Попаданка в послушницу - Ольга Геннадьевна Росса

— Сначала я полагала, что вы решили избавиться от супруги, — откровенно призналась я. Лицо князя едва заметно вытянулось. — Но потом поняла, что ошибалась. Вы мне нравитесь, Илларион Константинович. Прошлый поцелуй это доказывает.

— Значит, я не обманулся в своих ощущениях, — его губы оказались так близко, что я готова была сама наброситься на него.

— Но я не готова переехать в ваш дом сейчас, — решила я довести разговор до конца, пока не начала задыхаться от его губ. — Нужно сначала найти убийцу вашей жены. Не хочется становиться следующей жертвой.

— Согласен. Я не буду вас торопить, Елена, — его горячее дыхание опалило моё лицо. — Благодарю, что не отвергли меня.

«Целуй уже», — хотелось сказать, но вместо слов я прикрыла веки, и его губы наконец-то коснулись меня, нежно, словно крылья бабочки.

Я не стану торопить события и переезжать к Ромадановскому сейчас. Сначала хочу удостовериться в своих чувствах к нему. Брак это всё же навсегда, особенно в девятнадцатом веке.

Не успела я насладиться наши поцелуем, как в гостиной появился дворецкий и сообщил, что ужин подан. Я жутко смутилась оттого, что слуга застал нас целующихся, но потом вспомнила, что мы с князем супруги, и успокоила свою совесть.

Вечер прошёл замечательно. Душа парила оттого, как горят глаза Ромадановского, глядя на меня. Не хотелось думать о том, что нас ждёт в будущем, я просто наслаждалась в тот момент его компанией, чарующим голосом и улыбкой.

Домой я вернулась поздно. Князь проводил меня до особняка, поехав со мной в карете. Он вёл себя прилично, будто чувствовал, что я не готова форсировать зарождающиеся отношения, но всё же нежно поцеловал в губы, прощаясь.

Утро понедельника я встретила с улыбкой, несмотря на то, что долго не могла уснуть и немного не выспалась.

Не забыв о просьбе Иллариона, я написала княгине Бутурлиной послание, полное раскаяния и желания примириться. Отправила письмо с Борисом. Пришлось ждать его возвращения с ответом. Ольга лишь сухо написала, что заедет ко мне в среду в четыре часа. Отлично, уже не терпится задать ей лично несколько вопросов.

На фабрику мы с Екатериной отправились позже обычного. Едва я переступила порог помещения, как увидела за столом гостя, склонённого над бумагами.

— Всем здравствуйте, — обозначила я своё присутствие.

— Доброго дня, Ваша Светлость, — подскочил он, не заметив моего появления, и поздоровался с Екатериной. — Простите, увлёкся малость.

— Вы по делу, Евгений Платонович? — подошла я к столу.

— Мой коллега из конторы уже сделал замеры ваших угодий. Надобно межевой план для разработки проекта и топографический, если таковой имеется.

— Прекрасно, что дело движется, — улыбнулась я мужчине. — Пройдёмте в кабинет, выдам все чертежи, какие найду. Екатерина, будьте любезны, принесите нам чаю и про себя не забудьте, — взглянула я на кузину.

— Скоро всё будет готово, — опустила она глаза, слегка зардевшись румянцем. Неужели Челищев заинтересовал мою скромницу кузину? Хотя мужчина он весьма симпатичный, умный и молодой, таким легко увлечься юной девушке.

Я открыла кабинет, инженер проследовал за мной. Нам нужны папки, где хранится вся документация по фабрике, и я подошла к шкафу. Окно было открыто, и от сквозняка дверь резко захлопнулась. Я обернулась. Челищев успел войти.

— Евгений Платонович, откройте дверь, пожалуйста, — попросила я инженера, помня о приличиях. Не хватало ещё шепотков от работников за моей спиной. Хоть они и мужчины, но порой бывают такие экземпляры, что дадут фору любой салонной сплетнице.

— Минутку, — отозвался молодой человек.

Я открыла ключом дверцу шкафа и начала искать нужную папку. Нашлась она быстро. Я схватила толстый корешок, придерживая другой рукой соседние папки из тесного ряда.

— Позвольте помочь вам, Елена Викторовна, — вкрадчивый голос прозвучал над самым ухом.

Челищев стоял так близко, что я ощутила его дыхание на макушке. Он потянулся к папке, накрыв рукой мою ладонь. От такой наглости я оторопела на секунду. Этого хватило, чтобы мужчина обнял меня за талию второй рукой.

— Что вы себе позволяете, Евгений Платонович? — процедила я, напрягаясь всем телом.

— Неужели вы ещё не поняли, княгиня, как пылает моё сердце, когда вы рядом? — шептал он, прижав меня к себе.

Пальцы вцепились в папку, меня начало трясти от возмущения.

— Отпустите меня, иначе я начну кричать, — строго предупредила я.

— Полноте, Ваша Светлость, я же вижу, как вы смотрите на меня, — голосом соблазнителя говорил он.

— Вам померещилось, господин Челищев. Отойдите от меня немедленно, — пыхтела я, освободив одну руку и пытаясь сбросить тяжёлую ладонь с талии.

— Признайтесь, Елена, что я вам нравлюсь, — усмехнулся он, дыша мне в шею. Если он сейчас меня поцелует, я за себя не ручаюсь.

— Пустите, сказала! — вцепилась я ногтями в его пальцы.

— Ай! Мне нравятся непокорные дамы, — и он резко толкнул меня, вжав в открытый шкаф.

Я едва успела отвернуться, чтобы не впечататься носом в папки. Я пыталась вырваться, но Челищев крепко держал меня, закрыв мне рот ладонью. Всё же он сильнее, гад такой!

Замычав, я попыталась укусить его за руку, но тщетно.

— Тише, Ваша Светлость, а то нас услышат раньше времени, — усмехался он. Что задумал этот сумасшедший?

— Что тут происходит? — голос князя раздался внезапно. Я вздрогнула. Откуда он здесь взялся?

Челищев тут же отпустил меня.

— Простите, Ваша Светлость, мы немного увлеклись с Еленой Викторовной, — произнёс он с издёвкой.

Я наконец-то вытащила папку и с разворотом обрушила её на голову мерзавца. Бумаги ворохом вылетели из из рук. Челищев едва не упал, подавшись вперёд. В этот момент князь схватил его за грудки и от