Душа моей души. Такие разные родные - Анна Глушкова

— Если ты сомневаешься, значит, нам нужны доказательства.

— И как мы их добудем?

— Очень просто. Заставим их все вспомнить.

— Каким образом? — удивилась Айне, — если бы это было так просто, они бы и без нас все вспомнили.

— А я и не говорю, что будет просто, — упрямо поджал губы Лейт, — наоборот, это будет очень сложно, особенно для них. Возможно, это даже сведет их с ума.

— Еще чего! Я этого не допущу. Что ты задумал? Хочешь залезть к ним в голову?

— Нет, вряд ли это поможет, — помотал головой Лейт, — нужно заставить их вспомнить свои прошлые жизни, — стал рассуждать он, — по одной, начиная с конца. Так, потихоньку, снимая одну за другой словно шелуху с луковицы, мы и доберемся до начала, до исходной точки.

— Но ведь, они могли прожить здесь тысячи жизней за это время.

— Значит, придется им вспомнить всю эту тысячу, иного выхода я не вижу.

— Это можно устроить, — задумалась девушка, — я легко смогу погрузить их в транс, и мы станем отматывать назад их жизни.

— Сложность в том, что им придется каждый раз переживать свою смерть и новое рождение, а это огромный стресс, их психика может просто не выдержать, — поделился своими сомнениями Лейт.

— Значит, нельзя торопиться, — принялась рассуждать Айне, в голове у нее уже стал складываться план действий, — будут вспоминать по одной жизни зараз. И оба присутствовать при трансе друг друга. И если выяснится, что каждую жизнь они проживали вместе, это будет еще одним доказательством в подтверждение твоей теории, — воодушевилась она, — да, так мы и поступим.

— Но, для начала тебе придется с ними поговорить и все объяснить.

— Конечно, — перебила Айне.

— И рассказать о том, что ты чувствуешь, — закончил Лейт.

— Признаться в своих чувствах? — неуверенно произнесла она, — стоит ли? Что если наша теория не подтвердится, и они — не мои сарияр?

— Твои чувства от этого не изменятся, — пожал плечами Лейт.

— Но они будут надеяться.

— Даже если они не те, кого мы ищем, — начал Лейт, — ты сможешь оставить их всех? Бросить и уйти в закат искать сарияр? Как же твоя воспитанница? Ее ты точно не оставишь, а значит, и эти мужчины всегда будут частью твоей жизни, — припечатал он.

— И что же делать?

— Быть с ними, — пожал брат плечами, — даже если они не сарияр. Человеческая жизнь довольно коротка, к тому же, они уже прожили какую-то ее часть. Останемся здесь с ними. Будешь воспитывать Элли и близнецов, любить Сэма и Лео, побудешь немного счастливой для разнообразия. А я буду рядом. Мне тоже понравились эти люди, к тому же и Райан здесь. Станем одной большой семьей. Может, ты даже ребенка сможешь родить, а может и не одного.

— А наш мир в это время будет мучиться от Проклятия?

— Все будет так, как определено свыше, — философски произнес Лейт, — к тому же, это я обрисовал неудачный исход нашей затеи, а ведь может быть и удачный. И он даже очень вероятен, должен сказать. Какое-то у меня хорошее предчувствие.

— Предчувствие? — удивилась его сестра, — что-то раньше у тебя не наблюдалось способностей к предсказанию.

— У тебя тоже не было Дара предсказывать с помощью песен. Теперь же появился, — Лейт лукаво ей подмигнул, — почему бы мне не обзавестись новым Даром тоже?

— Ладно, — медленно произнесла Айне, — допустим ты прав. Что ты предлагаешь?

— Поговори с ними, объясни все, как мне. Уверен, они поймут и будут только рады поучаствовать в этом эксперименте.

— Но это может быть опасно для них.

— А для этого уже есть мы. Чтобы свести все риски к нулю и защитить их.

— Думаешь, сработает?

— Не попробуем, не узнаем.

* * *

После разговора с Лейтом Айне была сама не своя. Он говорил правильные вещи, все разложил по полочкам, так почему же у нее такое ощущение, что они все-таки что-то упустили. Ей нужен был независимый взгляд со стороны, и она знала, кто ей с этим поможет.

Айне с Лейтом вернулись в дом Лео на закате, и с тех пор она так и не смогла решиться на разговор с мужчинами. «Сначала будет другой разговор», — решила она и, переодевшись, отправилась на кухню, откуда слышались мужские голоса. Лео и Лейт сидели за кухонным столом и что-то бурно обсуждали, когда она вошла.

— Что происходит? — удивленно спросила она, глядя на горячо споривших мужчин.

— Обсуждаем преимущества наших миров, — улыбнулся ей Лейт.

— Бурное у вас обсуждение, — покачала она головой, — и к каким же выводам вы пришли? В каком мире больше преимуществ?

— Вообще-то, мы еще на стадии обсуждения, — ухмыльнулся Лео, тепло глядя на девушку, — в обоих мирах есть преимущества и недостатки…

— Нет у нас никаких недостатков! — тут же перебил его Лейт.

— Да ну? А как же злые драконы, которые так и норовят кого-нибудь поджечь?

— Нас защищает от них магическая завеса, забыл?

— Получается, вы сами себя посадили в клетку вместо того, чтобы как-то решать эту ситуацию.

— В какую еще клетку⁈ — возмутился Лейт, — мы — свободные эльфы!

— Вы не можете свободно перемещаться по своему миру, несмотря на всю вашу магию. Где же здесь свобода? — Лео был твердо намерен отстоять свою позицию.

— На нашем материке мы вольны перемещаться куда угодно. А Драконий материк нам и не нужен, что мы там не видели?

— Да много чего, полагаю, — насмешливо смотрел на него Лео, — или правильнее сказать совсем ничего.

— Так, все с вами ясно, — поспешила успокоить спорщиков Айне, — нашли, о чем спорить. Лео прав, Лейт. Оба наших мира несовершенны, везде есть, что изменить и куда нам расти и развиваться. Иначе, зачем вообще нужна жизнь, в которой нет развития? Ничто не стоит на месте.

Есть только два пути — вперед или назад, прогресс или деградация. Третьего не дано. А каким образом мы смогли бы расти и развиваться, если бы в нашем мире все было идеально? Идеальный мир не нужно менять, не нужно искать способы сделать его лучше, ведь там и так все идеально.

На самом деле вопрос этот очень глубокий. На мой взгляд, ничего идеального в природе не существует, всегда остается способ сделать еще лучше, еще правильнее, надо только этот способ отыскать.

А тот, кто считает, что стал идеальным и почивает на лаврах, неизбежно начнет деградировать. Жизнь — вечное движение, и, если не делать ничего, чтобы ее улучшить, она неизбежно станет ухудшаться. Возьмем простой