Мой клыкастый лорд - Ольга Викторовна Романовская

— Врач? — слишком громко удивленно переспросила я, чем привлекла внимание монаршей особы.

— А что вас так удивляет? — Она смотрела, вроде, равнодушно, но отчего-то от этого взгляда хотелось накрыться медвежьей полостью и не высовываться до конца поездки. — Бедняки часто болеют. Здоровье у них слабое, к ним легко липнут разные болезни, которые могут навредить мне, королю и нашим будущим детям.

Которых нет и не будет, учитывая подслушанные страстные признания.

— Я понимаю, ваше величество, но почему нельзя сделать осмотр заранее?

— Потому, — глаза королевы потемнели, я явно спросила что-то не то, — что некоторые болезни развиваются стремительно. Вы сами увидите, несчастные создания совсем не походят на нас с вами. В чем только душа держится! И я оказываю им большую услугу, отрывая от дел ради их здоровья своего личного врача.

Решила немного польстить Доротее:

— Воистину, человеколюбие вашего величества не знает границ!

А сама задумалась, с чем связан акт подобной неслыханной щедрости.

— Лесть — отличное оружие, вы сделаете карьеру при дворе, Абигаль. Или мне лучше называть вас другим именем?

От последнего вопроса и коварной улыбки, застывшей на губах Доротеи, бросило в дрожь. Неужели она знала, кто я?

Лицо королевы приняло былое отрешенное выражение. Она потеряла ко мне всякий интерес и лениво уточнила:

— Многие девушки предпочитают пользоваться домашними прозвищами. Я предположила, что вам ближе Лора — сокращение от Лорейн, вашего второго имени. Вот и леди Анхель не жалует свое первое имя, предпочитается называться Лизелотой.

— Совершенно верно, ваше величество, — со смущенной улыбкой поддакнула фрейлина. — Мария Луиза звучит слишком пафосно.

— И слишком холодно, официально, будто невесту представляют будущему мужу. К слову, Абигаль, вы уже подумали о цветах, которыми украсите зал? Не советую лилии. Не спорю, они и красивы, но от них жутко болит голова. Как насчет фрезий? Или вы предпочитаете простоту ландышей?

Речь явно о торжестве в честь моей помолвки. И цветы все белые — значит, всякие там незабудки отпадают.

— Я предпочту довериться вкусу вашего величества.

И глазки в пол. Мол, вот какая я податливая и послушная.

— Тогда фрезии — это соответствует вашему статусу. Я распоряжусь, их доставят из оранжереи. А ленты… — Она задумалась, закатив глаза. — Полагаю, голубые? Идеальное природное сочетание.

Молча слушала и кивала, временами хваля безупречный вкус Доротеи. Мол, я бы не придумала лучше. А сама думала об Элефе. Неужели мы действительно не увидимся до самой церемонии? Но как так, он ведь возглавляет официальную дипломатическую миссию, да и статус будущего жениха позволял ему видится со мной без помех. И я отважилась аккуратно прощупывать почву:

— Вероятно, все эти детали нужно согласовать с милордом Тимерусом.

Королева отреагировала на редкость спокойно:

— Безусловно, если пожелает, милорд может внести свои дополнения. И наверняка внесет, что-то из обычаев Сумеречного княжества. Герцог Грельский намекнул, вы скучаете по жениху… Увы, для мужчин женщины значат гораздо меньше, чем политика. К примеру, вчера делегация княжества задержалась во дворце до глубокой ночи: снова обсуждали детали мирного договора. Я почти неделю не вижу мужа, завтракаю, обедаю и ужинаю одна. Крепитесь, дорогая! — Нагнувшись, она коснулась моей руки и тепло улыбнулась. — Когда мужчины договорятся, они вспомнят о нас. Но вот мы и приехали!

Королева указала на неприметное серое здание за высоким забором, больше напоминавшее тюрьму, нежели детский приют. Окошки узкие, забраны решетками, на ограде острые пики.

— Главное, не верьте слезам! — напоследок, когда сани уже въезжали в ворота, напутствовала Доротея. — Несмотря на возраст, многие из них закоренелые лгуньи и воровки.

Двор приюта тоже навевал мысли о каталажке — каменный прямоугольник без единой травинки, со всех сторон обнесенный стенами. К нашему приезду расстелили ковровую дорожку. Перед ней выстроилось руководство приюта: суровые женщины в одинаковых черных одеяниях, отдаленно напоминавших монашеские. Среди них затесался мужчина в очках, казавшийся чужеродным пятном из-за своего цивильного наряда.

— Ваше величество!

Дружно шелестя нижними юбками, женщины, за исключением одной, опустились на колени. Та самая, привилегированная, в затейливом рогатом белом головном уборе, ограничилась поклоном. Мужчина и вовсе поспешил к саням, чтобы прежде лакея подать королеве руку.

— А, вы уже здесь, мэтр! — рассеянно кивнула Доротея и хищным взглядом скользнула по черной стае. — Что нового? Надеюсь, все благополучно?

— Почти. Возникла крохотная проблема, но я уже ее устранил, — видя, как нахмурилась Доротея, поспешил добавить собеседник. — Воспитанницы здоровы и готовы приветствовать вас.

— Прекрасно, прекрасно… Дамы, — обратилась королева к воспитательницам, — я не с пустыми руками. И привезла с особой очаровательную юную особу, которая, надеюсь, надолго украсит ваши будни. Не как воспитанница, не пугайтесь, наоборот, как покровительница вашей скромной обители. Принцесса Абигаль Лорейн Тешинская, графиня Орби, — представила меня она и поторопила: — Ну же, Абигаль, дайте им засвидетельствовать свое почтение.

Ощущала себя Маргаритой на балу Воланда: мою руку тоже многократно облобызали. Однако зачем этот спектакль? Не слишком ли много внимания внучатой племяннице короля? Хотя к королеве здесь и вовсе относились как к божеству.

— Все готово, ваше величество, — доложила настоятельница. Решила называть ее на церковный манер. — Подарки сейчас занесут. Желаете раздать их сами?

— Пусть этим займутся фрейлины. Чуть позже.

Под руку с мужчиной, полагаю, тем самым врачом, Доротея вошла внутрь. Следом настоятельница, затем мы. Замыкали шествие местные воспитательницы.

В приюте было темно и холодно — на отоплении экономили. Ожидала, что в вестибюле нас встретят воспитанницы, но их не оказалось. Никто не подсматривал, не шушукался на лестнице — странная тишина.

— Нам сюда, в гостиную, — потянула меня за рукав леди Анхель, когда я собиралась последовать вслед за королевой. — Нужно все рассортировать. Полагаю, ваше высочество захочет тоже сказать пару слов?

— Возможно.

Интересно, почему мы разделились? Нас с Лизелотой и преподавательницами отправили в гостиную, а Доротея, врач и настоятельница поднялись наверх.

— Они осмотрят спальни и учебные комнаты, — пояснила леди Анхель. — Для чаепития отбирают лучших, последнее слово за ее величеством. Скоро спустятся.

Вроде, логично, но что-то меня смущало. Ладно, займусь подарками, что толку гадать на кофейной гуще.

Как принцессе королевской крови, мне надлежало командовать в нашем маленьком коллективе. Получалось плохо, и Лизелота любезно взяла на себя это бремя. Мне надлежало только стоять и улыбаться.

Доротея с настоятельницей действительно скоро возвратились, мы едва успели разложить