Адское пламя - Мариэль Померой

и этого было достаточно, чтобы он тоже поддался безумию. Ахейя корчилась у него на коленях, ее тело содрогалось, билось о его грудь, и когда он увидел это, почувствовал это, из его горла вырвалось какое-то животное рычание. Альшайтан крепче схватился за ее ягодицы и наклонился к ней; его грудь тяжело вздымалась, пот катился по шее, но вода, лившаяся с потолка, тут же смывала его. Это было настоящее безумие, все это. Он смотрел на нее сверху вниз, смотрел, как она изгибается, отклоняется назад… Его тени вытекали из нее, струились по белой коже… Наконец это случилось и с ним; его тело словно взорвалось.

Но этого было недостаточно; нет, проклятье, ему было мало. Ему нужно было больше. Ему нужно было все, что она была готова ему дать. И все же – нет, его желания не имели никакого значения, он знал, что должен забыть о них.

Ариок отпустил тени, потом прижал митру к груди, и она обмякла в его объятиях. Ее тело еще слегка подрагивало. Он гладил ее по спине, чувствуя, как постепенно уходит напряжение.

«Это плохо кончится».

– Ты добр ко мне, – пробормотала Ахейя, когда он ступил под струи воды, чтобы помочь ей и ополоснуться самому. – Тебе не обязательно это делать. Мы ничего не чувствуем друг к другу.

Ариок и сам это прекрасно понимал, и эти слова не должны были вызвать у него раздражения – но вызвали.

– Молчи, – велел он, пытаясь грубыми словами заставить ее забыть свои нежные прикосновения.

– Нечего затыкать мне рот, – буркнула она.

– Ахейя, – предостерегающим тоном произнес он, сдвигаясь так, чтобы обнять ее за плечи.

Он увидел красные следы у нее на ягодицах, и это зрелище снова взволновало его. Она оказывала на него такое действие… Ариок помог ей выйти из ванной комнаты и усадил на кровать, потом прикрыл ее влажное белое тело черными простынями. Она смотрела на него своими огромными голубыми глазами.

«Что ты такое?..»

Эта мысль снова и снова возникала в его мозгу, она преследовала его, она не желала его отпускать. Он ничего не знал об этой чужой молодой митре, и, по-видимому, какие-то сведения можно было получить только у врагов. Он собирался допросить Кэла, но предчувствовал, что разговор с посланцем Офиона изменит то, что возникло между ним и Ахейей. А он пока не был готов к переменам.

– Отдыхай, – просто сказал Ариок, выпрямился, отошел от кровати, взял из своего шкафа две рубахи, одну бросил ей.

Он, пожалуй, слишком долго смотрел на Ахейю, пока она натягивала одежду через голову. Мысленно выбранил себя за это.

«Мы ничего не чувствуем друг к другу».

Но, проклятье, она сейчас выглядела такой…

Нет.

Он тряхнул головой.

Надо было проводить ее в комнату Казима, но он не мог заставить себя вернуться в старое крыло. Ариок отвел ей спальню, где когда-то жил его старший брат; это странное решение было принято в последний момент. Душа Ахейи нервировала его, его вывело из равновесия чувство, которое он испытал, поговорив с митрой всего несколько минут, поэтому он поселил ее в той части дворца, где сам появлялся только в случае крайней необходимости. Воспоминания, которые жили в этих комнатах, отделанных грубым бежевым камнем, душили его, и несмотря на то, что среди плохих воспоминаний попадались и хорошие, о плохом почему-то вспоминалось намного чаще.

Столько всего ужасного произошло в этой части дома, и самое худшее сотворил он, Ариок.

Печаль заставила его забыть о влечении к митре, и он ощутил холод и пустоту в груди. И уцепился за эту печаль, потому что она была нужна ему. Иначе он не смог бы заставить себя уйти от Ахейи, лежавшей в его постели.

Ариок надел новые кожаные штаны и как раз натягивал сапоги, когда в дверь постучали. Ахейя наблюдала за ним, прислонившись спиной к изголовью и обняв колени одной рукой. Вторую руку она подложила под голову.

За дверью стоял Шайрон. Его руки были в крови, желтые глаза горели.

– Там было двое, – начал Шайрон, привалившись к противоположной стене коридора, когда Ариок закрыл за собой дверь спальни. – Одного разорвали на куски – его не узнать, просто куча мяса, но второй еще жив. Правда, недолго ему осталось. Наемник Эроса. Люк и Эмрин допросили его – ну, как обычно. Все, чего они смогли добиться, так это то, что Эрос держит в заложниках его семью. Поэтому он вряд ли расколется.

«Двое?»

Ариок застыл.

– Ахейя сказала, что на нее напали трое.

– Она уверена? – прищурился Шайрон.

Ариок кивнул.

– Мне кажется, такую подробность забыть трудновато.

Шайрон некоторое время пристально смотрел себе под ноги.

– Я прикажу охране прочесать окрестности. Если ему удалось сбежать, далеко он не мог уйти. – Нефилим помолчал и скрестил руки на груди. – Это послание. Эрос хочет, чтобы ты знал: за этим стоит он.

– Чего он хочет, так это чтобы мой народ восстал против меня! – рявкнул Ариок. – Он попытается обратить неудачу в свою пользу. Смерть его подчиненных даст ему предлог на законных основаниях вышвырнуть отсюда Ахейю. Мы-то знаем, что это была самозащита, но немногие из наших поверят ее словам. Это всего лишь слова митры. А на другой чаше весов – три убитых нефилима.

– Он будет преследовать ее, чтобы добраться до тебя, – продолжал Шайрон.

Ариок оскалил зубы. Этот дерьмовый политический конфликт скоро сведет его с ума.

– Если я поддержу ее, он попытается убедить как можно больше моих подданных в том, что я одержим ею и неадекватен. – Ариок покачал головой. – Куда подевался этот Эрос, мать его? Обычно он чуть не каждый день мозолит мне глаза.

– Он залег на дно, и это мне не нравится, – сказал Шайрон. – Тарик и еще кое-кто по очереди наблюдают за территорией Азалама. Уже некоторое время там не было беспорядков, а это тревожный знак. В Азаламе всегда неспокойно.

Ариок знал, что Эрос хитер, что он использует других нефилимов для опасной работы, а сам старается держаться в стороне. Даже до сегодняшнего покушения этот гад невыносимо раздражал его. Но на южных территориях ничего не происходило без ведома Сираджа. Именно брат стоял за Эросом, дергал за ниточки, и так было всегда. Либо Эрос был слишком глуп, чтобы понять, что является всего лишь марионеткой, либо его это вполне устраивало. Ариок был уверен, что он получил от Сираджа соответствующее вознаграждение.

– У нас есть что-нибудь на Эроса? Какие-нибудь доказательства, кроме того, что эти сволочи когда-то состояли у него на службе? – Ариок взглянул на Шайрона, но тот стиснул зубы и отрицательно покачал головой.

– Нет.

– Он все предусмотрел, чтоб ему провалиться.

Ариок выпрямился, расправил плечи. Он знал: если сейчас начать охоту на Эроса, это им дорого обойдется. Сирадж снова представит дело так, будто Ариок предпочитает митру своим сородичам,