Жена из забытого прошлого - Татьяна Андреевна Зинина

Чем дольше я всё это рассматривала, тем больше убеждалась, что пришла, куда нужно. Но за прилавком стояла молоденькая светловолосая девушка, совершенно мне незнакомая. И я уже решила, что хозяйки тут нет, когда вдруг услышала недовольный женский голос из соседней комнаты:

– Нира, куда ты дела коробку с яшмой? Её вчера должны были привезти.

Девушка тут же засуетилась, начала взволнованно открывать шкафчики и, найдя небольшую картонную коробочку, вздохнула с облегчением.

– Несу, леди Серенити, – сказала она громко и направилась к боковой двери.

Я двинулась за ней, прошла в соседнюю комнату и, наконец, увидела ту, кого искала.

Ирма почти не изменилась, но стала выглядеть немного строже, чем раньше. Чёрные волосы были заплетены в тугую косу, глаза чуть подкрашены, а поверх зелёного платья с юбкой до колен красовался рабочий фартук артефактора.

– Ты должна была принести её ещё вчера вечером, – проговорила Ирма, одарив девушку из торгового зала недовольным взглядом. – Иди. И постарайся не пугаться клиентов. Никто тебя тут не тронет. Да и к нам чаще всего заходят женщины.

– Вчера приходил мужчина, – блондинка стушевалась и опустила взгляд.

Ирма вздохнула, поджала губы, но на Ниру посмотрела сочувственно.

– На тебе мощный защитный артефакт. Никто тебя не обидит. А если попытается, сразу пожалеет об этом. Ты здесь в полной безопасности. Я всё понимаю, но с мужчинами нам тоже иногда приходится работать. Постарайся взять свои страхи под контроль.

Девушка кивнула и поспешила вернуться в зал, даже дверь за собой прикрыла. Я же осталась в мастерской.

Некоторое время наблюдала за Ирмой, сосредоточенно впаивающей небольшой круглый камень зеленоватого оттенка в заготовку под кольцо. А когда, закончив, она убрала инструменты и откинулась на спинку стула, я решила, что пора показаться. Вернулась «налицо», неспешно прошла по комнате… и улыбнулась, услышав за спиной судорожный вздох.

– Вы что тут делаете? – возмущённо выпалила Ирма, вскочив на ноги. – Немедленно покиньте мастерскую. Все артефакты в зале.

Я повернулась к ней, склонила голову набок… и развела руками.

– Прошу прощения, леди Серенити. Я не хотела к вам вламываться, но мне пришлось.

В её глазах вспыхнуло узнавание. Во взгляде быстро сменяли друг друга испуг, неверие, надежда, сомнение. А потом она растерянно упала в своё кресло и медленно выдохнула.

– Ри, ты призрак или галлюцинация? – спросила Ирма, не отрывая от меня взгляда.

– Можешь пощупать, – ответила я ей.

Она юмора не оценила. Поднялась, подошла ближе и крепко схватила меня за руку.

– Ау, – вырвалось у меня.

– Живая, – оторопело произнесла та, кого я считала единственной подругой. А потом вдруг сгребла меня в объятия и крепко прижала к себе.

Затем вдруг отстранилась и снова посмотрела с недоверием, затуманенными от слез глазами.

– Или это такой розыгрыш? Личина? Иллюзия? – она выглядела растерянной, но продолжала держать меня за плечи, а во взгляде сияла надежда.

Её аура переливалась оттенками синего, красного и зелёного, с лёгкой примесью белого, и казалась удивительно цельной и яркой. Но я чувствовала, что Ирма взволнована и боится поверить своим глазам.

– Карин, скажи уже что-нибудь, пока я обморок не грохнулась! – прорычала она вдруг.

– Не думаю, что есть хоть что-то, способное отправить тебя в обморок, – ответила я ей и, вздохнув, добавила: – Это действительно я. Извини, что пришла вот так, что не писала, и вообще… Но сейчас мне нужна твоя помощь.

Она отпустила меня, медленно, неуверенным шагом вернулась в своё кресло и накрыла щёки руками.

– Где ты была? – спросила подруга, снова глянув на меня.

– В Шаразе. Мама после пожара увезла меня к отцу.

Ирма всхлипнула, но тут же тряхнула головой и выпрямила спину.

– Я считала, что ты… – она не договорила, но крепко зажмурилась. – Меня арестовали после того пожара. Обвинили в нападении на тебя. Отец вмешался, да и следователь попался дотошный. Это меня спасло. Я в тот вечер с девочками в комнате в карты играла, они подтвердили. Но понимание, что кто-то пришёл к тебе, притворившись мной, что ты погибла, считая меня предательницей…

Она вновь оборвала себя и судорожно сглотнула.

– Та женщина, которая тогда изображала тебя, призналась, что использовала твою личину, – я шагнула к подруге, но подходить близко не стала. – Твои привычки она знала хорошо, говорила, как ты, вела себя очень похоже. Когда только успела так тебя изучить?

– Я не знаю, кто это был, – она несколько раз глубоко вздохнула и виновато посмотрела на меня. – Не представляю даже. Но не сомневаюсь, Ри, что действовала она по приказу канцлера.

– Так и есть.

– А Кай твой тогда так и не объявился. Даже на похороны не приехал, – заявила она сердито. – И при нашей встрече через два года сделал вид, что меня не знает, представляешь? Сейчас он вообще птица высокого полёта. Глава особого отдела стражей.

Ирма выплюнула последнюю фразу с такой злостью, будто это было ругательством.

– Ему тоже досталось, – я покачала головой. – Не вини его, мы тогда оба пострадали.

– Подожди, – она озадаченно замерла. – Но если ты жива, то чьё тело нашли в сгоревшем доме?

– Не знаю. Адалис назвал его чем-то вроде учебного пособия с закрытого факультета некромантии. Но я не говорила с ним на эту тему, пока ещё не выдалось такой возможности, – пояснила я. – Меня именно он из огня вытащил.

Ирма смотрела на меня с сочувствием и растерянностью, а в её глазах стояли слёзы.

– Мне пришлось снова приехать в Ферсию, чтобы развестись с Каем. У нас даже получилось, но… – я перешла к сути и отчаянно старалась придумать, как бы правильней выразить суть проблемы и не сказать лишнего. – Ирма, ты ведь наверняка знаешь, что именно сейчас происходит в стране, каков расклад сил на политической арене, что будет, если канцлер Гринстек проиграет выборы, или если с ним что-то случится.

Она озадаченно округлила глаза и с удивлённым смешком спросила:

– Ты собралась прикончить канцлера?

– Нет, просто хочу понять, что вообще происходит. Это важно, а твоему мнению я доверяю. Ты всегда была мудрой и умела подмечать весомые детали.

– Может, хоть чаю выпьем? – предложила она, пытаясь осмыслить суть моей просьбы.

– Нет, спасибо. Меня в прошлый раз под твоей личиной именно чаем отравили, так что, прости, но пока я не хочу возвращаться к этим воспоминаниям.

– Это была не я! – выкрикнула она возмущенно.

– Верю, Ир, но чаю не хочу. А вот ответы мне очень нужны.

Она насупилась, посмотрела на висящие на стене часы и кивнула.

– Ладно. Расклад сейчас следующий. Гринстека в народе не любят, в нём