Изменить судьбу. Пекло для истинного - Наталья Александровна Буланова

чем на другую. Его хромота словно не была его недостатком, а была такой же неотъемлемой частью походки, как характер - личности. Он обладал особой статью человека, привыкшего к тяжелой работе и не жалующегося на удары судьбы. Кузнец повернулся к огню, и в свете пламени стали видны его руки - мозолистые, в мелких шрамах от окалины, но при этом удивительно твердые и спокойные. Казалось, что такими руками можно ковать не только железо, но и судьбы”.

Я провожу пальцами по строкам, и перед глазами встает отец. Его неровная походка, которую он превратил в достоинство. Его руки, которые я гладила всего несколько дней назад, удивляясь, какие они мозолистые.

Дальше шло то, от чего сердце пропускало удар.

“Ланиэль узнал о кузнеце случайно. Подслушал разговор, которого не должен был слышать. Его дядя, тот самый, что послал убийц, заказывал у этого кузнеца особые заготовки. Для чего - Ланиэль понял не сразу. Но когда до него дошло, что дядя собирает артефакты изменения внешности в обход императорского реестра, кровь застыла в жилах. Это была измена. Это была смерть для любого, кто узнает. И кузнец, сам того не ведая, стал соучастником”.

Я перечитываю абзац снова и снова. Пальцы дрожат так сильно, что приходится положить книгу на колени.

“Жена кузнеца шла мимо него в новом платье, полная несбыточных желаний разбогатеть и прикоснуться к миру, где говорят иначе, одеваются иначе и смотрят на таких, как она сейчас, свысока. Она мечтала, чтобы хотя бы дочь вошла в мир аристократии, поэтому внимательно смотрела на всех молодых людей подходящего возраста.

Дочь же шла в книжную лавку, даже не подозревая, какую цену придется заплатить за родительские ошибки”.

Книга выскользывает из рук и с глухим стуком падает на пол. Я смотрю на нее, не в силах пошевелиться.

Это была не просто авторская фантазия. Писатель описывал нашу жизнь и нас самих. Ему были известны наши желания, привычки и мечты. В одном он только ошибся - я не особо любила книги.

А это значит, что писатель точно не кто-то из нашего дома и больше знает отца, чем меня. Папу, который не знал, для чего на самом деле нужны его заготовки. Который стал невольным соучастником преступления, даже не подозревая об этом.

Я двигаюсь медленно, словно во сне. Поднимаю книгу с пола трясущимися руками и листаю дальше. Туда, где Ланиэль описывает дочь кузнеца.

“Она стояла у окна, и свет заходящего солнца золотил ее волосы так, что они, казалось, сотканы из лунного света. Ланиэль смотрел на девушку и почему-то знал, что запомнит этот миг навсегда. Что бы ни случилось дальше, куда бы ни забросила его судьба, этот свет и эта девушка останутся с ним. Он не мог подойти к ней, не мог предупредить. Но он поклялся себе, что если выживет, если сможет вернуться, то сделает все, чтобы защитить эту семью от тени, что нависла над ними”.

Я машинально подношу руку к виску к седой пряди. Теперь мои волосы совершенно белые, а в книге они описаны натурального цвета.

Конечно в тексте они моего прежнего оттенка! Ведь четвертый том вышел как раз в день моего возвращения в прошлое. Я помню, как проходила мимо книжной лавки и слышала новости о выходе новой книги серии.

Я перечитываю эти строки снова и снова, пока буквы не начинают плыть перед глазами.

“Ланиэль смотрел на девушку и почему-то знал, что запомнит этот миг навсегда... он поклялся себе, что если выживет, если сможет вернуться, то сделает все, чтобы защитить эту семью…”

Кто этот человек, который видел меня у окна? Кто тот, кто знает о тайных заказах отца, о мечтах матери, о нашей семье так много, что смог описать это так подробно?

Я перелистываю страницу за страницей в поисках новых упоминаний кузнеца и его семьи, но автор возвращается к основному сюжету - Ланиэль бежит от убийц, скрывается в портовых трущобах, нанимается на корабль. О моей семье больше ни слова.

Но зерно уже посеяно. Оно прорастает в моем сознании ледяными побегами догадок.

Ясно одно - автор знает отца. И мне нужно тянуть именно за эту ниточку.

А еще судьба Ланиэля чем-то напоминает мне основные события в жизни Дейра. У него тоже есть дядя, который явно замышляет против него неладное. Более того, именно этот дядя, судя по книге, и заказывает у кузнеца заготовки.

Вот только мой папа явно сегодня видел Ройла впервые. Действовал ли Ройл через посредника? Скорее всего.

Как же мне хочется сейчас прочитать пятый том, а потом и шестой, тот самый, что продали с аукциона в моей прошлой жизни. Чем же там кончилось дело?

Семья кузнеца там умерла? А что с коварным замыслом дяди? А что с Ланиэлем?

Если предположить, что Ланиэль и есть Дейр, и в книгах описывается его жизнь, то в пятом томе он окажется в самом шатком положении. Дейр же в этом время пропадет из города, и после моей свадьбы я не помню ни одного упоминания о Ходячей смерти.

Удался ли коварный замысел дяди в прошлой жизни? Что там случилось с Дейром?

Если Ройл готовит измену, то разве переворот не должен был потрясти весь город? Я такого не помню из прошлой жизни. Менялись официальные лица, а наш император прекрасно выглядел.

Даже ходили слухи, что он пьет эликсир молодости.

Я застываю от догадки. Не может быть!

____ 10.03 скидка 25% на роман о любви в космосе: Космический роман. Сирота и гендиректор

Картер Вин решает заполучить Лану в свою корпорацию и постель, но не подозревает, что самый желанный мужчина галактики и его компания не вписываются в планы девушки. Лана хочет свести клеймо сироты и зажить полноценной жизнью, но на ее пути встает глава холдинга “Космострой”. Читать тут: https://litnet.com/shrt/Anci

Глава 67

Но мысль уже закралась в голову и теперь разрастается там, пуская ядовитые корни. Что, если Ройл Шорил не просто заказывал артефакты у отца, а готовил почву для чего-то большего? Например, для замены самого императора?

Я вспоминаю вчерашний вечер в Мозаичном зале. Император был так молод, так здоров, так полон сил. И он называл Дейра младшим. Не племянником, не подчиненным, а именно младшим с