Проклятие короля фейри - Джейми Шлоссер

Налия, должно быть, понимает, что я говорю правду, потому что медленно отходит в сторону, бросив на мужа обречённый взгляд.

Я не теряю ни секунды. Туфли всё ещё мокрые после полёта и неприятно хлюпают, когда я надеваю их. Решив не надевать тяжёлое пальто, тянусь к дверной ручке.

Лёгкое прикосновение к плечу заставляет меня остановиться.

Я поворачиваюсь.

Надо мной возвышается Гаррин, и на миг мне кажется, что сейчас он просто перекинет меня через плечо и запрёт в доме.

Но вместо этого он вкладывает мне в ладонь кинжал в ножнах.

— Это немного, но всё же лучше, чем быть совсем безоружной.

Я сглатываю и молча киваю.

Я никогда не держала в руках оружие. Чёрт, да я даже ни разу никого не ударила. Не уверена, что смогла бы кого-нибудь заколоть, но с кинжалом всё-таки чувствую себя спокойнее.

Я бегу к конюшне и снова промокаю до нитки. Дождь льёт как из ведра. Вытирая с лица воду, я распахиваю дверь.

Внутри пахнет сыростью и плесенью. Из-за темноты я почти ничего не вижу, но искать Талона не приходится. Должно быть, он тоже чувствует опасность, потому что скребётся в дверь стойла и тревожно стонет.

— Да, у нас проблемы, — говорю я, отодвигая тяжёлый металлический засов. — Мне нужно, чтобы ты отнёс меня к башне. Хорошо?

К моему удивлению, он кивает, словно понимает каждое слово. Возможно, так оно и есть.

К счастью, седло с него так и не сняли.

Я ласково глажу его по клюву.

— Пойдём надерём задницу принцессе Гии.

Не знаю, почему она не убила меня, когда у неё была такая возможность. Может, отправила меня домой из милосердия. А может, просто хотела убрать с дороги, чтобы без помех захватить власть.

Конечно, она не могла предвидеть, что у Киарана окажется мой шарик, а Астрид согласится ему помочь. Если бы не это, он, возможно, вообще никогда не смог бы до меня добраться.

А поскольку Гиа знала, что мы суженые, она наверняка рассчитывала, что разлука сведёт Киарана с ума. Рано или поздно так бы и случилось.

Ох, как же она обрадуется, увидев меня…

Глава 36

~ Киаран ~

— Они слишком прочные. — Я рублю топором толстые лозы у основания купола. Каждый раз, когда я их перерубаю, они тут же вырастают снова. — Чёрт. Гиа никогда раньше не могла сделать ничего подобного.

Дэймон убирает меч.

— Нам придётся подняться наверх.

— Знаю.

Это не идеальный вариант. Попасть прямо в её ловушку — вероятно, самое глупое решение, которое я мог принять, но действовать нужно быстро. Я не знаю, насколько сильны теперь её способности. Если она потеряет контроль, то может уничтожить Делаверию. А сейчас небо выглядит так, будто вот-вот разразится настоящий циклон.

И моя мама там.

Я не знаю, причинила ли ей Гиа вред, но больше недооценивать свою сестру не собираюсь.

Никогда.

Решив, что сейчас или никогда, я убираю топор и взмываю в небо. Дэймон не отстаёт, хотя сильный ветер несколько раз сбивает нас с курса.

Когда мы добираемся до колокольни, сверху сверкает молния, ударяя в самую высокую точку башни.

Мы чудом избегаем удара, вовремя укрывшись на каменном полу под рядами колоколов. Несколько из них сталкиваются друг с другом, рождая жуткую, протяжную мелодию. Даже после того как вспышка гаснет, по спине ещё долго бегут мурашки, а волосы стоят дыбом.

— Вот это полная дичь, — говорит Дэймон, ползком добираясь до люка, ведущего на лестницу. — Дистиллированную Дневную воду нужно запретить.

Он прав.

Никто не должен обладать такой силой. Это слишком опасно. И теперь секрет раскрыт. Как только фейри Валоры узнают, насколько могущественными можно стать с помощью этого вещества, они не остановятся ни перед чем, чтобы его заполучить.

Когда я закрываю люк над нашими головами, нас окутывает темнота. Ни один из фонарей вдоль стен не горит, и я ничего не вижу.

Как ни странно, это успокаивает.

Именно в таких условиях я когда-то оттачивал все свои навыки.

Возвращаясь мыслями к тем временам, когда был слеп, я уверенно ступаю по каждой ступени.

— Как только выйдем в коридор, проверим гостевые комнаты. Вдруг кто-то устроил там засаду.

— Отличная идея, — отвечает Дэймон позади меня. — Но, если честно, я до сих пор в шоке. Слышишь?

— Что именно?

— Вот именно. Здесь чертовски тихо.

Я согласен.

Во дворце всегда кипит жизнь. Члены совета, знатные гости, служанки, охрана — шум здесь не смолкает ни на минуту.

Сейчас же, кроме свиста ветра над головой, не слышно абсолютно ничего.

Спускаясь по винтовой лестнице, я замечаю внизу слабое свечение. За дверью в коридоре горит свет.

Это крыло дворца было построено уже после снятия проклятия, и, хотите верьте, хотите нет, оно обставлено ещё роскошнее, чем мои собственные покои. Мне не терпится увидеть эти комнаты, пусть даже только для того, чтобы убедиться, что там нет засады. Они предназначены для почётных гостей, и при их оформлении не жалели средств.

К тому же отсюда открывается лучший вид на земли Между Рассветом и Закатом.

Куинн здесь точно понравится.

При мысли о ней в груди возникает странное ощущение. Словно что-то сжимает моё сердце. Неотступная, почти мучительная тоска.

Это наша связь протестует против разлуки, наступившей так скоро после нашей первой близости.

Странно осознавать, что в наших отношениях словно существует третья сторона. Но связь — это самостоятельная сила.

И ей нужна Куинн.

Что ж... придётся немного потерпеть. Сейчас есть дела важнее.

— Киаран, берегись!

Я чувствую тонкую проволоку у своей лодыжки именно в тот миг, когда Дэймон выкрикивает предупреждение.

Но уже слишком поздно.

Я взмахиваю крыльями, пытаясь отпрыгнуть назад, однако из темноты впереди уже вылетают стрелы. Одна царапает мне бедро, и я сразу узнаю жгучий укус железа. Десятки других со звоном ударяются о каменные ступени и с грохотом разлетаются по полу.

Гиа настроена серьёзно.

Если бы не предупреждение Дэймона, одна из стрел пронзила бы меня прямо в сердце.

Я не почувствовал растяжку.

Её уловил Дэймон — по тому, как воздушный поток отражался от туго натянутой проволоки.

Проклятие.

Как бы я ни радовался возвращению зрения, кажется, это произошло в самый неподходящий момент. Такое чувство, будто я лишился сверхспособности, которой так долго пользовался и воспринимал как должное.

— Может, теперь ты пойдёшь первым? — предлагаю