Презренная для Инквизитора, или Побоксируем, Дракон! - Анна Кривенко

class="p1">Леомир нахмурился. Ему не понравились мои слова. Я почувствовала себя предательницей, но… пожалуй, не могла не рассмотреть такой вариант.

— Это довольно рискованно, потому что жизнь мира при достаточном уменьшении излучения совершенно не изучена…

— Если отключить его полностью, — продолжила я с жаром, — это приведёт к катастрофе. Люди привыкли к магии, их жизнь построена вокруг неё. Целые цивилизации зависят от неё. Если вдруг её не станет — это будет хуже упавший на голову ледниковый период!

Макс моргнул несколькими световыми индикаторами.

— Любопытная мысль. Уточни свою просьбу…

Я сжала кулаки.

— Я хочу просто ослабить излучение. Но чтобы магия все еще была. Чтобы мир не перевернулся с ног на голову!

Леомир наконец вмешался в наш диалог и с посеревшим от огорчения лицом обратился ко мне.

— Ты хочешь, чтобы ведьмы остались⁈ — похоже, он был искренне обижен и разочарован.

— Нет! — я стремительно развернулась к нему. — Но ты сам слышал: они черпают силу из источников, из особых мест, где излучение сильнее. Если его приглушить, эти зоны больше не станут концентрировать силу в таком количестве, и…

— … тогда никто больше не сможет достичь уровня ведьм, — медленно закончил вместо меня Макс.

Я кивнула.

— Да. Магия останется, но будет слабой и безобидной. Люди смогут пользоваться ей в быту, хоть и не в таком количестве, как сегодня. Зато для созидания монстров ее больше не хватит!

Я обернулась к светящимся панелям с мольбой.

— Это возможно?

Макс задумался на несколько долгих мгновений, после чего произнёс:

— Да. В исходном коде системы заложены параметры регулирования мощности излучения. Думаю, то, о чем ты говоришь, возможно…

Я почувствовала, как дрожь пробежала по телу.

Леомир смотрел на меня пристально и даже недоверчиво. В его чертах проскальзывала старая боль.

— Это риск.

— Я знаю.

— Ты уверена?

— Я не хочу рушить этот мир.

Он долго молчал, а потом тяжело вздохнул.

— Тогда… сделай это.

Было заметно, что ему очень тяжело смириться с моим выбором, но он всё же принял его. Я шагнула к Леомиру вплотную и крепко обняла его.

— Спасибо, — прошептала дрогнувшим голосом. — Спасибо за доверие…

* * *

Я повернулась к Максу.

— Что мне нужно сделать?

Голограмма вспыхнула, на панелях замигали огоньки.

— Для подтверждения полномочий потомка приложите ладонь к панели управления. Будет произведён генетический анализ.

Я замерла.

Генетический анализ.

То есть… система проверит, действительно ли я потомок Романовых.

А если нет?

Сердце заколотилось быстрее.

Леомир почувствовал моё напряжение и чуть сильнее сжал мою руку.

Я посмотрела на него.

Он кивнул.

— Ты справишься, — прошептал одними губами.

Я шагнула вперёд.

Передо мной вспыхнула гладкая стеклянная панель.

Я подняла руку… и приложила ладонь.

Вспышка.

Символ на моей коже вспыхнул, отозвавшись на взаимодействие.

Тонкие лучи пробежали по стенам.

Макс заговорил, его голос стал более механическим:

— Доступ подтверждается… Анализ ДНК…

Я вздрогнула, когда тонкая игла, невидимая глазу, скользнула под кожу, забирая образцы.

Чёрт. Это… немного неприятно. Но почти не больно.

Леомир насторожился, увидев, как я вздрогнула, но я лишь коротко мотнула головой.

Я в порядке.

Секунды растянулись в вечность.

Наконец, раздался сигнал.

— Доступ подтверждён. Потомок Николая Романова идентифицирован.

Я резко выдохнула.

Макс продолжил:

— Теперь вы можете отдать приказ.

Я сглотнула. Значит, это тело меня не подвело…

Господи, какая колоссальная ответственность!!!

Голова кружилась от напряжения.

— Макс, — голос прозвучал глухо. Я всё-таки задам этот вопрос. — Какой процент того, что оставшееся излучение всё равно породит чудовищ?

Он не ответил сразу.

Огни на панелях начали мигать быстрее.

— Подсчитываю…

Я сжала кулаки. Магия бурлила внутри, но не предлагала решений. Тело подрагивало от нестерпимого напряжения… нестерпимое напряжение.

— Три процента.

Я поникла.

Три процента.

Мало, но… они есть.

Три процента — это три шанса из ста, что мир всё же окажется в опасности. А если это слишком много?

Я почувствовала, как страх заползает под рёбра.

Но тут вмешался Леомир.

— Ещё вчера, — его голос был низким, ровным, — я сказал бы, что готов на всё ради устранения ведьм, — Я посмотрела на него. В его глазах был свет. — Но сейчас… я думаю, мы должны рискнуть.

Он выдержал мой взгляд.

— Мы проследим за обстановкой в мире. Если будет нужно, отключим излучение совсем., — закончил Леомир, а я глубоко вдохнула и кивнула.

Его предложение было разумным.

— Макс, — голос всё ещё дрожал, но я справилась. — От имени твоих создателей приказываю: отрегулировать степень излучения, сделать его значительно слабее.

— Запрос принят.

И тут…

Всё вокруг вспыхнуло. Пол заходил ходуном.

Я едва удержалась на ногах. Леомир подхватил меня за плечи, удерживая от падения.

Панели замигали быстрее, заговорили механические голоса.

— Изменение структуры излучения…

— Перекалибровка волновой частоты…

— Перераспределение энергии…

Я чувствовала, как воздух вокруг начинает дрожать. Словно что-то незримое пронизывало мир, меняло его. Макс продолжал говорить, но я уже не слушала.

Я чувствовала.

Как магия становится другой.

Как символ на руке начинает мерцать в такт переменам.

Леомир смотрел на меня в ожидании.

— Всё… закончилось? — спросил он, когда пол перестал дрожать.

Макс ответил:

— Излучение уменьшено на 73 %. Эффект начнёт проявляться постепенно. В течение тридцати часов магия ослабеет, но не исчезнет.

Леомир выдохнул.

Я зажмурилась. Мы сделали это!

Мир больше не будет прежним. Но он не разрушится.

Я посмотрела на Леомира. Он улыбнулся. И я улыбнулась в ответ…

Эпилог

Прошёл год…

Мир изменился.

Я смотрела на улицы города, раскинувшегося передо мной, и пыталась найти знакомые детали, но их не было. В этом мире я когда-то проснулась, не понимая, где нахожусь, и теперь он был совсем другим.

Магия больше не правила людьми. Она не исчезла полностью, но очень ослабла, став лишь отголоском той силы, что когда-то держала этот мир в железных цепях. Ветер доносил до нас отголоски жизни — детский смех, гомон торговцев, звон кузнечных молотов. Это был шум живого города, не скованного страхом перед ведьмами или инквизицией.

Я чувствовала ладонь Леомира, сжимавшую мою. Её тепло было таким же знакомым, как биение моего сердца. Он стоял рядом, высокий, крепкий, надежный… Его золотистые волосы были распущены по плечам, и солнце играло в непослушных прядях, соревнуясь с озорным ветром.

— Всё стало иначе, — произнёс он наконец, его голос был чуть хриплым.

Я кивнула.

— И это хорошо.

Люди больше не искали защиты у сильных магов мира сего. Они учились рассчитывать на себя, строить жизнь своими руками. Страх перед ведьмами исчезал, потому что они больше не появлялись среди людей. Без подпитки излучения их магия слабела, превращаясь в