Девочка бандита - Дана Блэк

Нил подхватил наши сумки одной рукой, приобнял меня за талию другой, подталкивая к выходу. Я едва успела застегнуть босоножки, как оказалась в коридоре.

— Мы спешим? — напрямую спросила.

— Нет.

— Тогда не подгоняй меня! — фыркнула, поправляя топ. — Может, расскажешь, куда мы едем?

— Сюрприз, куколка. Тебе понравится. Наверное.

— Наверное? Хоть скажи, когда мы вернемся? Завтра к нам… Дела вечером.

— С кем? — мужчина ощетинился, останавливаясь. — Ещё одни смертники?

— Нет. Так просто. Развлечения в отеле, мастер-класс один.

Соврала на ходу.

Нельзя Нилу о приезде Любы рассказывать.

От греха подальше.

Не хочу снова с ним из-за семьи ругаться.

— Пропустишь, — сам за меня решил, вызывая лифт.

Открыла рот, чтобы поспорить из упрямства, но промолчала.

Нельзя от Нила много требовать.

Лучше постепенно обо всём договариваться.

Мы втроем спустились на первый этаж, где младшие Хазовы доставали администратора.

Лев широко улыбался, пытался с помощью харизмы договориться.

А вот Вадим уже закипал, сжимая пальцы в кулак.

Обернулся на нас, заметно выдохнул, пихнул под бок брата, привлекая внимание.

— Где ты её нашел? — Лев усмехнулся, приближаясь к нам. — Мы думали, что Веру теперь в аэропорту ловить нужно.

— А кто сказал, что я не туда собираюсь?

Мужчины в осаду взяли сестру, наперебой что-то говорили.

А Нил меня за собой на парковку утащил, не желая слушать эти подкаты.

Оглянулась через плечо, рассматривая трио.

Не сильно похоже, что Вере прям неприятно чужое внимание.

Я выдохнула, успокоившись.

Скользнула на переднее пассажирское сидение джипа, пока Хаз забросил сумки в багажник. Медленно открыл дверцу, уселся за руль. Пристегнулся и завёл машину.

— Стой! — вскрикнула, понимая, что Нил не собирается никого ждать. — А как же Вера и твои братья? Они разве с нами не поедут?

— У нас две машины, на ней доберутся. Не тесниться же нам в одной несколько часов?

— Несколько часов? Мы далеко едем? Нет, погоди! — сжала крупное запястье, привлекая внимание мужчины. — Я не могу просто так Веру оставить с ними. Я обещала сестре, что всё будет нормально.

— Да не тронут они её, расслабься. Им не помешает самим поговорить, без нашего вмешательства. И мы с тобой, куколка, тоже кое-что обсудить должны.

Глава 66

После слов Хаза меня охватило волнение.

Зажала ладони между колен, рассматривала шов на своих брюках.

Взглянуть на Нила было страшно.

Было что такое в его тоне, намекающее — разговор будет сложным.

Я и хотела этого, и боялась одновременно.

— Ты пьешь таблетки? — он выстрелил первым вопросом, я растерялась. — Противозачаточные. Мы не всегда предохранялись, куколка. Мне нужно понимать: можно в тебя кончать или ограничиться презервативами.

— Ох… Нет, я ничего такого не пью. Я же ни с кем не встречалась. А последние мои отношения закончились тем, что меня обвинили в предательстве, а я выстрелила в одного разыскиваемого заносчивого бандита.

Нил усмехнулся, но ничего не сказал.

А я всё пытаюсь от него добиться извинений. Хотя бы признания, что мужчина был неправ! Но Хаз ловко игнорирует этот момент, заставляя кусать губы от досады.

Разве я не заслужила крошечного «прости»?

Или хотя бы обещаний, что такого не повторится?

— Имей в виду, с каждым разом у меня получается всё лучше, — не знаю, откуда во мне эта смелость взялась. Говорю нахально и уверенно. — Я уже научилась снимать предохранитель и прицеливаться. Ещё раз…

— Давай ты не будешь угрожать мне впустую, Надя.

— А ты и дальше будешь вести как мерзавец?

— Аккуратней, куколка.

Мужская ладонь сжала моё колено, останавливая от необдуманных слов. Поползла вверх, распуская мурашки по телу. Остановилась, лишь когда прикоснулся к моей ладони, сжимая.

Было приятно ехать вот так: по вечернему городу, в тишине, переплетая свои пальцы с пальцами Хаза.

Словно мы настоящая парочка, самая обычная.

Вот только я понимала, что сложный разговор не закончен.

Нельзя всё оставлять в подвешенном состоянии.

— Так… — начала, собираясь с мыслями. — Мне нужны ответы, Нил. Хоть какие-то.

— Я пока не слышал вопроса.

— Ты организовал для нас с Верой эту поездку. Путевка была на неделю…

— И всё ещё нет вопроса, куколка.

— Через шесть дней у нас самолёт домой — я на нём улечу?

— Откуда мне знать: улетишь или нет? Я ни будущего, ни твоих мыслей предугадывать не умею.

Я отвернулась к окну.

Рассматривала зеленые горы, укрытые лунным светом. А внутри я вся закипала!

Часто дышала, стараясь утопить крик внутри.

Моргала, лишь бы не впасть в истерику.

Я не умею об отношениях говорить, не знаю, как это правильно происходит. С Лёшей всё было просто и банально, ничего серьезного, но даже с ним я постоянно сомневалась.

А теперь рядом со мной взрослый опасный мужчина. Его разум — дебри, мотивы — туманны. Я ничего о нём не знаю: ни привычек, ни настоящих желаний. И кто я для него — тоже непонятно.

Ради куколок на одну ночь не рискуют всем, приезжая.

Не вытаскивают в другую страну, чтобы увидеться.

Не целуют так жарко, что у меня сердце останавливается каждый раз!

Вот только… Мы отошли от связи на одну ночь, всё по-другому завертелось. Глубже, серьезнее. Но такое ощущение, что я в темноте бреду. Не понимаю, чего дальше ждать, что ждет меня в конце пути.

А Нил не спешит помогать разобраться.

Ему будто весело наблюдать за тем, как я тону в сомнениях!

Дернула руку, попыталась вырвать свою ладонь из его.

Хаз не отпустил, и я попыталась снова.

Внутри бурлила злость, всё сильнее ошпаривая внутренности. Мне нужно было хоть как-то сбросить напряжение, иначе точно поругаемся.

— Хватит, — мужчина сильнее сжал мою ладонь, пальцами надавил. — Не капризничай, Надь. Прямо говори.

— Ты ведь знаешь, что я хочу услышать. Что мне нужно. Я о твоих планах спрашиваю. Что ты сам думаешь.

— Ты улетишь.

— Ясно.

Я хотела знать его намерения, но…

Господи, как же больно!

Понимать, что это всё скоротечно. На каких-то шесть дней мы вместе, а после всё закончится. В мозгу отбивает цифра, как срок годности наших отношений.

Нил соскучился, привёз меня, а после — снова отпустит?

Вот так просто?

Будет дёргать каждый раз как игрушку, когда захочет?

Зажмурилась, пытаясь потушить пожар в груди.

Но сердце продолжало сжиматься, будто его на кусочки разрывают.

— На меня посмотри, — Нил позвал, но я помотала головой. — Надь, — не могу. Точно расплачусь. — Ты улетишь. Через неделю или две, но сама попросишь купить тебе билет.

— Я не…

— Попросишь, — перебил твердо, совсем не сомневаясь в своих словах. — У тебя учёба, родители,