира открыл заднюю дверь, и чуть не схлопотал костылем от взбешенного деда.

- С ума сошел ты?! Марусе нельзя туда! Вы не понимаете, что будет!...

- Мы всё понимаем, дед. Поверь. Именно поэтому и увозим Марусю с глаз людей из города. – Амиру пришлось согнуться, чтобы увидеть бледное лицо деда, на чьих руках уже выступила кровь, оттого как сильно и отчаянно Маруся цеплялась за него, пытаясь остаться человеком, - Я буду рядом с ней.

Дед только отчаянно закачал головой.

- Нет и нет! Маруся может быть очень опасна для всех!

Амир усмехнулся.

- Ну уж точно не опаснее меня.

- Вы не понимаете о чем говорите!

- Маруся может поднять танк?

Лицо деда вытянулось, и он впервые посмотрел на Амира так, словно прозрел:

- Нет…

- А я могу. Выпускай её из машины. Я буду рядом и не позволю причинить ей вреда, дед.

-…главное, чтобы она никому этот вред не причинила, - пробормотал он в ответ и тяжело выдохнул, сдаваясь, - Ладно. Маруся, выходи.

Девушку колбасило так, что она не сразу смогла начать шевелиться.

Тело было сковано желанием крови и зашкаливающим адреналином.

- Деда, не дай маме увидеть меня такой, - прошептала Маруся хрипло и с мольбой, почти повиснув на руке Амира, которую он протянул, помогая ей выбраться из машины.

- Хорошо, моя маленькая.

- Сзади есть аптечка. Займитесь пока своими ранами и не смотрите вперед. Лина помоги пожалуйста тёте Дусе. Садись назад на место Маруси.

К счастью, Лина быстро закивала, и сделал всё, как он говорил, старательно не глядя по сторонам, и тем более вперед за ряд машин, откуда раздавались страшные звуки – выстрелы, крики, стоны и какой-то грохот, словно стакивались деревья и машины.

Она старалась не думать над тем, что же там происходит и по какой причине, даже если казалось, словно она успела уснуть и теперь видела какой-то страшный сон.

От истерики и паники её держало только то, что Амир был предельно спокон и холоден.

А значит, всё шло по плану, каким бы безумным он не казался.

Стоило Марусе оказаться на лесной земле, как по позвоночнику девушки прошла волна дрожи, и она расправила плечи.

Вот она была.

Настоящая.

Без обременяющих оков города и человечности.

- Вперед, Марусь. Дай себе волю.

Девушка вдруг зарычала и кинулась вперед среди машин на передовую – туда, где в сошлись на смерть подготовленные люди и волки.

Она неслась быстрее, чем Амир мог бы себе представить, заставляя даже Дарка удивленно приподнять брови.

В ней была удивительная сила, скорость и такая отчаянная жажда крови, что не каждый берсерк смог бы похвастаться этим.

Амир следовал за ней, наблюдая, и отбрасывая с пути лишних людей, которые от одного прикосновения с палачом становились трупами.

Впрочем, Амир как и Дарк, быстро поняли, что ни помощь, ни прикрытие Марусе были не нужны.

В своей кровожадности она могла заткнуть за пояс любого!

Она набрасывалась на человеческих мужчин с такой необузданной яростью, вгрызаясь в их шеи, что кровь хлестала реками, омывая стройное подтянутое тело девушки, словно она входила в реку.

Её мозг был отключен от состояния всего человеческого.

Всё, что сейчас хотела эта воительница – это убивать.

Так много и жесткого, как только это будет возможно.

Так долго, как только получится.

До последнего живого человека на этой поляне.

И если сначала люди пытались провести какие-то маневры, чтобы взять её в кольцо, то очень скоро они сами поняли, что столкнулись с силой, которую не в состоянии контролировать.

Помощь Марусе не нужна была определенно.

Но в какой-то момент она издала вой, и её тело вдруг запульсировало и выгнулось.

С таким ни Амирхан, ни Дарк не имели дело, поэтому тут же оказались рядом, потому что не представляли, что может произойти дальше.

Девушка была, словно ядерная бомба, не известная миру берсерков и волколаков.

Её конечности стали удлиняться, а топик и шорты с треском расходиться, потому что Маруся меняла форму.

- Твою ж мать! – выдохнул Дарк, поспешно доставая сотовый, чтобы заснять происходящее сейчас, - Это не реально!

Не прошло и несколько секунд, как на поляне посреди шокированных волколаков оказалась медведица.

Первая в своем роде.

Обратившаяся против всех законов природы и устоев берсерков, у которых девушки никогда не становились зверьми!

Никогда!

До этого момента!

- Все отойдите! – рявкнул Дарк на волков, продолжая снимать на