Жена понарошку - Лада Красовская

Глава 8

Светлана

Вечером я хозяйничала в квартире Вадима одна — разбирала вещи, косметику, которую он мне тоже проспонсировал. Я привыкла к тому, что брать деньги и дорогие подарки от посторонних стыдно и чревато, мама всегда говорила, что так делают только… непорядочные женщины. Звонок Полины прервал череду моих неспокойных размышлений.

— Привет, подруженька! Как дела?

— Привет! Разбираю вещи. Сегодня Вадим купил мне одежду и косметику. Поль, мне тааак неудобно! Мы же друг другу никто по сути…

Подруга раздражённо цыкнула.

— Ты иногда будто с Луны свалившись, Свет! У вас договорённость, так? Знаешь сколько обходится фиктивный брак тем, кто его заключает? Очень дорого! Потому твои шмотки и тюбик крема для Вадика по сути огромная экономия!

— Но у нас же… этот… взаимозачёт, — улыбнулась я.

— Кстати, что там твои? На связь выходят? — смягчилась Полина.

— Только папа утром позвонил, больше ничего, — сказала я с долей грусти.

— Ничего! Если отец понимает, это уже прекрасно! А мама, надеюсь, поймёт. А если нет, то нужно ли тебе такое общение, как было у вас?

Я вздохнула. Это было грустно, мне отчаянно не хватало семьи, совета, поддержки. Я с завистью смотрела на отношения Поли с родителями и не могла понять, почему мама всегда относилась ко мне так агрессивно. Были, конечно, моменты, когда казалось, что она меня любит, что у нас обычная нормальная семья, но чаще всего я слышала постоянные упрёки. Чтоб у нас не было никаких конфликтов, мне нужно было вести себя как в пять лет — постоянно спрашивать маминого разрешения. Но дело было в том, что мне было уже двадцать лет.

— Светик, всё будет хорошо, вот увидишь! Найдём тебе настоящего любимого, будет у тебя любовь, семья, дети и… Ты сейчас на примере своей мамы запоминай, как вести себя не надо.

— Ты права. Всё будет хорошо, — закивала я.

— А Вадик где?

— У него дела, — быстро ответила я.

— Аааа… понятно, пошёл по бабам.

Я застыла, выпучив глаза. Вот же я балда! Какие могли быть дела среди ночи? Часы показывали уже начало двенадцатого, естественно, он был у женщины.

— Блин, ну какая я бестолковая, — засмеялась собственной глупости, — Я решила, что у него работа какая-то!

— Ну да, трудится в поте лица, — хмыкнула Поля, — Если тебе скучно, я могу приехать.

— А давай!

Через полчаса мы сидели на кухне Вадима с подругой и медленно тянули мартини.

— Начало неплохое, согласись! Ты в классной квартире, на шикарной кухне, в обалденном обществе, не опасаясь мамкиной оплеухи, пьёшь мартини!

— Мама сказала бы, что я спиваюсь, — сделала я маленький глоток.

— Дааа, а сама она никогда вина не пила.

— Веришь, никогда! — подтвердила я.

— А моя пьёт иногда по вечерам. Признаков алкашества я не замечаю. Кстати, если что за тобой замечу, закодирую, так и знай! — пригрозила Поля пальцем.

— Ну вот, свято место пусто не бывает! — засмеялась я, хлопнув ладонью по бедру.

— Оно само как-то вырвалось, — прикрыла рот рукой Полина.

А я нахмурилась.

— Слушай, а может дело во мне? Может это я какая-то не такая и со мной иначе нельзя? — всерьёз спросила я.

— Значит надо отращивать характер! — сразу же нашла выход подруга.

Вскоре мы легли спать, ведь учёбу никто не отменял. Под утро я проснулась, когда услышала, как тихо хлопнула входная дверь. Вадик принял душ, изучил холодильник, а потом ушёл спать. Из спальни он не показался даже, когда мы с Полиной собирались в универ.

— Умаялся братишка, — потрясла головой она, — Всё, пойдём.

День прошёл как обычно, только после пар нужно было зайти в библиотеку, чтоб подобрать информацию для реферата. Я совсем забыла о времени, зарывшись в томах специальной литературы. Вибрация телефона отвлекла меня от дела, сердце испуганно сжалось, но потом я подумала, что вряд ли это мама. Это был отец.

— Привет, пап! — шёпотом ответила я.

— Привет, доча! Как дела?

— Нормально, в библиотеке сейчас.

— Вадим тебя не обижает?

— Нет, пап. Как у тебя дела? Как там мама?

— Свет, пока её лучше не трогать, честно скажу. Вчера мы крупно поссорились, когда я пробовал с ней обсудить всё.

— Ясно.

Папа решил не тешить меня напрасными надеждами.

— Ничего, Светуль, справимся! Думаю, я смогу её переубедить, но не сейчас, правда. А как тебя увидеть можно, дочь?

— Да в гости приезжай, — прошептала ему.

— Может, на нейтральной территории пока? В гости надолго надо, а ты же знаешь…

Знала, на орехи мог получить теперь отец за несвоевременное появление домой.

— Давай в кафе возле дома. Чаю попьём.

Мы так и решили, что встретимся там. Сдав ненужные книги, взяв полезные, я подхватила сумку и пошла за пальто в гардероб. Телефон снова завибрировал. В этот раз звонил Вадик.

— Привет, Малыш! Всё нормально у тебя?

— Да, даже лучше, чем я думала. Сейчас еду на встречу с отцом.

— Ага, это хорошо. Я сейчас по городу мотаюсь, если что, могу забрать.

— Это не обязательно, — пожала я плечами.

Всё же у нас был договор, а не отношения. Не видела необходимости вести себя как настоящие влюблённые, но Вадим был другого мнения.

— Твой отец это увидит, поддержим легенду. А ещё... мне не трудно.

Ехала я в кафе общественным транспортом, хотя Поля меня и порывалась подвезти. Но так бессовестно эксплуатировать их семью я стеснялась, потому отказалась. Отец уже ждал и заказал большой чайничек чая и пирожные. Мы обнялись так, будто не виделись уже давно, и будто были образцово показательной семьёй.

— Ты прямо расцвела!

— Да ну, когда бы успела? — усмехнулась я, усаживаясь за стол.

— Точно тебе говорю! Ты молодец, дочь, что вырвалась.

Глава 9

Я не знала, что ответить, ведь воспринимала родителей как одно целое, как монолит, который пытался раздавить всякое моё сопротивление.

— Неожиданно слышать, пап.

— Я знаю, виноват я перед тобой сильно. Но… так сложилось, твоя мать без меня может, а я без неё… нет. Ты не помнишь, я уходил, когда тебе было два года.

Едва не выронив чашку, я уставилась во все глаза на родителя. Он, опустив глаза в стол, углубился в воспоминания.

— Влюбился без памяти, женился быстро, ты родилась. А после началось… То одно не так, то другое, постоянно ссорились, выясняли отношения. Терпел я, терпел, а потом ушёл. Через неделю пришёл тебя навестить и понял, готов что угодно терпеть, лишь бы…

Отец