Тайна Стихий и дракон в придачу - Ирина Властная

был трёхэтажным, как и здание Ратуши, его стены были выложены из серого камня и казались неприступными. На втором и третьем этажах изящные, словно вырезанные изо льда, балкончики, которые выступали из стен, украшенные резными перилами, припорошёнными снежной вуалью. Думаю, именно с них открывается самый захватывающий вид на заснеженный Рокстоун. Огромные окна со светлыми рамами, за которыми скрывались главные люди городка… в окне второго этажа дрогнула занавеска, и мне показалось, что я увидела белоснежные волосы хозяйки этого великолепия. Да в доме градоначальника даже дверь была внушительной и величественной — массивная, двухстворчатая, с резным узором, и с двумя сияющими золотом ручками. А неплохо так живёт градоначальник… интересно, это его личный дом или он достался ему исключительно по причине занимаемой должности?

— О, а вот и они! — Ирвут приобнял меня за плечи, разворачивая к Портальной станции.

Возле входа и в самом деле наблюдалось оживление: все, кто толпился и хотел в первых рядах попасть внутрь, сейчас в едином порыве отхлынули от дверей, подхватывая свои саквояжи и бросая более тяжёлые поклажи, образуя проход.

Из портальной станции выходили две группы. Каждая человек по десять, а то и больше. Все они двигались слаженно, как единый механизм, ни одного лишнего движения, ни одного звука, лишь скрип снега под их шагами… это сколько они часов на плацу провели, чтобы такую синхронность выработать? Половина была в тёмно-вишнёвых форменных камзолах, половина — в жемчужных, у каждого на плечах плащ в тон формы.

Вышагивали они красиво и уверенно с совершенно безэмоциональными лицами — ни тени улыбки, ни следа страха, ни капли любопытства. Острыми и внимательными взглядами они сканировали окружающее пространство, и под этими взглядами даже редкие снежинки, срывающиеся с неба, зависли в воздухе, явно раздумав опускаться на этих суровых сотрудников непонятных Департаментов.

Во главе каждой группы шёл командир. У жемчужных этот был суровый дядька, с орлиным носом и тяжёлым подбородком, а у вишнёвых — черноволосая статная женщина неопределённого возраста. У этих двоих взгляды были ещё пронзительнее, чем у остальных, а их выправка заставила и меня вспомнить об осанке.

— Ничего себе, — золотоволосый дракон прищурился, рассматривая прибывших, пока те перемешались в равных долях, и в новом составе к Ратуше и дому градоначальника направились. — Они всех притащили! И консулов, и видящих, и сборщиков, и даже асессоров! Последние, вообще, редко из своих кабинетов вылазят, предпочитая все собранные сборщиками свидетельства и доказательства в мягких креслах сверять. А консулы только в зале заседаний появляются… вот это я молодец!

Не то, чтобы я поняла всё, сказанное Ирвутом, но суть уловила: из-за его бурной деятельности в Рокстоун прибыли все важные шишки Судейской Палаты и Департамента Безопасности… по душу леди Айры Оруст.

— Молодец, мой мальчик! Если хватило ума напакостить, то будь любезен нести ответ за свои поступки! — похвалила леди Энора своего сына, с мстительным удовольствием наблюдая, как командиры групп открывают двери и ворота магией, не утруждая себя ожиданием. Их заинтересовали Ратуша и дом лорда Оруста. — Идёмте вон туда, в «Сладости для дам», — махнула она рукой в сторону небольшой чайной, — оттуда мы будем видеть всю площадь и не упустим ничего интересного.

Пусть лорд Тайр Ирвут меньше всего мог причислить себя к дамам, но с энтузиазмом воспринял это предложение и гордо повёл нас в указанную сторону.

Леди Ирвут была права — сидя за столиком с чашкой ароматного чая и пирожным, наблюдать за происходящим было куда интереснее.

Новость о прибытии сотрудников двух центральных ведомств молнией разнеслась по Рокстоуну, и народ начал собираться на площади. Городок шумел, по рукам ходили экземпляры «Императорского вестника», а потом появился лорд Даэрский с доблестными стражниками Рокстоуна, рассредоточившимися по периметру площади для поддержания порядка. Народ притих, но расходится не собирался… тем более из дома градоначальника вышли служители закона в количестве восьми штук, пошептались с Даэрским, тот выделил им четырёх стражников, и столичные офицеры, разбившись на пары, исчезли в переулках, ведомые местными офицерами Управления стражи.

Напряжённая тишина вновь окутала площадь, даже в чайной стало тихо.

— А вот теперь самое время для нашего появления! — заявил Ирвут, когда в дом лорда Оруста стали возвращаться столичные офицеры…

Первая тройка, состоящая из местного стражника и двух столичных представителей закона, вела бледную и трясущуюся от ужаса леди Мариссу Гиар… за ними, судя по всему, спешили такие же бледные родители девушки, наспех одетые и действительно испуганные.

Вторая тройка конвоировала леди Эльзу, у которой лицо покрылось красными пятнами, слёзы безостановочно текли по лицу, а волосы повисли ржавыми паклями… в ней не осталось ничего от того высокомерия и презрения, которым она окатила меня одним лишь взглядом при нашей единственной встрече. Родственники тоже не оставили её на милость судьбы и следовали за ней с весьма решительным выражением на лице, надеясь развеять это недоразумение одним лишь видом.

Остальных двух участниц столь занимательной девичьей беседы также доставили в дом градоначальника… просто чуть позже, видимо, дома благородных леди располагались ближе к центральной площади, чем у остальных.

Глава 41

— Даэрский! Чего стоим? Скучаем? — едва ли не через всю площадь заорал Ирвут, привлекая к нам всеобщее внимание и, даже когда мы подошли достаточно близко, не понизил голос, делая разговор достоянием общественности: — Что у вас тут происходит? Мы сидели, наслаждались ароматным чаем, прекрасной беседой, и вдруг суета такая!

— Светлого дня, — процедил Даэрский и в одно мгновение вокруг нас бесшумный полог сформировал, — а то ты не знаешь! Сюрприз удался, Ирвут!

— Ты-то чем недоволен? Я тебя из-под удара вывел, — широко улыбнулся золотоволосый дракон, и лёгким движением полог Даэрского развеял. — Ты даже не представляешь, чего мне стоило отдать судьбу обидчиков моей прекрасной избранницы в руки правосудия, а не самому свершить его! — громогласно заявил Ирвут и без каких-либо усилий из себя влюблённого изобразил: и горящим взглядом на меня уставился, и к руке припал долгим поцелуем, да так и забыл её отпустить… мне ничего не оставалось, как ответить ему той же монетой, в смысле и улыбнуться томно, и ресничками похлопать со всей страстью.

Народ выступление оценил, одобрительно зашумел, даже парочка слабых пожеланий счастья послышалась. Леди Ирвут сияла, Тайр светился, Даэрский фонил раздражением, а я была вынуждена импровизировать.

Словно этого было мало, для полноты картины на площади появилась леди Даэрская в сопровождении Риссы. Само собой, благородная леди сжимала в руках вестник и лично явилась то ли потребовать объяснений, то ли поддержать свою протеже в трудную минуту.

— Лорд