Когда миры соприкасаются - Кут Лекс

- Да, я помню, что был там. Но после того, как я выключился, ничего не помню.

- Нимфы сказали, что оборотень хотел занять твое место, почему? Они мало что рассказали, только то, что была жуткая бойся, все друг с другом ссорились, дрались, эльфы убивали эльфов. Какой кошмар. Что произошло?

- Это был Войст. Оборотень. Он решил, что я слаб, раз разрешил Флоре и Гронсу пожениться и захотел занять мое место.

- Не может быть. Это все из-за свадьбы? Какой кошмар.

Айсгайт подробно рассказал о случившемся и попросил не рассказывать о причинах произошедшего Флоре и Гронсу.

- Обещаю, что ничего не скажу. Что теперь будет?

- Все как прежде. Я остаюсь на своем месте.

Прослышав о выздоровлении Айсгайта, старосты решили собраться и явиться к хранителю леса, чтобы приклонить перед ним колено, в знак своего повиновения и верности.

глава 44

Они не ожидали увидеть человека в доме Айсгайта, но не стали уходить, показывая всем своим видом, что ждут, пока уйдет она.

- Зачем пожаловали, друзья? – Айсгайт держался непринужденно, будто к нему зашли близкие, чтобы навестить.

- Мы слышали, что ты победил, пережил тяжелое состояние и пошел на поправку. Нам бы хотелось тебе кое-что сказать, но без присутствия человека. – Мильс говорила сдержанно, с гордо поднятой головой.

- А мне она нравится, пусть остается. - Нира мило улыбалась, глядя на девушку.

Но злость внутри Беллатрикс разрывала всю душу:

- То есть, вы услышали, что он победил и ему стало легче, но почему-то никто из вас не услышал о том, что он лежит в лесу и умирает? Вы слышали, что ему стало легче, но никто не удосужился прийти раньше и узнать о его состоянии и помочь? – Она старалась подавить крик, ее голос звучал очень низко, почти угрожающе.

- Мы не собираемся перед тобой оправдываться. – Мильс взглянула на нее с недоумением и презрением.

- А она права. – Нира тяжело вздохнула.

- Теперь она староста со стороны людей. – Айсгайт весело улыбался.

Подумав, что он шутит, все весело засмеялись, кроме Беллатрикс, которая стояла ошеломленная такой новостью.

- Я не шучу. – Он продолжал улыбаться. – Теперь Беллатрикс будет говорить от имени людей.

- Что? Это недопустимо. – Хиленс аж брызжел слюной от злости.

Айсгайт с большим трудом поднялся с кровати и выпрямился, несмотря на то, что раны очень болели. Беллатрикс хотела ему помочь встать, но решила, что это будет лишним, ведь Айсгайт должен показать свою силу, но, на всякий случай, подошла поближе, чтобы, при необходимости, его придержать или дать руку.

- Я сказал свое слово. Войст в чем-то был прав. – Он медленно, но стараясь уверенно, подошел к столу, чтобы можно было на него присесть и не терять равновесие. Айсгайт скрестил руки на голом торсе и мысленно поблагодарил кого-то из девушек, что сменили ему штаны на чистые и целые, без следов крови. – Я вижу, что многие из вас меня сочли слабым, раз допустили такой беспорядок, Беллатрикс тоже права, ни один из вас не позаботился о моем здоровье, я воспринимаю это, как личное оскорбление и делаю вывод о том, что вы желали моей гибели.

Старосты начали оправдываться, что в их общинах творился хаос и паника, были склоки между собой и друг другом, они старались сохранить мир.

- Хватит. – Громкий и резкий голос хранителя оборвал нескончаемый поток оправданий. – Что можно говорить о вашем правлении, если вам потребовалось так много времени, чтобы успокоить свой народ и пресечь склоки? Что можно говорить о вашем отношении ко мне, если ни один из вас не отправил даже ворона узнать, чем все закончилось и о моем состоянии? Я согласен с Войстом, я был слишком добр, но не к людям, а к вам. Я думаю, ни у кого нет сомнений, что я нахожусь на своем месте. – Он руками показал на свое израненное тело. – Первое, что вы должны принять и это не обсуждается, что Беллатрикс будет старостой людей. Не думаю, что нам часто придется обращаться к ней за помощью, для решения каких-то вопросов, но ее присутствие будет обязательным, если речь будет идти о интересах людей. Следующее. Хиленс, ты отвечаешь за здоровье лесных жителей, почему было допущено, что раненых оставляли на поляне, пока я не сказал, что им требуется лечение?

- Но Айсгайт, в основном, это были оборотни, а Войст сказал про естественный отбор и что те почли бы за честь умереть таким образом.

- То, что сказал Войст, тебя никак не касалось. Нимфы отвечают за лечение, ты отвечаешь за нимф, да, возможно, оборотни были бы счастливы погибнуть в бою за Войста, но живым должна была быть оказана помощь. А вот те, кто уже погибли, должны были быть похоронены со всеми почестями, по традициям оборотней.

- Но они на тебя больше всего нападали. Могли потом и восстать.

- Не хочешь ли ты сказать, что ты защищал меня от дальнейших последствий?

- Да, именно так.

- Тогда почему же меня нашла Беллатрикс, а не ты или нимфы? Почему о моем здоровье беспокоились Беллатрикс и Флора, а не ты?

Хиленс не знал, как ему себя оправдать. Он был слишком напуган происходящим, чтобы принимать какие-то решения, в тот момент. Айсгайт продолжил:

- Хиленс, я считаю, что настоящий лидер проявляется именно в критических ситуациях. Ты с этой задачей не справился. Поэтому старостой нимф будет Флора, а если она посчитает, что не справится с этой задачей, живя среди людей, то она мне скажет среди кого я могу выбрать нового старосту и тогда Я уже буду решать, кто достоин занять твое место.

Все ахнули и с ужасом ожидали своей очереди.

- Мильс.

Эльф замерла.

- Мильс. Как скоро тебе удалось успокоить паникующих?

- Сложно сказать. Думаю, в течении часа.

- Как ты это сделала?

- Тех, кто был крепче я отправила успокаивать бронксов и остальных.

- Были ли у тебя бунтующие?

- Да, но их было немного.

- Как ты с ними справилась?

- Те, кто не сильно бунтовал, им я сказала, что сейчас тяжелое время и нам нужно сплотиться и ждать, тех, кто был разъярен я обещала судить.

- Много времени потребовалось?

- Нет. Еще до рассвета все было улажено.

- Чем