Целительница для дракона. Доказать невиновность - Злата Уютная

полный хаос. Везде валялись разбитые бутылки, выпотрошенные мешочки, густо усыпанные сушеными травами. В воздухе витал целый букет травяных запахов разной степени насыщенности, а пыль, не стесняясь, лезла в нос!

— Мда… — только и выдавила я, едва сдерживаясь, чтобы не расчихаться, — Это нормально, так и должно быть?

Тода не успел ответить. Из самого тёмного угла до нас донёсся громкий шорох, и в нашу сторону выкатилась, звеня и подпрыгивая на выщербинах пола, стеклянная бутылочка!

Глава 6

Я резко напряглась, когда услышала это непонятное “шур-шур”, доносившееся откуда-то из глубины полутёмного помещения.

Голова чуть кружилась от ядреного запаха трав и пролившихся настоек. Сердце забилось чаще, но я, стараясь держаться поувереннее, нагнулась и схватила с пола что-то похожее на деревянную палку от швабры. А потом переглянулась с Тодой.

— Может, это грабители? — прошептала я ему почти беззвучно, чувствуя, как по спине расползается нервная дрожь.

— Может, — уверенно кивнул Тода, хотя у самого руки дрожали как листья на ветру. И, тем не менее, он выдвинулся чуть вперёд, прикрывая меня собой, хоть со стороны мне казалось, что он был близок к тому, чтобы дать деру при малейшем шорохе.

— Будь осторожен, — прошептала я, поднимая палку на уровень груди.

Мы крадучись двинулись туда, где в слабом свете угадывался поваленный стеллаж, из-за которого и доносились странные звуки. Правда теперь к шороху еще и прибавилось подозрительное «м-р-р-р», от которого у меня сердце ухнуло куда-то в пятки.

«Это что, рычание?» — удивлённо подумала я. — «Грабитель настолько чем-то недоволен?»

Краем глаза я заметила, как Тода нервно сглотнул. Видимо, он тоже это слышал. Если бы не страх, я бы, пожалуй, сказала ему: «Лучше беги, вызывай полицию!», но вовремя поняла, что в нашей ситуации этот совет был бы неуместен.

И не только потому что в этом мире о полиции явно никто не знает. А потому что даже если вместо полиции прибежит какая-то стража, то она тут же прикроет аптеку до лучших времён. Ну или пока будет идти разбирательство с этим грабителем. Это будет совсем некстати, если мы надеемся найти тут хоть какие-то улики.

Да и может, не грабитель это вовсе? Может это вообще… ветер!

“Точно, ветер!” — я изо всех сил пыталась себя убедить в том, что это лишь ветер и гнала прочь мысли о том, как тогда получилось, что ветер рычит.

— Ладно, на счет три, — прошептала я, вплотную приблизившись к поваленному стеллажу, — Раз… два… три! — выдохнула я и, собравшись с духом, выпрыгнула вперед.

Первое, что я увидела — это два огромных глаза, которые уставились на меня. И я не преувеличиваю — реально огромных!

Правда, взгляд этих глаз был какой-то… мутноватый и расфокусированный.

Я опустила голову, чтобы увидеть всю картину и…

У меня из рук едва не выпала палка. Потому что я поняла, что смотрю прямо в морду гигантской кошке! И это снова не преувеличение! По ощущениям, она была лишь немногим меньше меня ростом!

У меня аж сердце ёкнуло!

— Тода?! — позвала я юношу так тихо, как это возможно, хоть конкретно  сейчас мне хотелось вопить во все горло, — Это у вас тут в порядке вещей? Может, стоит позвать каких-нибудь охотников за дикими зверями, а?

Кошка, лежащая лапками кверху и с довольным урчанием извивающаяся вокруг какой-то пустой бутылочки, вдруг резво приподнялась.

Точнее, попыталась это сделать — у неё вышло только качнуться на бок и перевалиться на четвереньки. В воздухе витал насыщенный запах валерьянки (или чего-то очень похожего на неё).

— Н-не знаю… у нас, конечно, есть крупные звери, но домашние кошки обычно раза в три меньше! — пробормотал Тода, выглядывая из-за моего плеча. — Может, это какой-то монстр в город забрел?!

— Каких еще охотников вы тут вздумали выз… выз… вызывать? — внезапно отозвалась Кошка каким-то вальяжно-пьяным голосом, отчего у меня едва коленки не подкосились.

Она… еще говорит?!

Я, которая уже в своей жизни повидала всякого (какие только пациенты  у меня на прием не приходили!), не была готова к тому, что кошки возьмут и заговорят. А эта, тем временем, кое-как умудрилась подняться на лапы, пусть и слегка покачиваясь, и посмотрела на нас с таким видом, будто мы — главные виновники её непотребного состояния.

— Да я вам сейчас сама таких охотников покажу… — И я не дикая, если что! Более чем домашняя, просто дома у меня пока нет…

Она попыталась сделать шаг вперёд, тут же пошатнулась и опять плюхнулась в кучу каких-то разноцветных баночек, что с грохотом рассыпались по полу. Выглядела она действительно так, будто приняла на грудь целую цистерну этой валерьянки.

— Но… но ты говоришь! — я в ужасе отшатнулась, всё ещё сжимая палку в руке. Уж неизвестно, как действует валерьянка на гигантскую говорящую кошку. С ее гигантскими когтищами мы запросто можем превратиться в закуску.

Я почувствовала как холодный пот выступил на лбу.

— И что с того? Ты тоже говоришь, — фыркнула кошка, в очередной раз пытаясь встать на лапы и едва не покатившись в сторону Тоды. Который, к завидев, что кошка надвигается прямо на него, дёрнулся от страха и рванул к выходу.

— Стра-а-ажа-а! — заверещал он, судя по всему, собираясь искать подмогу.

Кошка при этих словах оскалилась и заворчала:

—  Не сметь звать стражу! А то укушу!

И ринулась за Тодой, пытаясь его перехватить, но ноги (точнее, лапы) у неё подкосились — и вместо грациозного прыжка она тяжело плюхнулась на пол. Огромное пушистое тело проскользило по полу и снесло ещё пару пустующих стеллажей.

Склянки, баночки, пузырьки — всё это загремело, зазвенело и осыпалось вниз.

— Осторожней! — вырвалось у меня невольно, когда я уклонилась от летящих осколков.

Я перевела дыхание. Похоже, вся разруха в помещении — дело лап этой мадам. Я резко повернулась к ней и, всё ещё сжимая палку (чтобы хоть как-то выглядеть угрожающе), сказала, стараясь добавить в голос побольше возмущения (благо, сделать это было не так уж сложно):

— Это ты тут всё раскидала?! Смотри, что наделала!

— Да как вы смеете обвинять честную кошку! Это была не я! — сердито выкрикнула она в ответ, подняв голову и злобно щуря глаза. Взгляд у неё был, признаться, не самый трезвый, а потому ее дальнейшее объяснение выглядело не слишком достоверно, — Я