Жрицы резонанса - Романчик А.В.

риеток было право остаться в родном клане или же отправиться в клан мужа, но по основной массе понимал, что большинство предпочитало остаться в родном клане и перетащить к себе супруга. Так было безопаснее для самих риеток в окружении таких же, как они сами.

И риетки совсем не обращали внимания на Ита. Он для них был совершенно обыкновенным жителем, как и все остальные.

— А можно… заглянуть к моретам? — спросил Ит у сопровождавшей его риетки.

— Вы точно этого хотите? — усомнилась в правильности идеи женщина. — Мореты не самый добропорядочный клан.

— Хочу понять, почему моя риетка хотела к ним попасть.

— Ах вот как… тогда косичку расплетите, чтобы в вас турета не распознали по этому признаку, — попросила риетка.

Он так и сделал, вдобавок убрал волосы под наспех купленную кепку. И через портал вместе с сопровождающей его женщиной отправился на территории чужого клана. Ему в нос ударила смесь различных резких запахов. Его встретил иной мир, преступный, опасный, куда не заходят без приглашения.

Полуобнаженные моретки уже зазывали клиентов, но к Иту они не лезли, словно он не представлял для них ценности, хотя к другим обладателям белых меток они подходили очень даже охотно.

Но среди клиентов встречались и сами мореты, которые словно хищники изучали прибывшего к ним незваного гостя.

Далеко пройти Ит не успел, как к нему подошел татуированный громила с вопросом:

— По делу или для родственницы разведку проводишь?

— Разведку провожу… — отвечал Ит, отмечая, что по сравнению с моретом он сам выглядел мелочью.

— Какой уровень у родственницы?

— Эм… четвертый, — замялся с ответом Ит, припоминая какой уровень был у его риетки.

Громила показал жестом, чтобы они шли за ним. Ит оглянулся на риетку, но она не показывала признаков страха или того, что ситуация выходила из-под контроля. Видимо, это обычная практика у моретов, что они встречали гостей с метками и сами сопровождали, куда им требовалось.

Ита привели в самый обыкновенный жилой район с цветами, развешенным бельем и играющими на улице детьми в компании самых обыкновенных на вид женщин с метками и без. Они словно переместились из одного мира в другой, где царил домашний уют и покой. И только грозного вида мужчины выдавали, что они по-прежнему находились у моретов.

— Можешь сам убедиться, ваших девочек мы не обижаем, если они решают у нас поселиться, — закурил громила. — В наши дела мы их не посвящаем.

— Кажется, я начинаю понимать, почему родственница хочет больше к вам, чем к соретам, — протянул Ит, осматриваясь.

— У нас если родился парень с меткой риетки, значит, он захочет вот этого, — и громила аккуратно указал на милующуюся в уголке парочку. — И риетка ему это даст, если повезет с характером.

— Даже высокоуровневый этого захочет? — усомнился Ит.

— А этот захочет себе что-то типа нашей гран-маман, которая вместо него яйца откусит, — гоготнул громила. — Чем выше уровень, тем вероятнее, что за своего мужика риетка глотку перегрызет.

— И вы не считаете влияние риеток колдовством?

— Нашим пох…й как это работает. Они просто этого хотят. Могу еще к парням сводить, посмотришь, какие орлы созрели.

— Не, мне пока этого достаточно, — обвел рукой район Ит.

— Еще не в курсе, какой клан?

— Старшей двадцать, остальные мелочь еще, — припомнил возраст племянниц Ит.

— Приходи с ней, если она боится сама посмотреть. Наши парни не кусаются. Почти, — и снова гогот.

Обратно к риетам Ит возвращался в прострации. По всему выходило, что морет принял его за риета из-за черной метки на лбу, и так же объяснялось, почему его с прохладцей встретили моретки. И насколько он слышал, парней с метками у моретов часто рожали проститутки. Видимо, именно их тайное желание как-то отражалось на сыновьях.

— К соретам можно? — спросил Ит у сопровождавшей его риетки.

— Нежелательно, могут возникнуть проблемы, — отрицательно покачала головой женщина, — но могу сводить в район, где живут отвергнутые соретами риетки. Оттуда родом и ваша риетка.

— Она же вроде из семьи истинных риетов.

— Да, но её мать — дочь высокоуровневого сорета.

— Получается, Тэт переселился к жене?

— Да, если риетка становится женой истинного риета она может остаться в месте, где родилась или же переехать к супругу. Так хотите посмотреть или отправимся домой?

— Нет, давайте сходим. Хочу глянуть.

Она повела его в район, предназначенный для приема соретов. И тут его встретило царство женщин. Мужчины были настолько редкими тут гостями, что на Ита оглядывались, словно пытались понять, кто он такой и откуда взялся.

— Чем этот район отличается от того, в котором мы гуляли? — спросил Ит.

— Клан более почетный отвечает за этот участок, помогает развиваться и отвечает за порядок, — отвечала следующая за ним женщина. — И риетки с четвертого и выше уровня, а не с первого по третий.

— Илит говорил, что браки с риетками у соретов одобряются.

— Да, но тогда риетку забирают к ним в клан. Она не живет в родном клане, если официально выходит замуж за сорета. У неё даже может родиться дочери без наших меток, если того захочет его семья, но такого редко хотят у соретов. Приоритет всегда отдается мальчикам.

— Есть какой-то район специально для них, как у моретов?

— Нет, у соретов нет отдельного района. Риетку забирают в семью мужа.

— Тогда почему здесь так много… женщин? — осмотрелся Ит.

— Бывает, что больше половины выпуска риеток соретами по тем или иным причинам отвергается. Особенно такая ситуация часта среди высокоуровневых. И здесь живут отвергнутые риетки, а так же их несовершеннолетние дочери. По две-три матери на один дом или общиной, как и у туретов.

Ит гулял и кругом его встречали женщины, даже в магазинах и ларьках, куда он заглядывал из любопытства. За редким исключением…

— Ит, иди к нам! — донеся знакомый голос Тэта.

Вместе с супругой риет сидел за столиком уличного кафе и наслаждался хорошей погодой в компании пирога и темного напитка в высоких бокалах. Ит с большой осторожностью подошел к подозвавшему его Тэту. Выглядела супружеская пара риетов как-то подозрительно спокойно и мягко ему улыбались.

— Поздравляю со вторым срывом! — поприветствовал его тесть, когда Ит присел напротив, сняв кепку. — Сэт уже нам