Целительница для дракона. Доказать невиновность - Злата Уютная

— Это еще почему? — тут же напряглась я, ощущая как внутри меня зарождается ледяная тревога.

— Потому что после того, что произошло пару недель назад, вас лишили разрешения Архилекаря. И… боюсь, я даже представить не могу что должно произойти, чтобы вам его вернули. Так что, скорее всего, вы больше не увидите разрешения на лечение примерно… никогда.

Глава 5

От этих слов меня будто кипятком обдало. Тревога моментально превратилась в панику.

— Та-а-ак, — протянула я, испытующе глядя на мальчишку, — и что же я такого натворила?

Тода ошарашенно посмотрел на меня.

— Неужели вы забыли, госпожа Зоряна? — недоуменно спросил он, — Тогда такой скандал поднялся…

Голову подняло любопытство: это что же такое успела сделать эта девушка, раз огребла столько проблем?

— Со мной такое случается, — выкрутилась я, — иногда события, даже важные, выпадают из памяти! Напомни, пожалуйста, будь добр.

Недоумение на лице Тоды сменилось на глубокое сочувствие. Он откашлялся и принялся рассказывать. И чем дольше я его слушала, тем больше напрягалась.

— К вам приходил господин Арнольф. Напомнить вам, кто это? Он владеет фарфоровой фабрикой… так вот! Он жаловался на постоянную слабость и то, что с него постоянно льет пот. Даже когда холодно!

— А ты откуда знаешь? — удивилась я, — Общался с его лечащим врачом?

— Куда мне, — вздохнул Тода, — слышал краем уха, когда господин Морган разбирал это дело.

— И что там этот Арнольф? — уточнила я, чтобы вернуть паренька к истории. В уме я быстро перебирала варианты, что с ним могло быть с такими-то симптомами. Слабость и чрезмерная потливость… Что-то с сердцем и сосудами? Может, вообще инфекция? Данных слишком мало, чтобы я смогла определить!

— Вы продали ему лекарство, — продолжил Тода, — он его принял, но вместо улучшения ему резко стало плохо! Всё произошло стремительно, и уже к вечеру того дня он впал в беспамятство…

— Чего? — уставилась на него я, машинально переведя про себя: в беспамятство — читай, в кому. Кошмар! — Это что же такого я ему продала?

Тода развёл руками.

— Непонятно! Это произошло без видимых причин!

Я глубоко задумалась. Всё упирается в болезнь этого самого Арнольфа и лекарство, которое продала ему эта Зоряна. Вот бы поднять её документы и посмотреть, не оставила ли она каких-то подсказок…

— Вы яростно отрицали все обвинения, — грустно сказал Тода, — говорили, что это полный бред. Что не могли вы сойти с ума и продать ему что-то такое, от чего ему стало настолько плохо! Только вам не дали разузнать больше об этом деле, а просто ограничили доступ к записям о лечении господина Арнольфа.

— Угу, — мрачно кивнула я, — и чем дело кончилось? Этот самый господин Арнольф… он до сих пор в беспамятстве?

И сглотнула тугой комок нервов, опасаясь услышать самое худшее.

— Вчера ему стало получше, — сообщил Тода, и я украдкой перевела дух, — до конца не очнулся, правда, но на поправку явно пошёл. Так говорит его семейный врач. Вот только вам это несильно помогло.

— Почему?

— Вас теперь обвиняют в подмене лекарства, — пояснил Тода, — а господин Морган и вовсе впал в ярость. Вы же после этого случая вернулись обратно в аптеку и продолжили продавать лекарства. Вот он и рассвирепел. “Ноги этой девчонки больше не будет в аптеке!” — как сейчас помню, орал он, — “Не дам ей угробить ещё кого-нибудь!”

Я живо представила себе Артура Моргана в ярости и в ужасе содрогнулась. На ум сразу пришла ассоциация с извергающимся вулканом, и мне она очень не понравилась!

— Вам тогда на помощь пришёл господин Гниденн, — сказал Тода.

— Тот Гнида… то есть, Дитрих? — удивилась я. Гниденн совсем не производил впечатления человека, который мог бы добровольно прийти на помощь хоть кому-то! Максимум — подтолкнуть утопающего, чтобы он утонул уже окончательно.

— Он самый, — подтвердил Тода, — он очень переживал, что вас посадят. Поэтому предложил такой вариант: запретить вам заниматься лекарскими делами вместо того, чтобы заточить в тюрьму или четвертовать. Господин Морган согласился на такое решение, и постановил, чтобы у вас отобрали вашу аптеку. Если бы ваш дядя прошёл сегодня испытание, она бы досталась ему, как ближайшему родственнику!

— Мой дя… стоп, этот мерзкий Гниденн — мой дядя?! — вскинулась я. Вот это новости! Одна другой краше, тьфу!

Тода кивнул:

— Да! Он очень переживал за вас, а на испытании повёл себя… ну… не очень красиво.

— Отвратительно он себя повёл! — буркнула я, — Говори прямо, что ж ты деликатный-то такой.

Тода только застенчиво развёл руками. Я глубоко задумалась.

— Но Гниденну моя аптека не досталась, — медленно проговорила я, — и он разъярился…

Вся эта ситуация очень дурно пахла. Я могла бы поручиться почти со стопроцентной вероятностью, что Зоряну очень крупно подставили ради того, чтобы завладеть аптекой. И уши дяди торчали из этого дела так явно, что видны были за километр.

Но, может, всё не так очевидно, как кажется на первый взгляд?

— А я могу взглянуть на списки проданных лекарств? — задумчиво спросила я, — Хочу разобраться в ситуации, как следует.

— Я могу провести вас в вашу аптеку, — вздохнул паренёк, — может, там найдётся что-то полезное?

— Веди, — согласилась я, — начнём с аптеки!

Та оказалась достаточно далеко от места испытания. Сначала Тода долго и бестолково бегал вдоль улицы, пытаясь остановить хотя бы одну проезжающую мимо повозку. Кстати, то, что они тут передвигаются именно на крытых повозках, запряженных одной или двумя лошадьми, меня совсем не удивило. После всего, что сегодня произошло, я, кажется, совсем утратила способность удивляться!

Потом мы долго тряслись по брусчатым улицам, пока не добрались до серенького двухэтажного здания с облупленными стенами и мутными окнами. Один его вид навевал жуткую тоску и уныние.

— Вот и ваша аптека! — провозгласил Тода, выпрыгнув наружу и подав мне руку.

Я с сомнением покосилась на эту постройку. И ради этого весь сыр-бор? Что же в ней такого особенного?

Но главный сюрприз ждал меня внутри.

Тода толкнул незапертую дверь, я шагнула через порог и резко остановилась.

Даже в полумраке было видно, что внутри царит