Служанка ректора Академии военных драконов - Юлия Удалова

– Я не заинтересована в том, чтобы видеть рядом с собой тебя, – негромко сказала я, добавив в голос тихой, вкрадчивой угрозы. – Прекрати мозолить мне глаза. Иначе…

Я понимала, что нахожусь далеко не в том положении, чтобы угрожать кому бы то ни было.

К сожалению, понимал это и Толь.

– Ой, а что такое? Высококровной леди-дракайной себя возомнила, дорогуша? Думаешь, коли служишь теперь самому Уинфорду, то теперь на особом положении?

– Да, я на особом положении. Поэтому не советую ко мне лезть.

– На особом? Ой, насмешила, Тесска-принцесска! – Толь сделал вид, что вытирает слезы, вызванные смехом. – Надеешься пробраться к ректору в постель, вот и стараешься? Вот ты наивная глупышка. Майор на такую, как ты, и не посмотрит. Особенно рядом с его красивой невестой, госпожой Вадэмон. Так что вместо Лейтона Уинфорда тебе остается довольствоваться мной, потому что другие курсанты тоже от тебя нос отворотят. Спустись уже с небес на землю, подруга!

Как я и боялась, с ним невозможно было разговаривать – у парня на все был готов ответ.

Остальные слуги уже переглядывались и косились на нас, о чем-то перешептываясь.

Судя по многозначительным улыбкам и подмигиваниям – о том, что я и Толь флиртуем.

Как же меня бесил этот приставала – липкий, как репей!

– Я тебе не подруга.

– Конечно – подруга, Тесска-принцесска! – широко улыбнулся Толь, обнажив между передними нижними зубами большую щель. – Мы все, с Обочины, между собой друзья! А то, что ты собралась так высоко взлететь – эт ты зря, больнее падать будет. Но не бойся, моя карамелька, уж я тебя поймаю – не расшибешься.

Тут, слава богу, на Толя обратил внимание банкетный управляющий и прикрикнул на него, чтоб больше не стоял и не бездельничал. Мне же велели сервировать место Уинфорда и проверить, все ли с ним в порядке и ровно ли по линеечке стоит стул и приборы.

Однако, пока я этим занималась, неугомонный Толь успел еще парочку раз меня зацепить, не привлекая внимание управляющего.

– Зря ты так со мной неласково, ох зря, Тесска, – задушевно проговорил слуга. – Сказать по правде, я уж давно остепениться да жениться хочу, но до сих пор не видел… достойной меня кандидатуры. А ты мне уж больно приглянулась. Лучшего жениха, чем я, тебе не сыскать. Ты подумай!

Я пыталась на него не реагировать, но Толю удавалось улучить момент, чтоб шепнуть что-нибудь раздражающее.

– Ты сколько деток хочешь, а Тесс? Я всегда мечтал минимум о пятерых! А как приятно нам будет их делать, ты только представь себе, м-м-м-м?

Моя выдержка трещала по швам – Толь как будто нарочно дразнил, заигрывал этими разговорами о свадьбе и детках, и чхать ему было и на грубость, и на игнор.

На любую мою реакцию. Как сказала бы бабуля Клавдия, такому плюнь в глаза – скажет божья роса.

Поэтому я даже возрадовалась, когда в зале стали собираться высококровные гости...

ГЛАВА 66

Банкетный управляющий тут же куда-то услал Толя, чтоб своим не особо представительным видом не мозолил им глаза.

Как я уже поняла, даже остальные слуги недолюбливали этого малого. Он действительно отличался от них – вышколенных и молчаливых. По крайней мере, ведущих так себя вне лакейской.

Старушка Янсон была права – Толя держали в АВД исключительно из пропагандистских соображений.

Прислуживать драконам должны были лучшие из лучших.

Поэтому я должна была прямо-таки испытывать гордость за свое высокое положение среди других слуг.

Помимо, собственно, генеральской комиссии и офицерского преподавательского состава, на банкет были приглашены также кадеты из самых элитных драконьих семей, например Кристалина и Чанинг Паджет. Девушкам ввиду торжественности момента разрешено было явиться не в форме, и Криста, конечно, не упустила такой возможности.

Ее великолепное платье из синей переливающейся тафты дополняли сверкающие драгоценности, слишком яркие и кричащие даже для этого зала. По такому особому случаю бант, который перехватывал ее волосы, был не синим, а белым, украшенным жемчугами и бриллиантами.

Кадеты расселись на одной ножке «П», преподы – на другой, а генералы – во главе этого большого общего стола. И Лейтон, разумеется, вместе с ними.

Так вышло, что место ректора оказалось неподалеку и от места его отца – Нормана Уинфорда, и от места Кристалины Вадэмон. Вообще-то Криста должна была сидеть прямо рядом с Лейтоном и его отцом, о чем свидетельствовала табличка с ее именем, поставленная туда неугомонным Толем.

Но буквально перед самым банкетом явился адъютант Лейтона – Аллиот и почему-то унес табличку Вадэмон подальше от таблички Уинфорда.

Вообще, ректор, явившийся одним в зал одним из последних, выглядел достаточно хмуро. Но обо мне не забыл – как и обещал, заставил меня, будто собачку, следовать за собой по пятам, причем на чересчур близком расстоянии.

А когда начался банкет, я заняла место практически за его спиной и наливала ему вино, завернутое в специальную белую салфетку.

Причем, Лейтон гонял меня за этим самым вином не единожды. Когда я специальным штопором открыла первую бутылку и плеснула ему в бокал, что-то ректору не понравилось, и он велел принести другое.

Я крутилась вокруг Уинфорда, как заведенная – открывала вино, склонялась к нему, наливала в бокал.

А он смотрел.

Манипуляции пришлось провести раз пять, прежде чем Лейтон, пригубив налитое в бокал вино из очередной принесенной мной и открытой бутылки, милостиво кивнул.

Банкет между тем был в самом разгаре. Слуги несли горячее – фазана, фаршированного фуа-гра и черными трюфелями, запеченного в золотистой хрустящей корочке из слоеного теста.

Птицу подавали на серебряных блюдах, окруженную ароматным дымом трав, которым их предварительно окурили. Фазана несли с гарниром – пюре из пастернака, приправленного белым трюфельным маслом и обжаренными побегами спаржи, посыпанными морской солью.

Я уже привыкла к полуголодному состоянию, которое стало для меня извечным спутником, поэтому взирала на все это изысканное изобилие блюд без особой жадности. Как, например, смотрел Толь.

В комнате Кадетской башни у меня был припасен пакет сухариков и апельсин. И я была этому несказанно рада, ведь совсем недавно на ужин у меня не было даже кипятка.

Когда постоянно живешь впроголодь, умеешь ценить такие, кому-то показалось бы, мелочи.

Генерал Норман Уинфорд, который сидел во главе стола рядом с герцогом Редже, выглядел довольным. Да и остальные генералы тоже – ели, пили, веселились, и вели, как по мне, очень скучные беседы, не забывая