Невыгодно желанная, или Брак с попаданкой приводит к истинности - Ева Кофей

В ответ Его Величество, конечно, отказался признавать свою вину и настаивал на том, что история с Тортоном — чистый вымысел сошедшего с ума лорда Хейла.

Он хотел, чтобы всё оставалось так же, как было.

Совету северных лордов предстояло вести долгие переговоры. Все понимали, что это может занять месяцы или даже годы.

— Чем дольше он отрицает, — сказал лорд Вольт, — тем больше он подмачивает собственную репутацию. Я знаю, что и на Юге, и на Западе есть недовольные сменой власти лорды. Посмотрим, быть может, драконы сожрут самих себя.

Политическая обстановка была зависше-напряжённой.

Мы были готовы к любому исходу. И вместе с тем слишком заняты делами Севера и нашей собственной семьи.

Аластер вернулся, и мы со всеми почестями похоронили его родственников. Оставалось только надеяться, что через несколько месяцев он, наконец-то, сможет с ними поговорить.

А они допросят дух Тортона, ведь мы должны были знать подробности его плана. Чтобы больше никогда, никогда, никогда ничего подобного не допустить.

На День Нечисти пришлось собрание северных лордов в замке Аластера. Но оно было вечером, а утром мы решили устроить небольшую потешную церемонию для Руби.

Украсили арку цветами, позволили ей надеть платье и шляпку и пойти к Алтарю вместе с Аластером. Она вылизывала его лицо, а он мужественно терпел.

— Вот и нормальная свадьба! Жду не дождусь, когда смогу рассказать об этом Пистончику!

— Пистончик? — удивились мы. — Это кто?

— Мой друг, — усмехнулась Руби, лизнув Аластера в нос. — Лесной лис.

— К тебе приходит какой-то лис-мальчик? — прошептала я.

— Ага…

— Что за мальчик? — прищурился Аластер.

— Кажется, у нас намечаются лисята… — прошептала я ему на ухо.

— Но у неё свадьба со мной, — усмехнулся он, ещё до конца не поняв, что происходит.

А я всё поняла.

Всё так, как и должно быть.

Я только не ожидала, что это случится так скоро.

— Нет, — прошептал Аластер, положив ладонь на мой живот. — Уже?

Я обняла его за шею, прижалась к нему всем телом. Без слов.

Внутри меня уже билась маленькая жизнь.

На протяжении беременности кто-то из фамильных животных, либо со стороны мужа, либо со стороны жены, начинает чувствовать свою магическую пару и видится с ней.

Это не настоящие животные из леса. Это настоящая магия в их облике.

Где-то на середине беременности лери у животных начинается гон, они пропадают на несколько дней и возвращаются в интересном положении.

Чтобы в день рождения наследника подарить ему самого главного в жизни друга.

Ворон мог найти себе даму сердца на несколько месяцев, но такая честь выпала Руби. А это означало, что династия лисиц Лайтери будет продолжаться уже под крышей замка Хейлов.

— Мы скоро станем мамами! — Руби начала скакать вокруг нас с Аластером.

Собрание северных лордов прошло неплохо. За ужином я постаралась расположить к себе семьи, с которыми мне предстоит общаться ещё долгие годы. Конечно, они были полны скептицизма в мою сторону. И одной шарлоткой этот лёд было не растопить.

Но начало я положила.

О ребёнке мы решили раньше времени никому не говорить ради безопасности.

Точно так же, как решили не рассказывать ничего моей матери и брату в переписке. Вместо этого попросили их приехать якобы на несколько дней. Но, скорее всего, им придётся остаться на Севере.

Это решение непростое. С одной стороны, на Юге их в любой момент могла настигнуть месть короля. С другой стороны, здесь им тоже никто кроме нас не был бы рад.

Но здесь мы могли бы их защитить.

— Алисия прислала мне весточку, — сказал Аластер. — Она в порядке, но больше не вернётся во владения короны. И на Север тоже. Её земли переходят ко мне, мы могли бы восстановить хотя бы часть особняка после пожара и поселить туда Эдну и Гарри.

Я согласилась с надеждой, что согласится и моя семья.

Природа и нравы Севера будут им слишком непривычны, но этот край можно было полюбить.

Мы с Аластером разделили заботы.

Он узнал тайну исчезновения своей семьи и нашёл человека, которому можно доверять. Это придало ему сил. И он с напором взялся за свои обязанности главы совета лордов.

Я же больше занималась делами нашей семьи. Выяснилось, что мы действительно находились в финансовой яме. Но не было никаких причин думать, что из неё нельзя было выбраться. У меня было сразу несколько вариантов развития событий. Мне нравилось об этом думать.

Тем более что перестраивать экономическую систему нужно было на всём Севере. Если мы отрежем себя от короны, большая часть продуктов и вещей станет нам недоступна. Нужно было уже сейчас думать о том, чем заполнить бреши.

Я всё ещё была женщиной в мире властных мужчин. Но мою жизнь в браке сложно было назвать скучной.

Большинство собраний проходили в замке. Я обслуживала стол, поэтому была в курсе всех новостей. После мы с Аластером могли часами обсуждать тезисы тех или иных лордов.

Он видел во мне не только жену, которая должна рожать детей, готовить и убирать замок, но и верного соратника.

Трудности, о которых говорил Аластер, на поверку оказались не так трудны.

На место постоянной вины, постоянного чувства, что я всех обманываю, пришла ясность. И смысл.

Помимо серьёзных решений и обсуждений и тихих, трепетных моментов единения мы с Аластером любили выбираться в город и эпатировать окружающих одним своим присутствием.

Со временем все привыкли к Руби и ужасно её полюбили.

Все женщины стремились подозвать её к себе, чтобы обменяться сплетнями.

Что касается меня… плеваться в мою сторону стали реже. И это уже было большим прогрессом.

— Когда-нибудь они смирятся с тем, что главная женщина Севера — южанка, — усмехнулся Аластер. — А пока это даже забавно.