Охота на Уинтер - Айви Торн

— Послушай, Уинтер, я понимаю, почему ты напугана, но я не могу сказать тебе, что ты должна делать. Это твоё дело. Если ты любишь Габриэля, то всё это того стоит. Но если нет, то тебе следует уйти, пока есть возможность. Потому что эта жизнь засасывает тебя, и если ты к этому не готова, она может выплюнуть тебя обратно, и ты уже никогда не будешь прежней. — По мере того, как она говорит, её тон становится всё более напряженным, и я вижу, как внутри неё идёт война, когда она это говорит.

Ей пришлось сражаться в той же самой битве, и она решила остаться. Интересно, что побудило её уйти, не связано ли это как-то с тем шрамом. Когда-нибудь я спрошу её об этом, но не сегодня. Я уверена, что пока это слишком личное.

Но её слова вызывают у меня трепет, когда я их обдумываю. Люблю ли я Гейба? Я знаю, что испытываю к нему сильные чувства, но мои эмоции не совсем ясны. Когда я не борюсь со своими чувствами, я понимаю, что он меня невероятно привлекает. Мне нравится быть рядом с ним, и почему-то в его присутствии я чувствую себя в безопасности, как будто он готов ко всему, что может произойти, и готов защитить нас обоих, что бы ни случилось.

Но он байкер, а я с самого начала сторонилась таких людей. Сначала я думала, что это из-за того, что такой образ жизни кажется мне примитивным. У него явно нет богатства или каких-то невероятных средств для такого образа жизни, но я поняла, что не против простого существования. Нам с ним по-прежнему удаётся веселиться, даже когда вместо модных ресторанов и вечеров в опере мы ходим в пиццерию допоздна, гуляем вдоль реки или играем в бильярд.

Я не уверена, что смогу смириться с насилием. Сколько людей ему, возможно, придётся убить за свою жизнь? Какова вероятность того, что однажды он сам окажется связанным и стоящим на коленях в ожидании казни? От одной мысли об этом меня бросает в дрожь. Я не хочу, чтобы Габриэль умирал. Интересно, оставил бы он эту жизнь ради меня, сбежал бы и начал что-то новое, только для нас двоих? Но я знаю, что не могу просить его об этом. Он не такой, как я. У него есть семья и тесные связи. Люди, которые его любят. Он не может просто взять и уйти.

Старла внимательно наблюдает за мной несколько минут, пытаясь разгадать моё решение, которое я не могу заставить себя принять. Я отчаянно хочу сбежать от той жизни, которую увидела прошлой ночью. Я не хочу быть частью насилия и бессмысленного кровопролития. Но я не могу заставить себя отпустить Гейба. Он — моя опора, и меня тянет к нему, словно гравитацией. Я знаю, что нам нужно всё обсудить, но я не могу уйти, не попытавшись хотя бы поговорить о том, что произошло.

Меня охватывает страх при мысли о том, чтобы рассказать ему о том, что я видела. Я не уверена, что смогу это сделать. Но, может быть, мы всё же сможем обсудить, что у нас с ним общего, какие у него планы на меня и на будущее.

Я тепло улыбаюсь Старле. Я так благодарна ей за поддержку и мудрые слова. Не знаю, что бы я делала, если бы была совсем одна, запертая в своей голове и пытающаяся во всём разобраться без чьей-либо помощи.

Раздаётся сигнал таймера, и Старла встаёт, чтобы достать банановый хлеб из духовки. Пахнет божественно, и мне очень хочется, чтобы она научила меня готовить что-нибудь такое же невероятное. Хотя я чувствую себя практически изгоем в обществе других женщин, я так благодарна Старле за то, что она меня приняла. С такими подругами, как она, я, возможно, действительно смогу представить себя женой байкера.

Как только эта мысль приходит мне в голову, я начинаю сомневаться. Жена? Я не могу всерьёз думать о чём-то подобном. Я знаю Гейба чуть больше недели. Но всё же, возможно, девушка байкера, это не так уж плохо. Если только я смогу забыть о том, что он убивает людей.

Я в полном раздрае.

— Хлебу нужно несколько минут, чтобы остыть, хочешь кусочек? — Старла оглядывается на меня через плечо, переставляя форму для хлеба на столешницу.

— Конечно, — говорю я. Я не уверена, что в моей прошлой жизни был банановый хлеб, но если нет, то я планирую сделать это постоянным блюдом в моём рационе.

Теперь, когда я высказала свою главную тревогу, я чувствую, что могу немного расслабиться, и мы со Старлой погружаемся в непринуждённую повседневную беседу. Она достаёт масло из холодильника, расставляет несколько тарелок, а затем снова присоединяется ко мне за столом. Я также отчётливо осознаю, что моя головная боль, похоже, утихла теперь, когда я избавилась от груза, и мне интересно, не связаны ли мои вспышки с тем, что мне не с кем поговорить, кроме Гейба. Мне нравится это новое занятие, на которое я, кажется, наткнулась, и я планирую сделать его более регулярной частью своей жизни.

26

ГАБРИЭЛЬ

Дорога до дома занимает у меня больше времени, чем обычно, потому что я выбираю живописный маршрут и вместо того, чтобы мчаться на полной скорости, как я обычно делаю, я неспешно еду по дороге. Всё равно быстрее, чем большинство машин, которые я, конечно же, обгоняю. Но не в таком бешеном темпе, который заставляет меня чувствовать себя живым. Мне нужно время, чтобы подумать, как начать разговор с Уинтер.

К тому времени, как я сворачиваю на дорогу, ведущую к зданию клуба, солнце уже начинает садиться, и я немного удивляюсь, что мне удалось продержаться весь день. Интересно, переживала ли Уинтер или ей было всё равно? Наверное, она весь день дулась в своей комнате.

Когда я наконец подъезжаю к задней части здания клуба и паркую свой мотоцикл рядом с мотоциклом Рико, в клубе по-прежнему тихо. Я думаю, все возлагали надежды на речь Джексона о новом порядке и о том, что всё изменится сильнее, чем мы думали. Потому что после того, как мы показали людям, что случилось с пятью мужчинами, которые изнасиловали Афину, это кажется пугающе похожим на старый режим.

Конечно, мы тоже потеряли много людей из-за прихотей старого поколения Блэкмура. Честно говоря, они были гораздо