Какой скандал! (Это просто смешно) - Ци Инцзюнь

начать переговоры, но и нашел способ заставить Яньское государство сделать предложение самим, скрывая свое участие. Сообщение дошло до Великой Ся, и никто не знал, что в этом была заслуга Сяхоу Даня.

— Так кто с кем ссорился?

Бэй Чжоу раздраженно нахмурился, явно не интересуясь политическими интригами:

— Даньэр сказал пару слов, и сразу началась ссора. Принц Дуань поддержал переговоры, потому что, если страны не воюют, его войска не будут заняты на северо-западе, и у него будет больше возможностей противостоять вдовствующей императрице. То, что поддерживает принц Дуань, императрица-мать, конечно, не поддерживает. Сегодня весь день двери императорского кабинета не закрывались.

— Люди вдовствующей императрицы пришли уговаривать императора?

— Люди принца Дуаня тоже пришли. Все хотят использовать его как марионетку. Ему приходится притворяться марионеткой и со всеми разговаривать…

Ю Вань Инь вздохнула.

Она переоценила свое влияние, Сяхоу Даня явно подорвала работа.

Бэй Чжоу принес миску каши и, глядя на бессознательного Сяхоу Даня, выглядел обеспокоенным. Ю Вань Инь взяла миску из его рук:

— Дядя Бэй, идите отдохните, я сама.

Бэй Чжоу похлопал ее по плечу и ушел.

Ю Вань Инь посидела на краю кровати некоторое время и осознала, что почти никогда не видела этого человека спящим. Каждый раз, когда она засыпала, Сяхоу Дань еще был бодр; а когда она просыпалась, он уже уходил на утренние заседания.

Неужели он всегда спал так… мучительно?

Ю Вань Инь слегка похлопала его:

— Господин Дань, поешь немного перед тем, как снова лечь.

Сяхоу Дань не отреагировал.

— Господин Дань? Ваше Величество? — Ю Вань Инь приблизилась немного и сделала нечто, чего сама от себя не ожидала.

Ее ладонь коснулась лица Сяхоу Даня.

В следующий момент плотно закрытые глаза раскрылись.

Ю Вань Инь невольно отпрянула, убрав руку, словно травоядное животное, которое инстинктивно почувствовало опасность.

Холодная рука схватила ее за запястье.

В его зрачках клубилась тьма, их фон был хаотичным, в них не было никаких эмоций, кроме безумия.

Черные глаза метнулись к Ю Вань Инь с убийственным взглядом. Ю Вань Инь не осмеливалась даже дышать.

Казалось, прошло много времени, а может быть, всего лишь мгновение, когда эти глаза сфокусировались, несколько раз моргнули и вернули немного ясности.

Сяхоу Дань ослабил хватку, его рука все еще свободно лежала на ее запястье. Он хрипло спросил:

— Сколько я спал?

— …Не очень долго. Встань, поешь немного?

Сяхоу Дань без сил пошевелился. Ю Вань Инь немного помедлила, затем наклонилась, чтобы помочь ему.

Внезапно Сяхоу Дань слегка улыбнулся:

— А ты сама поела?

Сердцебиение Ю Вань Инь еще не вернулось в норму. Она опустила голову, зачерпнула ложку каши и поднесла ему. Сяхоу Дань смотрел на нее и открыл рот, чтобы принять пищу.

— Не беспокойся обо мне, я поем позже. Ты…

— Мм?

Ю Вань Инь хотела спросить: тебе не нравится, когда я тебя трогаю?

Когда он был бодр, казалось, ему нравилось быть рядом с ней, занимать ее подушку, просить массировать виски.

Но та рефлекторная реакция напомнила ей о словах, сказанных им вчера вечером Се Юнэр.

Он отталкивал не только Се Юнэр? Как человек, работая актёром, мог быть так чувствителен к физическому контакту?

На мгновение человек перед ней казался неимоверно похожим на образ тирана из книги.

Но тираном не рождаются, тираном становятся, постепенно сводимые с ума мигренями.

…Мигрени.

Но это явно не тема для приятной беседы. Он все еще болен, и она, в конце концов, мягко сказала:

— Ты сегодня много сделал.

Сяхоу Дань устало пил кашу и небрежно ответил:

— Все в порядке, кроме актерства, я ничего не делал. О, да, — он улыбнулся, — я еще заставил Ян Дуоцзе взять старика из Бюро небесных предсказаний и провести наблюдение за звездами, написав доклад.

В той группе учеников, Ян Дуоцзе и Ли Юньси были равны по таланту и характеру, оба были вспыльчивыми спорщиками. Но Сяхоу Дань, прочитав их работы, заметил одно преимущество Ян Дуоцзе перед Ли Юньси — это его дар красноречия.

Ли Юньси, будучи прямолинейным человеком, говорил все как есть, высказывая свои мысли напрямую. А Ян Дуоцзе умел ссылаться на множество примеров, его красноречие было подобно цветущему лотосу, приводя бесчисленные доказательства как с небес, так и с земли, чтобы убедить тебя. Если он был уверен в чем-то, то даже черное могло стать белым.

Поэтому его отправили в Бюро небесных предсказаний.

Ян Дуоцзе был очень недоволен этим назначением. Он пришел во двор не для того, чтобы заниматься какой-то ерундовой астрологией, а чтобы участвовать в политике и делах государства.

Сяхоу Дань убедил его одной фразой: «Сейчас у нас мало сил, поэтому нам приходится полагаться на помощь духов и богов».

— Как показала практика, он действительно может писать. Что-то о соединении Юпитера и Сатурна, что-то о красной звезде на северо-западе с рогами — в общем, суть в том, что пора начинать переговоры, иначе нас ждет страшное поражение. Это было очень впечатляюще, даже среди партии императрицы нашлись испуганные.

Ю Вань Инь улыбнулась:

— Звучит, как будто все идет гладко, теперь остается только ждать прибытия делегации.

— …Не так все просто.

Он нащупал на подушке письмо и протянул его Ю Вань Инь:

— От Ван Чжао, пришло одновременно с письмом от Яньского государства, но его содержание странное.

Почерк Ван Чжао был плотным и неразборчивым, будто он писал в спешке.

Он провел расследование в Яньском государстве, и ситуация там оказалась примерно такой же, как ходили слухи.

Яньский король Чжао Луао Вахань и его племянник Туэр находятся в напряженных отношениях, никто из них не признает власть другого. Туэр молод, силен и пользуется поддержкой народа; одноглазый же Яньский король не хочет уступать власть и поддерживает тесные связи с королевой соседнего государства Цян. Хотя Цян слабое государство, но оно умело использует яды, что доставляет немало хлопот яньским воинам, полагающимся на грубую силу. Яньский король использует это для укрепления своего положения.

Ранее Ся смогли отбросить их на триста ли, изгнав из перевала Юймэнь, и Яньский король, уже постаревший, после этого поражения почувствовал себя бессильным и начал склоняться к мирным переговорам. В то время как Туэр, полный амбиций, был ярым сторонником войны.

Сяхоу Дань не возлагал всех надежд на мирные переговоры, его указания Ван Чжао были таковы: если не удастся добиться переговоров, нужно посеять хаос, спровоцировать внутренние конфликты в Янь. Таким образом, в случае засухи, Янь будет слишком занята своими проблемами, чтобы воспользоваться моментом и напасть на Ся.

Результат оказался даже лучше, чем он ожидал: