Слишком хорошая - Анна Шнайдер

в том, что он вообще услышал её слова, увлечённый поцелуями. Конечно, грудь у неё большая — есть где разгуляться, и Макс явно наслаждался своим путешествием, с каждым прикосновением вызывая в Наташе волну требовательного жара. Он скапливался, концентрируясь, между её ног, и когда Карелин наконец положил туда ладонь, лаская и надавливая, весь этот жар тут же вспыхнул мощным костром, опалив её всю и оставшись на его пальцах вожделенной влагой.

— Провокационно, Наташ, — улыбнулся Макс, продолжая выводить губами и языком узоры на её груди. — Но я всё равно не хочу торопиться. Придётся потерпеть.

— Издеваешься?

— Нет. Тебе понравится.

— О, в этом я не сомневаюсь! — почти прорычала Наташа, обхватывая Макса и поднимая выше, чтобы поцеловать в губы. Он тут же с готовностью последовал её желанию, и их языки сплелись в яростном танце, будто пытаясь подчинить друг друга.

Теперь, когда Макс был выше, Наташа смогла осуществить свой коварный план — и, опустив руку, нащупала кое-что интересное возле своего бедра. Горячее, твёрдое и пульсирующее. Карелин усмехнулся ей в губы, кажется, поняв, в чём состоит её план, и не особенно сопротивлялся, когда она направила его в себя.

Однако физические возможности женщины весьма ограничены — и Макс так и замер, целуя Наташу в губы и не пытаясь зайти дальше. Приятно было до неимоверности — оказывается, в самом начале входа в её тело находится столько чувствительных точек, а Наташа уже об этом забыла…

— Издеваешься? — вновь простонала она, пытаясь сдвинуть Карелина с места, чтобы он вошёл глубже, но Макс только улыбнулся, спускаясь с поцелуями ниже, к её шее, а затем вновь — к груди, и всё-таки чуть шевельнулся… совсем немного, но этого хватило, чтобы Наташа вновь почувствовала себя вспыхнувшим ярким пламенем.

— Со мной такого никогда не было, — признался Карелин, явно ощутив, как напряглось и расслабилось её тело. — Я ещё ничего не сделал толком, а ты уже дважды…

— Если ты надеешься, что мне будет стыдно, то зря.

— Вот уж чего я точно не хочу, — негромко засмеялся Макс и наконец-то сдался — одним рывком вошёл в неё целиком и полностью, вызвав негромкий всхлип, и сразу задвигался.

Но задвигался, увы, не он один. И диван, на котором Наташа никогда не выполняла акробатических номеров, принялся двигаться вместе с Карелиным, издавая такие душераздирающе пошлые звуки, что Макс удивлённо замер, а Наташа фыркнула и закрыла лицо руками.

— Боже, какой облом! Моя собственная мебель не даёт мне потрахаться! — пробормотала она, даже не зная, плакать или смеяться по этому поводу.

Но Макс не дал ей задуматься над подобным вопросом.

— Не мебелью единой, — хмыкнул он, поднимаясь сам и поднимая Наташу. Развернул её спиной к себе и тихо сказал, шлёпнув ладонью по ягодице: — Обопрись руками о подоконник и нагнись. Подоконник точно скрипеть не должен. По крайней мере я на это надеюсь.

— Вот ты развратник, — вздохнула Наташа, но сделала, как было велено.

Да, подоконник не скрипел. Да и они с Максом не издавали почти никаких звуков, полностью отдавшись ощущениям. Наташа, зажмурившись, кусала губы, стараясь не закричать — настолько ей было хорошо, что хотелось немедленно поведать об этом миру. Однако она сдерживалась, лишь иногда тихонько всхлипывая, когда Макс заходил особенно глубоко и резко.

Про презерватив Наташа вспомнила, когда всё уже закончилось, и они с Карелиным лежали на предателе-диване, вцепившись друг в друга, как звенья в одной цепочке ДНК, и поняла невероятное: ей всё равно, забеременеет она или нет.

Вряд ли, конечно, она в её возрасте залетит после одного раза, но если вдруг — да… Значит, судьба такая.

112

Макс

Он уже начал засыпать, когда Наташа прошептала, приподнимаясь и глядя на него слегка виновато:

— Макс, я думаю, что тебе всё-таки лучше будет пойти домой. Пойми меня правильно…

— Ты не хочешь торопиться, — кивнул он, потягиваясь. — Если мальчишки утром увидят меня в квартире, сразу решат, что всё — я их новый папа.

— Ну, не так кардинально, конечно, — смущённо улыбнулась Наташа. — Но в целом верно.

— Я не возражаю, Наташ. Только с одним условием.

— С каким?

— Больше никакого Влада.

— Влада? — повторила Касаткина с недоумением, будто не сразу смогла вспомнить, о ком речь, а потом хихикнула. — А-а-а, этого Влада. Ну, он же теперь будет работать с Эдуардом…

— Наташ!

— М-м-м?

— Не дразни, а то не уйду, — пригрозил Макс, и она вновь засмеялась.

— Ладно-ладно, договорились. Хотя я, по правде говоря, думала тебя отвадить при помощи Влада…

— У тебя всё равно ничего не получилось бы, так что не стоит даже пытаться.

— Думаешь?

— Уверен.

Жаль, что нельзя было остаться на ночь и переговариваться подобным насмешливым образом ещё какое-то время — пока их с Наташей не накрыло бы новой волной страсти. Она ведь была уже близко — стоило лишь получше проснуться…

Впрочем, Карелин был согласен и с тем, что не стоит торопиться. Пока достаточно будет и таких встреч, как сегодня. А там посмотрим… Может, через пару недель Наташа позволит ему остаться на ночь. Как раз Новый год, подарки, волшебство…

Сложнее всего оказалось проститься с мальчишками, точнее, с Димкой — Егор, как выяснилось, успел уснуть. А вот старший Наташин сын посмотрел на Макса настолько препарирующе — будто был не человеком, а скальпелем, — что Карелин всерьёз заподозрил: тот нервный скрип дивана парень всё-таки услышал. Но возможно, не понял, что это было.

— До встречи, Дим, — пожал ему руку Макс, и тот, кивнув, покосился на мать.

— А когда следующая встреча?

— Не знаю, — ответила Наташа слегка удивлённо. — Я ещё не думала. Может, на дне рождения Егора?

— Он только через неделю.

Поймав растерянный Наташин взгляд, Макс уверенно заявил, что обязательно зайдёт в гости на неделе и, подавив порыв поцеловать свою женщину в присутствии её старшего сына, вышел из квартиры.

113

Наташа

Наташина мама, несмотря на то, что ей давно перевалило за семьдесят, всегда считала: от судьбы не уйдёшь, как ни старайся. Она всё равно догонит и добавит.

А ещё её мама думала, что жизнь даёт людям второй шанс. Не всем, а тем, кто