Красная нить судьбы - Ана Сиа

не может сказать, что они как-то мешают — совершенно нет, она прекрасно спит и просыпается полной сил, но мысль о том, что всё это странно, не давала покоя. Все эти сны не были хаотичными, плавно перетекая друг в друга и постепенно знакомя её сначала с тем или иным местом, где она оказывалась, а затем и с людьми, что позже появлялись в этих местах, но самым удивительным были чувства и эмоции, что она испытывала в этих снах, проникающих глубоко в сознание и ощущающихся слишком реалистично.

Сяо Лючжи смотрит стеклянным взглядом в монитор компьютера, где на весь экран развёрнут макет одного из текущих проектов, и заторможенно моргает, возвращаясь из лабиринта своих мыслей. Она была в своём кабинете, сидела в кресле перед компьютером, на столе стояла чашка с недопитым остывшим кофе, а за окном занимался самый разгар дня. В последнее время Лючжи часто ловила себя на том, что отвлекается, думая о тех далёких местах, что видела во снах, и выпадая из реальности. Она поправляет очки, снимая их и откладывая, растирает пальцами переносицу и поднимается на ноги. Ей определённо нужен был пятиминутный перерыв. Прихватывая со стола недопитый холодный кофе, Лючжи выходит из кабинета.

Пересекая коридор, она заходит на кухню, где за столом сидел один из работающих у неё в отделе дизайнер, насыпая горсть сахара в свою чашку с кофе. Крепкий, хрустящий на зубах от сахара кофе — от одной лишь мысли об этом у Лючжи сводило челюсть. Как кто-то вообще мог пить подобное? Делающий глоток из своей чашки Юй Цзиньси вот мог, с довольным видом откидываясь на спинку стула и смакуя это извращение на языке. Удивительный человек. Лючжи кивает ему в знак приветствия, стараясь не представлять вкус того кофе, что он пьёт, и отходит к кухонному уголку, ставя в раковину принесённую чашку и моя её.

— О, начальница Сяо, — улыбается ей Юй Цзиньси, и у Лючжи дёргается бровь от этого обращения.

— Просто Сяо Лючжи.

— Да-да, точно, — хлопает себя по лбу Юй Цзиньси. — До вас тут работал жутко хмурый тип, требовал, чтобы к нему только официально обращались. Как вспомню его вечно недовольное лицо — аж мороз по коже.

Юй Цзиньси театрально ёжится на своём месте, и Лючжи не сдерживает весёлой усмешки. Она, конечно, тоже не любила пренебрегать правилами вежливого тона, но пафосный официоз не любила ещё больше.

— Мы здесь все работаем в одной команде, — ставит помытую чашку на столешницу Лючжи, включая электрочайник.

— А я сразу понял, что наконец-то пришёл нормальный начальник, — поднимает указательный палец вверх Юй Цзиньси, расплываясь в широкой улыбке.

Лючжи усмехается, достаёт из настенного шкафчика пачку печенья и берёт для себя несколько штук. Юй Цзиньси откидывается на спинку стула, делает глоток своего кулинарного извращения и начинает рассказывать свежие сплетни офиса, жалуется на попавшихся ему капризных заказчиков и между делом показывает фотографии своей забавной толстой кошки. Лючжи выключает вскипевший чайник, заваривает себе кофе и с улыбкой слушает чужую болтовню, отвлекаясь от собственных проблем. Юй Цзиньси был неплохим парнем, немного торопливым и неловким, но весёлым и дружелюбным, умея расположить к себе и поднять настроение.

— Вот бы сотрудникам давали путёвку на море, — мечтательно вздыхает Юй Цзиньси. — Перелёт, отель «всё включено», массажи там, СПА… Я слышал, в крупных компаниях так делают. Наша компания по-любому может себе это позволить. Ладно, хоть в офисе условия комфортные. Кстати, вы были уже в нашем спортзале? Он на предпоследнем этаже.

— Здесь есть спортзал? — ловит его взгляд Лючжи.

— Да, специально для сотрудников. А разве в Пекине такого не было? — озадаченно смотрит Цзиньси.

— Был, но не в здании офиса, нужно было идти пешком в спортклуб рядом.

— А у нас вот всё в одном здании, — с гордостью говорит он. — Спасибо господину Вану — это он здорово придумал!

— Господину Вану?

— Ну, вице-президенту Вану, — повторяет Цзиньси, видя растерянный вид Лючжи. — Серьёзно, вы не знаете вице-президента?

— Я много слышала про президента Лю, но про вице-президента…

— Он редко появляется на официальных мероприятиях и не любит СМИ. Общается только с руководством и посещает лишь те мероприятия, где его присутствие необходимо. Молодой, неприветливый и неприлично богатый — журналисты таких любят.

Юй Цзиньси с видом выполненного долга хлебает свой приторный кофе и довольно улыбается. Он без преувеличения знал обо всём и всех в этом офисе и, как самый хороший человек на свете, спешил рассказать всё Сяо Лючжи.

— Что ж, значит, если я вдруг случайно столкнусь с вице-президентом в лифте, мне будет о чём поведать какому-нибудь журналу, — смеётся Лючжи, и Юй Цзиньси энергично кивает.

Они допивают кофе, моют за собой чашки, убирают со стола и, заканчивая свой перерыв, расходятся по кабинетам, возвращаясь к работе. Лючжи знает, что к концу рабочего дня она вновь увидит на кухне Юй Цзиньси, пьющего свой приторный кофе и спешащего поделиться новой офисной сплетней. За неделю работы здесь она неплохо поладила со своим отделом, познакомившись с каждым сотрудником и уже понимая, что и от кого можно ожидать, и не без удовольствия подмечая, что с Юй Цзиньси они определённо сработаются. Лючжи помнит филиал в Пекине и помнит, как переживала, думая о своём будущем здесь. Лючжи никогда не боялась трудностей, но всё складывалось даже лучше, чем она себе представляла.

Возвращаясь в свой кабинет, Лючжи усаживается за стол, двигая мышкой и выводя компьютер из спящего режима, и всматривается в появившийся на мониторе макет проекта. Перерыв и болтовня с Юй Цзиньси сделали своё дело: она больше не думала о своих странных снах и причинах их появления, наконец-то имея возможность сосредоточиться на работе. Щёлкая мышкой по экрану, Лючжи погружается в проект с головой, внося правки в макет и дорабатывая его. Она искренне любила то, чем занималась, пропадала в работе на долгие часы и чувствовала себя абсолютно на своём месте. Дизайн стал её вдохновением и утешением в трудные времена, и Лючжи не может представить, что смогла бы заниматься чем-то ещё.

Когда она наконец-то отрывает глаза от монитора, устало растирая переносицу, солнце за окном уже клонится к закату, отбрасывая через стекло свои золотые блики. Лючжи откидывается на спинку кресла, смотрит на результат своей работы и довольно улыбается. Ей нравилось, что получилось. Она сохраняет файл в папку, закрывает программу и чувствует, как щиплет от долгого сидения перед монитором глаза. Доставая из ящика стола глазные капли, Лючжи снимает очки, закапывает в глаза и выдыхает, промаргиваясь. Голова гудела, а поясница