Личный психотерапевт для Эльфа - Александра Олив

— Ваше кольцо…

Его правая ладонь с тяжелым аквамариновым перстнем на указательном пальце была раскрыта в приглашающем жесте, а в ее центре лежало маленькое колечко, переливаясь гранями драгоценных камней в мягком свете светильников. Вторая ладонь Повелителя незаметно с силой сжимала подлокотник искусного королевского кресла. Царственный вейар с длинными белоснежными волосами, по-королевски раскинувшись в нем, неотрывно следил за движениями смертной женщины, похожий на зверя, притаившегося в ожидании ценной добычи.

Когда Анна снова оказалась перед его креслом, она остановилась, не решаясь подходить ближе. Сама того не ведая, в тот момент она испытывала его терпение. Она должна была дотронуться до его руки. Всего одно прикосновение, только одно… Будучи искусным охотником, Повелитель умел ждать…

Когда ее пальцы едва коснулись его ладони, волна знакомой магии в миг окутала его существо. Эардарлир был потрясён.

Он резко поднялся с кресла, изумленно вглядываясь в женщину сверху вниз. Но она, казалось, ничего не почувствовала.

Что она такое?

Для него было ясно одно: теперь он не даст ей покинуть Нэрэльдалот, пока не выяснит, как она связана с его магией Хранителя.

В ночной тишине покоев Повелитель продолжал пристально вглядываться в ладонь. Ощущение от прикосновения было живо, но чувствовалось уже не столь явно. Позже… Он задаст ей вопросы позже. И еще приставит к ней надёжную охрану, а лучше двоих.

Повелитель перевел взгляд за окно.

Он будет внимательно следить за ней, и Синдар с Мэлидором теперь отвечают за нее головой.

Глаза вейара сверкнули. Повелитель хорошо помнил, как отреагировали оба эльфа, когда поздней ночью он призвал их и Рейнира, приказывая подготовиться к отъезду в лес вместе с Анной.

Лицо Синдара побледнело, а хищные зеленые глаза вспыхнули, щеки же Мэлидора, наоборот, окрасил взволнованный румянец. Молодой вейар осмелился выступить вперед и противостоять своему Повелителю. С пылкостью он утверждал, что Анна не представляет для них опасности, что она спасла его, вытащила из цепких когтей Тени. Повелитель не терпел такого вмешательства, и Мэлидору было приказано оставаться во дворце.

Эльфийский владыка мрачно нахмурился. Мэлидор оказался прав, просто тогда он не желал слушать того, что пытался сказать ему молодой вейар.

* * *

Проснувшись на следующее утро, Анна еще некоторое время провела в постели, вспоминая подробности прошлого вечера. Произошедшее накануне казалось ей абсолютно нереальным, но, с другой стороны, она была рада, что ей удалось объясниться с Повелителем, и, ей казалось, он принял ее слова вполне благосклонно. Тем самым Анна рассчитывала на отсутствие к ней новых вопросов, а, значит, и на отсутствие новых встреч с ним.

Невольно ее взгляд зацепился за сапфировое кольцо, и молодая женщина нахмурилась. Неприятное ощущение волной пробежало по спине. От того, как он искусно заставил ее нарушить этикет и приблизиться к нему, было совсем не по душе. Она даже резко дернула плечами, чтобы избавиться от неприятного чувства. Анна тут же встала с кровати, прогоняя мысли прочь, и направилась к гардеробу с эльфийскими туалетами.

На этот раз она не стала отказывать себе в выборе и остановилась на легком длинном платье из нежной бледно-бирюзового оттенка ткани, поверх которой шел тончайший слой прозрачной почти невидимой паутины, едва-едва переливавшейся золотистым блеском и напоминавшей по фактуре невесомые крылья стрекозы. Лиф платья был искусно расшит и украшен небольшими драгоценными камнями.

Анна внимательно осматривала себя перед зеркалом, и даже невольно улыбнулась. Платье было настоящим произведением искусства, и в нем она выглядела совершенно иначе. Она уже давно пришла к выводу, что женская одежда ее мира сильно проигрывала потрясающим эльфийским нарядам, но, увы, была недоступна в ее обычном мире. А даже, если подобные платья и были доступны, то очень маленькому количеству людей, к которым она не относилась. Вспомнив о своем мире, она немного погрустнела, но собралась с мыслями и отправилась на завтрак.

На этот день у нее уже было намечено одно важное дело, которое она хотела решить как можно быстрее.

Ее взволновал Синдар, точнее его слова о прощении. Очевидно, вейар был уверен, что она ненавидела его, что, на самом деле, не являлось правдой. Тем не менее сам эльф так не считал, и потому избегал ее. Во всяком случае, когда Анна вошла в зал и заняла свое место, то знакомого обладателя зеленых глаз нигде не обнаружила.

Появившийся в зале Повелитель в сопровождении свиты и сверкающей Аменрадэль едва ли взглянул в ее сторону. Долгур как обычно с улыбкой поприветствовал ее, сидя за королевским столом рядом с Повелителем.

Весь завтрак Анна слушала увлеченный щебет Туйлиндэ о готовящемся праздновании, и из ее рассказов молодая женщина успела представить себе очень грандиозный вечер.

— Анна, ты еще не видела наши танцы, — взглянула на нее с улыбкой темноволосая вейньяра, — раньше во дворце часто были танцы, потому что се –

— Туйлиндэ! Довольно трещать без умолку, — грозно оборвала ее Ирнисс и сверкнула глазами, — завтра ночью Анна сама все увидит.

Туйлиндэ вдруг встрепенулась, на ее щеках едва отразился легкий румянец. Анна поняла, что молодая вейньяра, увлекшись рассказом, чуть не проговорилась про сестру Повелителя. На миг отвлекшись, она перевела задумчивый взгляд на королевский стол.

«Почему они избегают ее упоминания?»

Могущественный эльфийский владыка сидел в светло-зеленых царских одеждах со сверкающей короной на голове и вел неторопливую беседу с Аменрадэль. Анне показалось, что вейньяра с каждым днем становилась все краше и краше, расцветая рядом с Повелителем. Безусловно она была достойна роли эльфийской королевы, и было также очевидно, что Аменрадэль испытывала чувства к Повелителю.

Анна осторожно взглянула на царственного вейара. Его лицо было спокойно и не выражало никаких эмоций. Было заметно, что он внимательно слушал свою спутницу, но в то же время по неподвижному положению его корпуса, говорившему об отсутствии интереса, по тому, как поднося кубок с вином к губам, его острые глаза продолжали наблюдать за вейарами, Анна была склонна считать, что если он и был в ней заинтересован, то показывать этого не собирался.

Ей в голову вдруг пришла странная мысль:

«Могла ли такая, как Аменрадэль, просто не нравиться Повелителю или все-таки выбор королевы был больше стратегическим решением?» — на этой мысли она неожиданно встрепенулась и поняла, что смотрит прямо в его ледяные прозрачные глаза и, не выдержав взгляда, тут же отвела свой прочь.

Когда завтрак завершился, Анна последовала на королевскую аудиенцию, решив снова вернуться к своим наблюдениям и одновременно понадеявшись