Под знаком белой луны - Ольга Александровна Скоробогатова

— Алло, Глеб, это Лина.

Глеб побледнел, а сердце словно сжали тисками. Он помолчал немного и спросил:

— Какая Лина?

— Глеб, это ты?

— Здесь такие не живут! — сам не узнавая своего голоса, проговорил он.

— Глеб, выслушай меня, пожалуйста! — закричала Лина.

Но он уже положил трубку. Лина услышала короткие гудки и заплакала от безысходности. Он не хочет говорить с ней. Значит, он больше ее не любит…

Вернувшись домой, Лина кинулась на грудь к подруге и разрыдалась.

— Он не стал говорить со мной. Он сказал, что такие там не живут. Но это был он! Я не могла его ни с кем спутать!

Мила обняла подругу, но не стала успокаивать ее. Пусть поплачет. Она столько времени ждала встречи с любимым, а он даже не захотел выслушать ее.

— Что же делать? — всхлипывая, воскликнула Лина. — Он не любит меня больше?

— Дурочка! Я думаю, он любит тебя, только очень обижен. Он думает, что ты его предала. Представь себе его состояние…

— Что ты хочешь сказать? — спросила Лина, сразу перестав плакать.

— Он попал в аварию. Потерял жену. Пусть он ее не любил, но она была беременна. Значит, и ребенка! Вся надежда была только на тебя. Покалеченный, он лежал в больнице или дома, без разницы… А ты! Ты, его любимая, не заботилась о нем, несчастном и переломанном, а жила все это время с другим мужчиной и родила ему двоих детей!

— Но ведь это не так!

— Он этого не знает! Или… — Милка многозначительно посмотрела подруге в глаза и проговорила: — Дошло! Лина! Тебя оговорили. И я догадываюсь кто!

— Неужели Ленка? — догадалась Лина.

— Да. Она или подслушала разговоры родителей, или выкрала у них письмо Лёшки. Теперь мне все понятно! Вот гадина! Ну я ей покажу…

Глава 41 Перепалка

Милка влетела в квартиру мужа как фурия. Ухватив Ленку за волосы, она потащила ее в комнату и, закрыв дверь ногой, заорала:

— Ах ты, гадина такая!

Ленка вырывалась, но Милка вцепилась намертво и, накрутив хвост на руку, пару раз ткнула свою вредную золовку носом в подушку. Ей хотелось ее придушить, чтобы она больше никому не причиняла вреда…

— Совсем взбесилась? — орала Ленка, пытаясь поцарапать лицо невестке.

Что ты наговорила Глебу? — без всяких предисловий выкрикнула Мила.

— Я? — Ленке все же удалось добраться до лица Милки…

— Кошка драная! Еще и царапается!

В комнату вбежали родители и стали разнимать девушек.

— Что же это такое! — кричала свекровь, отрывая невестку от дочери.

— А вы у нее сами спросите! — еще раз хорошенько встряхнув Ленку, выкрикнула Милка и отпустила ее.

Ленка заплакала, схватившись за голову, но потом кинулась на ненавистную невестку и ударила ее по лицу.

— Вы совсем с ума посходили? — заорал свекор. — Что за баталии?

— Ваша доченька оговорила Лину. Она сказал Глебу, что моя подруга вышла замуж и родила двойню! Он теперь не хочет с ней разговаривать!

— Зачем ты сделала это? — строго спросила мать у Ленки.

— Потому что Глеб мой! Я люблю его!

— Но у Лины дети от него! — возмущенно воскликнула мать.

— От него ли? — заверещала Ленка. — Может, она их нагуляла!

Милка бросила пудреницу и платок и снова накинулась на Ленку.

— Деревенщина! — отбиваясь, кричала та. — Бедный мой братик! Она его скоро бить начнет!

— Заткнись! Ты уже список написала? Так вот, Лёшка ничего тебе не привезет! Не заслужила, — Милка устало отошла в сторону и снова взялась за платок. Царапина на лице кровоточила, а под глазом красовался бордовый фингал. — Как я теперь детям покажусь на работе?

— Объясните же толком, что тут у вас происходит!

Ленка, вычесывая выдранные волосы, насупилась и молчала.

— Да уж вырастили! — проговорила Мила. — Лина с утра до ночи плачет, растит детей Глеба, а эта гадина заявила ему, что она родила их от кого-то другого! Сколько можно объяснять?

— Могу тебя обрадовать, невестушка, со мной Глеб тоже не хочет разговаривать! Но я подожду, съезжу в спортлагерь на пару смен, а там видно будет! — с видом победительницы проговорила Ленка.

— Вот и проваливай! Может, там найдешь себе свежий объект!

— И не мечтай! Где вы все были, когда я за ним ухаживала? Жену с тестем хоронила? Никто к нему не ходил, апельсины не носил только я!

Лина в роддоме была! На сохранении лежала. В тот день, когда случилась авария, мы гуляли по парку, а когда я ее провожала, зашли в приемный покой, попрощались, я уже собралась уходить, как вдруг услышали сирену скорой. И мы обе, слышите, обе видели, как привезли умирающую Ирину, жену Глеба. Она была вся в крови, пробитой головой. Но мать Лины успела сделать кесарево и спасла ребенка до того, как Ирина умерла. У них родилась девочка!

От этого ужаса Лине прямо в приемном покое стало плохо, и начались преждевременные роды. Ведь она узнала ту, что привезли на скорой. У нее начались схватки, и она родила семимесячного мальчика. А потом забрала ребенка Глеба к себе, — Мила с презрением посмотрела на сжавшуюся в комок Ленку, вздохнула и продолжила: — Ты отказалась от дочери Глеба, сказав матери Лины, что все родственники девочки, включая Глеба, умерли. Конечно! Зачем вашей дочурке чужой ребенок! Ей нужен был только Глеб. Ты отказалась от нее!

Лёшкиной матери стало плохо. Она схватилась за сердце и тихо вышла из комнаты. Отец побежал на кухню за корвалолом.

Свекровь рыдала, свекор пытался ее успокоить, по всей квартире пахло лекарствами. Мила стояла, не зная, что делать. Она не могла понять, почему родители Ленки так отреагировали на ее слова. Выходит, они не знали, что дочь Глеба жива?

— Разве они не в курсе? — удивилась Милка. — Они же помогали тебе с похоронами.

— Нет. Они думали, что у Лины двойня. Лёшка так написал. Я читала его письмо. И, думаю, не без твоего участия он написал именно так.

— Конечно! Ты же объявила, что все умерли! А ребенка отдали бы в Дом малютки. Лина не могла этого допустить и записала детей на себя.

— Еще не хватало, чтобы мои родители сжалились над несчастной сироткой и притащили ее к нам, пока Глеб не поправится! — заорала Ленка.

— Какая же ты сволочь! Я сама расскажу все Глебу. А ты оставайся здесь одна, со своей подлостью и завистью. Считай, что и брата ты потеряла! Я сделаю все, чтобы он больше тебя не захотел видеть!

— Проваливай из квартиры, деревенщина! Мой брат меня любит и простит. А ты