Призванная. Душа волчицы - Надежда Чистая

голову на оборотней, отмечая их странный вид. На меня смотрели в разной степени жалости, что не очень-то нравилось, между прочим. Чего это они все? Перевела взгляд на Лилию, стоящую в объятиях напряженного мужа, готового отразить атаку, на что та виновато улыбнувшись, пожала плечами.

— Я же говорю, я в последнее время только с преступниками работаю. А при допросе я сразу проецирую в мозг дознавателя всё, что вижу в воспоминаниях. Тут получилось так же… Извини… Все собравшиеся в библиотеке увидели и пережили то же самое, что и ты.

Теперь на волков я кинула куда более понятливый и насмешливый взгляд, улыбаясь альфе Гафизу с его замечанием.

— Чего там с рисунками на теле этого Карея? Учтите, еще одно подобное погружение в воспоминания я не переживу, так что говорите нормально, без ваших… магических фокусов этих. — недовольно пробурчал Сокви, кряхтя как старый дед.

— Ректор Роуланд, вот, я зарисовал все знаки и которые знаю обозначил, остальные уже более профильные, думаю. — Аргис отдал демону несколько исписанных листов, после чего развернулся и с улыбкой направился ко мне.

— Молодец. — отозвался ректор, вчитываясь в рисунки и всё больше хмурясь, ругаясь сквозь зубы. — Я тоже не всё могу объяснить, так как больше по ведению боя. Но вот некоторые связки рун встречались в древних работах ученых — их студент изучал для дипломной. Я и запомнил-то их потому, что это был лучший студент темного факультета и его защита проходила в закрытом режиме. Уже по тому, что известно мне, можно сказать, что дело Бездной пахнет, а ваш оборотень самый настоящий псих, если додумался нанести на себя подобное. Это же ритуальные знаки для аккумулирования энергии, которые наносятся на жертвенный алтарь! Он в чьей энергии собрался купаться?

В душах он намерен купаться. В душах, парень. — пораженно пробормотал Ангаманиэль. — Тут не просто Бездной пахнет, мы сами вот-вот отправимся в нее, если вовремя не остановим этого придурка! — эльф нервно хохотнул, замолчав на некоторое время, а после встряхиваясь, как оборотень после купания, пока что закрывая тему. — Ладно, что именно хочет сделать этот гаденыш, я узнаю чуть позже, подняв архивы Хранителей, и, наверное, всё же обращусь к богам, а то даже мне не по себе становится.

Дайран отошел, уступая, и направился к Раяне, которая во всю возилась с Айзадой, немного в отдалении. И куда внимательно всё дорогу поглядывал Ришар. Пока демон, хмурясь, изучал письмена, я была окружена с двух сторон мужьями, не желающими меня отпускать после пережитого. Их руки лежали внизу живота, и я чувствовала, как магия впитывается в тело, но не расходится по каналам, как бывало раньше, а впитывается в том месте, как вода в сухом горшке. Лилия, заметив эти действия, сосредоточила пытливый взгляд на животе, в удивлении всё выше поднимая брови.

— Три волчонка за раз это сильно, скажу я. — хмыкнула она неопределенно. — Я когда девочками беременна была, думала, лопну! Крепись, малышка! Морально я с тобой, но в гости не ждите, сразу говорю.

Поглаживающие меня ладони замерли, а их обладатели неверяще посмотрели на нагиню. Я прям чувствовала, как сгущается атмосфера в библиотеке и видела, словно наяву, как мужчины отправляют меня в спальню, лежать и есть. Упаси Луна, считала мыслеобраз кого-то из мужей!

— А кто? Мальчики? Девочки? — растягивая губы в счастливейшей улыбке, хрипло уточнил Аргис.

— Я тебе чего, аппарат УЗИ что ли? — возмутилась Лилия, фыркая, но расплываясь в ответной улыбке. — Рано еще вообще-то для определения. Чему только судебных некромантов учат?

— Я буду папой. — тихо шепнул мне практически в губы оборотень. — Айс, Бездна тебя! — больше от неожиданности, нежели боли, вскричал Аргис, когда демон прописал тому щелбан по макушке. — За что?

— Потому что не ты, а мы будем папами, зазнайка шерстяной! — рыкнул дракон, подкравшись и прописав младшему побратиму второй щелбан. Аргис заржал, утыкаясь лицом в мою шею, отчего и сама начала подхихикивать, обнимая и касаясь каждого своего истинного.

— Альфа Айя, думаю, вам стоит отправиться в спальню, отдохнуть. — предложил альфа Мирай с улыбкой, а у меня дернулся глаз. Слишком быстро мысли сбылись, пусть и не с той стороны, с которой ожидалось.

— А я думаю, вас, альфа Мирай, это не должно ни коем образом интересовать. — с милой улыбочкой голодной хищницы мурлыкнула Раяна, тягуче поднимаясь с пола, на котором сидела, обнимаясь с Айзадой, заставляя мужчин провожать каждое ее движение жадным взглядом. — Самка сама решит, что ей делать и когда.

Оборотень с совершенно другим мировозрением мира подумал, что самка перечит, потому что кидает вызов. А если она его кидает, значит, хочет быть побежденной и под ним. Логично? По его версии — очень даже. По моей — считала странным еще с детства, когда мама рассказывала про взаимодействие между самцом и самкой. А сейчас, понимая уклад другого мира и что Раяна решила просто очертить границу дозволенного, была готова и вовсе схватиться за голову. Его же сейчас лорд Рхетт порвет на малюсеньких оборотенышей. Как бы заткнуть волка, которого сейчас понесет? Вон ведь уже глазки горят предвкушением и жжением провести приятно время с сильной самочкой.

Пока я думала, как остановить оборотня больше себя в три раза, за меня это сделал Безумный. Встал и врезал Мираю в челюсть с такой силы, что его голова мотнулась по инерции, и, пока альфа летел со стула на пол, успел потерять сознание. Округлив глаза, в шоке уставилась на вожака.

— Ришар?

— Снежная, помолчи, пожалуйста. Не видишь, я себя из-за всех сил сдерживаю.

— В чем? — уточнила чуть пискляво, раз уж остальные в изумлении смотрят на тело оборотня и не могут связать пары слов.

— От продолжения.

Раз уж Безумный стоял ко мне спиной, я жестами постаралась объяснить остальным, что его надо бы тоже вырубить, пока дел не натворил. Старшие волки со мной согласились. Помладше такой же жестикуляцией показали, что пусть решается всё само. Эльфы от голосования воздержались, а иномирцы смотрели за представлением, словно в их мире нет театра. Все, кроме Раяны. Эта кошка скользнула мимо отца с матерью и, оказавшись за спиной раздраженного оборотня, смело положила тому на плечо голову, мурлыча и оглаживая бока волка белым пушистым хвостом с черными кольцевыми пятнами на конце. Отец этой кошки отвернулся, чтобы не видеть, как его крошечка спевается с понравившимся самцом. Так, где Айзада? Ей явно рано на такое смотреть!

— Раяна, в гареме Ришара тринадцать самок. — попыталась оградить кошечку от боли, если бы она узнала это после секса. Но и мне стоило