Эльфирская академия магии - Мелина Боярова

суры не прошла даром, я варила отвары и зелья из трав, собранных в лесу. Изредка экспериментировала, добавляя кусочки драгоценных органов животных, измельченных или растертых в порошок. Могу с уверенностью утверждать, что даже при отсутствии магии, они получались на порядок сильнее прежних, потому что сырье использовалось наивысшего качества.

В-третьих, не уставала собирать трофеи и выделывать шкуры, из которых пошила себе куртку и штаны. Запас нитей был не бесконечным, так что приспосабливала для шитья жилы животных или тонко нарезанные полоски кожи.

Тайна того, куда ведет тоннель с грибами, не давала мне покоя. Тщательно подготовившись, я все же отважилась исследовать последнюю ветку горных проходов. Из хитиновой кожи скорпиона, которую раз пять заливала жижей мокриц, вымачивала в воде и заливала по-новой, вытравливая белую пыль, я получила в итоге гибкий и чрезвычайно прочный материал. Времени на обработку этого необычного трофея у меня было навалом. Я изготовила себе плащ, укрывающий с головы до пят. Места в потайной сумке он занимал порядочно, зато надежно спасал от дождей, изредка проливающихся над Иринталом, и делал невидимой для большинства тварей. Я так чудом избежала смертельной опасности, когда не заметила стаю рогилей, обитающих преимущественно на деревьях. Они проскочили в полушаге от меня, смертоносными тенями мелькая среди веток.

Мои умения в изготовлении обуви можно назвать дилетантскими, но я пожелала смастерить себе сапоги из гибкого хитина. Они вышли неказистыми и страшными на вид — в таких не побегаешь по лесу, но защищали ноги от поползновений опасных гадов. Но тут хочешь — не хочешь, а приспособишься, потому что обувь из кожи улкара в итоге развалилась. Я использовала ее, как образец, но у меня не имелось под рукой сапожных инструментов и клея, который соединил бы части выкроек без зазоров.

Облачившись в защитную одежду, я взяла с собой парочку живых мокриц и мешок с их внутренностями, после чего углубилась в пещеру с грибами. Прокладывая тропинку среди белой пыли, взметнувшейся в воздух плотным туманом, я подобралась к противоположному краю и заглянула в тоннель. Без должной подготовки в это тихое смертельное царство не сунешься. В узком пространстве грибы разрослись, заполоняя собой пространство. Так что вначале пришлось поработать посохом, вырубая белые наросты, а после уже использовать безотказных чистильщиков. Для безопасного возвращения я оставила одну живую особь в пещере у озера, после чего отправилась дальше. За сутки с краткими перерывами на отдых продвинулась метров на двадцать, пока не наткнулась на неожиданную находку.

Впервые мне попался человеческий скелет. Он сидел, привалившись спиной к стене, поросший грибами и совершенно незаметный в полумраке. Я расчищала себе проход, размахивая посохом, как косой, когда случайно задела металлические поножи. Звук получился таким звонким, что сердце чуть из груди не выпрыгнуло. Конечно, я заинтересовалась, на что же это такое наткнулась.

Кожаные элементы доспеха и плоть давно поглотили грибы, повторяя собой силуэт человека. В нагруднике имелось отверстие с загнутыми внутрь краями. Вероятно, древний был ранен и искал выход из тоннеля, но присел отдохнуть и уже не поднялся. Я расчистила пространство вокруг тела при помощи универсального растворителя и обнаружила вещь, при виде которой у меня дыхание перехватило.

Лук! Настоящий эльфийский лук, сохранившийся за века в первозданном виде! О таком подарке я и мечтать не могла. Разве ж найдется в мире охотник, которые не пожелал бы обладать столь совершенным оружием?

С благоговейным трепетом я отчистила от облепивших грибов рукоять, выполненную из кости, и плечи, изогнутые в изящном изгибе. Жаль, тетива не выдержала испытания временем. Зато у погибшего эльфа сохранился запас стрел. Судя по расположению — за спиной мертвеца, когда-то они хранились в колчане, закрепленном специальными ремнями. От них горьким напоминанием остались металлические наклепки, через которые пролезли белесые нити грибницы.

Исследование пещеры я на время приостановила, уделив время неожиданной находке. Мне пришлось вернуться за новой порцией внутренностей мокриц, чтобы очистить кости от проросших грибов. Доспехи по внешнему виду напоминали металл, но по весу были намного легче. Если не ошибаюсь, Тимунд назвал этот материал мифрилом — металлом эльфов, которые умели его добывать и обрабатывать.

Интересно, кто же такой жуткий и опасный пробил мифриловый доспех насквозь? Судя по трещинам в реберных костях, этот кто-то пронзил несчастного насквозь. Удивительно, как эльф не погиб на месте?

Мог ли это быть хозяин тайника и другой моей драгоценной находки? Кто знает?

В благодарность за вещи, которые помогли мне выжить, я освободила кости скелета от грибного плена и провела для древнего погребальную церемонию. Проводила его в последний путь, как суры провожали погибших товарищей в чертоги Рааду. Только пожелала ему оказаться там, где его душа того пожелает.

Другого оружия, кроме лука, у эльфа при себе не оказалось. Я нарочно расчистила пространство вокруг находки, выискивая походный мешок или что-то подобное. Помимо доспеха мне досталось печатка с монограммой на эльфийском, цепочка с драгоценным камнем на подвеске, пряжка от ремня и семь плоских колечек, которые покойный носил вместо сережек. Судя по количеству, этот человек обладал чересчур длинными ушами. Эльфов такими и изображали на гравюрах, которые мне довелось видеть в Езеаранском дворце. Не зря я все же сунулась в этот тоннель.

Глава 3

Находка только подстегнула интерес к тому, куда же ведет неисследованный тоннель. Пополнив запасы мокриц и свежего мяса, я вновь выдвинулась в путь. Расчищенную часть проходов преодолела быстро. Грибница еще не успела заполонить ее собой так быстро. А в тех местах, куда попала плоть пещерной многоножки, было совсем чисто. Вгрызаясь в грибное царство, я тщательнее осматривалась, не прячется ли что-нибудь ценное под белыми наростами. К вечеру так вымоталась махать посохом, что пошевелиться лишний раз не хватало сил. Пришлось использовать в пищу сырое сердце твари, чтобы продолжить исследование. Пару часов позволила себе передохнуть, пока целебный ингредиент не подействовал, а после с удвоенной энергией ринулась вперед.

Я далеко углубилась внутрь горы, когда, срезав очередной белый пласт грибницы, заметила, что она странно налипла на посох. Вроде те же белесые нити, только отчего-то липкие, ошметками повисшие на кости. Махнув посохом еще пару раз, приостановила работу. На мое универсальное оружие намотался здоровенный клубок клейкой дряни. Что за гадость? Я уже приспособилась различать в сером полумраке пещер контуры предметов. Разумеется, об остроте зрения, какая бывает белым днем, оставалось только мечтать. Но и такие способности позволяли безошибочно ориентироваться в подземельях. Я достала жижу мокриц, чтобы та разъела налипшую дрянь. Чем бы оно